Принцесса в побеге или уроки по выживанию (СИ) - Розова Алина - Страница 55

Кай ничего не ответил, и лишь улыбнулся. Нет, умеет же когда надо!

Ирвинг всё-таки пожал руку. Я на месте готова была развиться лужей от такой милоты.

— Вы где остановились? — спросил Ирвинг, посмотрев на небо.

— В местном отеле, — ответил Кирилл.

— Тогда лучше поторопиться — ночью здесь не очень приятно. Если вы, конечно, не хотите набрать неприятностей.

— Согласна, — кивнула Лапа. — Еще я молока хочу.

Ирвинг, увидев говорящую кошку, округлил глаза, и заверещал:

— Это, что?! Говорящая кошка?! Кто научил?!

— Фамильяр, — деловито переправил Вольп. — У нас у всех фамильяры.

— И мы все говорим, паренек, — не своим голосом ответила Вита. И ещё языком прищелкнула. Как только умудрилась, интересно?

Вышеупомятный паренек отскочил от меня (Вита-то на мне всегда), как от огня, схватившись за сердце.

Отдышался, как после долгого бега.

— Я думал, она… Мёртвая… И шкурка…

— Да не стесняйся ты, — деловито кивнул Вольф. — Прямо сразу и скажи — воротник, воротником.

— Эй! — возмутилась Виолетта, приподнявшись на моём плече. И посмотрела на меня, прося помощи.

— Не обижайте моего фамильяра! — заступилась я, и направилась в сторону посёлка. — И пошлите уже. Иначе совсем скоро вместо нас будут лишь кости.

— Вряд ли, — задумался Ирвинг, ровняя со мной шаг. — От нас и костей не останется.

— Тем более! — подняла я палец вверх, и ускорила шаг, так как уже совсем и совсем темнело.

Согласитесь, не хочется стать поздним ужином какой-нибудь твари, которая в память о тебе и костей не оставит.

Гадость какая.

Глава 19

Начну с того, что Кай был прав. Ближе к ночи тут и вправду становиться страшно. Деревья становятся выше, небо темнеет, и превращается в чёрную пелену, посыпанную яркими звёздами, и двумя лунами. Ярко-серебристой, как у нас, и ярко-голубой. Если в первую ночь это было очень красиво (корабль, романтика, красота-а), то сейчас это было ещё более жутко. Ветер завывал, точно так же, как и волки на охоте. А они выли. И рычали, где-то вдалеке.

Так.

Я надеюсь, это не на нас идёт их охота!?

— Только не бойтесь, — успокоил нас Ирвинг. — Если не боятся, никто не нападет, а вот если дрожать, словно сосновая иголка, может напасть нечисть, питающая страхом.

— А мы и не боимся, — пробурчал Вольп, оглядываясь по сторонам, и втягивая шею в плечи. — Кто сказал, что мы боимся?

— Нет-нет, рыжий, мы вообще не про тебя думаем, — пропела я. Ребята фыркнули от смеха, и мы ускорили шаг. Всё-таки не по себе тут было.

***

— Дион! — позвал Кай хозяина отеля, как только мы влетели в здание с улицы. — Принесите нам, пожалуйста, что-нибудь поесть!

— Как скажите, господа! — крикнул нам Дион в ответ из кухни, или другой комнаты.

Мы присели за большой стол у окна (первый этаж, логично был чем-то вроде столовой), и я собрала у всех магические плащи и убежала на второй этаж, в наши комнаты. Когда вернулась, молодая официантка, любезно улыбаясь, ставила на стол шесть тарелок какого-то вкусно пахнущего супа.

— И три бутылки молока, будьте добры, — попросила я, усаживаясь на своё место напротив Кая. — Вместе с пятью мисками.

— Хорошо, — улыбнулась девушка, и упорхала на кухню, не обращая внимания на ещё одних гостей отеля — около сорока бандитов, просящихся повторить заказ. Какой там был заказ именно, оставалось лишь предполагать, но смотря на терпение официантки, такие гости были не в первый раз. Бр-р-р, как мерзко!

Спокойно поев (и покормив фамильяров свежим молоком), слушая пьяный бред явно бандитов, мы заказали какие-то местные напитки, больше похожие на чай. Это была смесь трав. Немного терпкий привкус, но такой, же сладкий. Приятный чаек.

— Ирвинг, — позвала Диана.

— А? — отозвался тот.

— Расскажешь про этот лес, или оставим до завтра?

