Танец над бездной - Малиновская Елена Михайловна - Страница 45

В краткие моменты отдыха Эвелина уходила на обрывистый берег, туда, где начался ее первый урок. Стоя перед пропастью, она мечтала. Даже не так – собиралась с духом сделать роковой шаг. Наверное, если очень верить, то бездна сжалится, превратив тебя в белокрылую чайку. И тогда Эвелина без сожалений улетела бы от этого жестокого места. Все чаще девушка вспоминала родную Лазурь, маленький архипелаг в синих далях безбрежного океана, где некогда она была почти счастлива. И, наверное, Эвелина давно прыгнула бы вниз, если не страх – что и в призрачной обители Богов ей не найти покоя. Что и там ее разыщет император, следуя зову клятвы, а значит, страдания будут длиться бесконечно. А еще подобное бегство говорило бы о полном и безоговорочном поражении. Отчаяние девушки было еще не настолько глубоким.

Эвелина жила на грани нервного срыва. Она сама удивлялась тому, что еще держится. На гордости, на безумном желании выжить и победить, на ненависти. Девушка страшилась того, что в одно утро просто не сможет встать и пойти на занятия, что забьется в истерике при виде посланца, зовущего на урок, что упадет на колени, умоляя оставить ее в покое.

Такое положение дел не могло длиться вечно. И вот наконец переломный момент наступил.

Эвелина брезгливо рассматривала полужидкую кашу, положенную ученикам на завтрак, и задумчиво крошила хлеб в тарелку. Она давно разучилась чувствовать голод, принимая пищу скорее по обязанности, чем из-за необходимости.

– Ты должна поесть хоть немного,– неслышно подошел к столу Ронни.

– Спасибо, я не голодна,– рассеянно отозвалась девушка.– Что-то нет аппетита.

– Послушай, Эвелина,– тяжело присел на стул маг.– Я давно наблюдаю за тобой. Пойми, мне очень неприятно, что император проводит обучение столь жестоким образом. Но у него огромнейший опыт в воспитании. Думаю, он знает, что делает. Прошу тебя, потерпи еще немного.

– Я не виню вас,– пожала плечами Эвелина и ехидно добавила: – Конечно, император не может ошибаться в своих поступках.

– Тише,– шикнул на нее Ронни, встревоженно оглядываясь по сторонам, словно проверяя – не слышал ли кто неосторожных слов племянницы.– Ты рискуешь.

– Не более, чем обычно,– равнодушно отмахнулась девушка.– Вряд ли какое-нибудь наказание может быть суровее, чем моя жизнь сейчас. К тому же правитель в курсе того, что я о нем думаю. Статус личной ученицы практически не позволяет оставлять потаенных мыслей при себе.

– Ну да, конечно,– согласился маг, напряженно думая о чем-то своем.– Наверное, вскоре ты станешь человеком, наиболее хорошо знающим императора. Его привычки, пристрастия, планы.

– Если доживу,– обронила Эвелина холодно.– В чем я все чаще начинаю сомневаться.

– Послушай, девочка моя.– Ронни виновато заглянул племяннице в глаза.– Поверь, я был бы рад облегчить тебе жизнь, уменьшив количество или интенсивность занятий. Но не могу. Это против правил Академии. Да и, думаю, в таком случае император пропорционально увеличит свои уроки, что в итоге скажется на тебе еще хуже.

– Я уже сказала, что все понимаю,– терпеливо повторила Эвелина.– Не переживайте. Что должно произойти – произойдет в любом случае.

– Действительно, Дэмиен неплохо поработал над тобой,– вдруг усмехнулся маг.– Узнаю его любимое выражение.

Ронни отошел в сторону, а Эвелина задумалась над его последними словами. Неужели она потихоньку превращается в подобие императора, как он некогда обещал ей? Такая перспектива не просто пугала – она ужасала.

Оставшихся дней до назначенного урока девушка не заметила. Слишком напряжены были ее нервы. Эвелина теперь напоминала себе натянутую до предела тетиву – тронь легонько пальцем, и та порвется с жалобным звоном. И вот пришло время очередного урока. В ночь перед ним девушка совсем не сомкнула глаз. Она лежала и напряженно пыталась вспомнить – была ли важна хоть кому-нибудь ее жизнь. Не из-за стремления к власти, не из мечтаний о возвышении рода. А просто потому, что Эвелина есть на свете. И никто, кроме старой колдуньи, не приходил на ум. Стоит ли в таком случае бороться, если некому порадоваться победе вместе с тобой?

Утром императорскому гонцу пришлось дважды повторить приглашение следовать за ним, прежде чем девушка поняла, что слова относятся именно к ней. На миг Эвелине показалось, что она упала в глубокий колодец, куда с трудом доносятся голоса,– настолько отрешенной себя чувствовала.

Император ждал ученицу, как обычно, на берегу. Эвелина привычно поклонилась и застыла в ожидании дальнейших распоряжений.

Дэмиен долго разглядывал измученное бледное лицо девушки, словно решая какую-то сложную задачу. Затем улыбнулся и с искренней заботой в голосе поинтересовался:

– Ты сегодня непривычна тиха. Все в порядке?

Эвелина приложила немалое усилие для того, чтобы осознать, о чем говорит ее наставник.

– Да,– прозвучало, когда император уже почти отчаялся получить ответ на простой вопрос.

– Непохоже,– покачал головой правитель.– Ну-ка подойди поближе.

Девушка нехотя сделала шаг, потом еще один, остановившись в паре шагов от государя. Дэмиен, недовольно хмыкнув, сам подошел вплотную к ученице и, больно взяв ее за подбородок, бесцеремонно развернул к неяркому свету хмурого дня. Эвелина сначала зажмурилась от неожиданности, но когда открыла глаза, безразлично посмотрела на императора в упор.

– У тебя что-то болит? – спросил государь.– Вроде бы прошлый урок мы завершили без особых травм.

– Мне все равно,– невпопад сказала девушка.– Начнем урок?

– Попробуем,– протянул император.– Пожалуй, немного изменим схему занятия. Сначала небольшой тренировочный бой.

Эвелина молча взяла протянутый деревянный меч, встала в стойку, действуя лишь на рефлексах. Даже сумела отразить пару несложных выпадов. Но затем Дэмиен перешел в настоящую атаку, и девушка неожиданно выронила клинок, понимая, что не в силах больше сопротивляться ему.

– Я не понял,– остановился Дэмиен и гневно вогнал меч в каменистую землю перед ученицей.– Это что за спектакль?

– Я устала,– призналась Эвелина.– Если желаете – убейте меня. Я даже сопротивляться не стану. Только не мучайте больше.

– А как же твои родовая гордость и честь? – насмешливо поднял брови император.– Неужели признаешь свое поражение?

– Если вам будет приятно это слышать, то да,– пожала плечами Эвелина.– Наверное, для Высочайшего победа над сопливой девчонкой является великим свершением. Впрочем, возможно, я была не права, когда думала, что из меня выйдет хороший маг. Думаю, в империи найдется немало глухих уголков, где бы пригодилась такая недоучка, как я.

Девушка, понурив плечи, молча ждала решения императора. А тот не торопился выносить окончательный вердикт, с любопытством разглядывая ученицу, будто видел ее в первый раз.

– Победой над такой соплячкой, как ты, может гордиться любой Высочайший,– наконец усмехнулся Дэмиен. Затем, немного помолчав, добавил: – Даже император. Поздравляю тебя, первый этап обучения завершен.

– Так, значит… – удивленно протянула девушка.

– Это было испытанием на силу воли,– мягко перебил ее император.– Жестоко, но действенно. Мне надо быть уверенным, что рядом со мной находится не полная рохля. А ты держалась достойно. Еще никто из моих учеников не противился мне так долго. Признаться, под конец я начал бояться, что мне не доведется услышать признания собственной слабости из твоих уст. Или ты всерьез полагала, что обучение состоит только из систематических избиений?

– Вы сделали все, чтобы убедить меня в этом.

– Даже признав поражение, ты продолжаешь хамить мне,– рассмеялся император.– Поразительно. Может, стоит повторить урок?

– Не надо,– скрепя сердце попросила Эвелина.

– Так-то лучше,– отметил учитель.– Что ж. На будущее запомни – пока ты в моей власти, я могу делать с тобой что угодно. И проводить подобные уроки хоть ежедневно в течение нескольких лет. И никто, слышишь, никто не сможет мне помешать. И еще…

Одним неуловимым движением император оказался рядом с девушкой, так близко, что ее нос почти уткнулся в дорогой шелк его одеяния. Эвелина подняла голову и утонула в светлых равнодушных глазах мужчины.