— Я не против, того, чтобы рассказать сейчас, — ответил мальчишка, и глотнул ещё чая.

Мы застыли в нетерпение, и сразу же отложил чашки подальше. Мне кажется, или мой слух улучшился раза в два?

- Что таит в себе этот лес, никто не знает, — начал Ирвин, опустив голову. — Некоторые выжившие говорят о том, что в самом сердце леса находится некое живое существо, которое привлекает жертву, а потом лакомится кровью и плотью животных и людей. Некоторые утверждают, что все это глупости и скорее всего это просто их реальных страх, ставшим, грубо говоря, живым. Никто не знает где конец, а где начало леса, но те, кто ступают на него, отмечают несколько стадий: сначала лес кажется самым обычным и безобидным, примерно где-то метров сто, потом наступает тишина. Полная. Когда от ветра нет, ни птиц, о животных и вовсе молчу. Именно в этих пределах леса обитает разного вида нечисть, но и это не самое страшное. Дальше третья стадия: исчезает нечисть, растения тускнеют, давление воздуха увеличивается, и наружу показываются страхи. Сначала безобидные — типа пауков, жуков, мышей и так далее, а потом реальных — разных монстров, живших в вашем подсознании в раннем возрасте и хранившиеся там до этих дней. Ваше счастье если вы выживете на этом этапе, ведь кто не лишается здравого смысла — возвращаются в крови и ужасном страхе, близком к сумашедшствию, а те, кто лишается рассудка, идут дальше. Вместе с ними уходит и правда леса Потайных Страхов…

Ирвинг замолчал.

Мы молчали.

— Нам кобза, — подытожил Вольф.

— Так вот почему лес так называется, — осенило Диану. — Потому что, дальше стадии собственно потайного страха никто и не проходит, а если и проходят, то больше не возвращаются.

В ответ мальчишка лишь кивнул.

— Тогда откуда вы знаете, что Химмалахед именно там? — задал правильный вопрос Кай. Вот именно.

Откуда?

— Знаешь… Порой есть вещи, в которые нужно просто верить, в не зависимости от их правдоподобности.

Сердце вновь наполнила грусть.

Мальчик был слишком взрослым для своего возраста. И часто это бывает лишь в затрат нервной системы.

— В любом случае выбора у нас нет, — вздохнула я. _ Нужно, значит, нужно… Но… Ирвинг, ты точно уверен, что хочешь с нами идти? Выбор моего полоумного трезубца это одно, а твой выбор уже совсем другое.

— Эля, это мой личный выбор, — моментально ответил он. — Твой трезубец тут не причем… Просто… Я хочу узнать, как всё-таки погибли мои родители, и если что-то случится… Так я буду рад в любом случае. Возможно, в первом даже больше. К тому же, никто больше меня не знает о лесе Потайных Страхов, и вам будет крайне сложно там без меня. И если сейчас вы решитесь оставить меня здесь, я все равно сбегу за вами, или же… Покончу с собой! — и он схватил ложку, и приложил её к запястью под наши удивленные взгляды. — Вот! Терять мне все равно нечего!

Слегка надавил, дабы мы прочувствовали всю драматичность сцены.

— Совсем, что ль, с ума сошёл? — пробурчал Вольп, выхватив у него ложку. И шепнул нам: — Столовые приборы этому ребёнку не давать.

— Как же он тогда есть будет? — спросил Кирилл, отодвигая ложки, вилки и ножы подальше.

— Руками, — безжалостно ответила я, давая по шее подрастающему поколению.

— Ай! — прокомментировал мой маневр Ирвинг. — Но…

— Ногами тоже можно, если тебе так удобнее, — перебила я его, давая знать, что мысли о самоубийстве мы ему давать не будем. И пусть хоть ещё раз об этом попробует подумать!

Вольп прыснул от смеха.

— Хорошо, тогда отправляемся завтра с утра, чтобы не терять время, ведь у нас осталось лишь неделя. А теперь баиньки! Кто первый проснётся — будит всех остальных, и получить конфетку в награду!

— Ох, и быть нам голодными, — "грустно" вздохнул Кирилл и посмотрел на Диану.

Та понятливо вздохнула:

— И не говори…

— В каком смысле?! — опешил Ирвинг. — Знаете… Ведь эти отели… Эм… Не совсем подходящее места.

— Имеются клопы за такую цену? — возмущённо мурлыкнула Лапа.

— Да нет, просто…

Я поняла, к чему клонит этот ребёнок, и снова треснула его по шее. Это не ребёнок, это кошмар какой-то!