Правила поведения попаданок на отборе (СИ) - Субботняя Алиса - Страница 8

Что?! Тут покушение, раненная девушка, которая так и осталась лежать на паркете! А они счастливы!

И что мне делать?!

— Леди, — Лави, которая незнамо как нашла меня, оказалась рядом, коснулась моей руки, привлекая внимание. — Вы не пострадали? Все хорошо?

Я, не особо вникая в ее слова, кивнула. Что-то тянуло меня к лежащей девушке. Сию секунду, пока не пришла стража с носилками. Только с чего это?

— Леди, не… — начала Лави.

Но я, не слушая ее, уже почти бежала к неподвижной Анне, лицо которой все так же было скрыто маской.

— Динара, — тихо позвала я, опускаясь на корточки.

Дотронулась до безвольной кисти — пульс есть. Живая. Однако…

— Леди! — окрик, и меня подняли за плечи, прежде чем тонкая ярко-синяя молния попала в меня!

Как я смогла сдержать крик — ума не приложу.

— Леди, это же опасно! Чужая магия, остаточная, а вы? — причитала Лави, оттаскивая меня от лежащей девушки.

О чем она? Какая остаточная магия?

Голова кружилась, мысли путались.

Я оглянулась. На паркете уже никого не было.

Господи, куда я попала?! Вот и пытайся помочь теперь лежащим… Молния вроде меня не коснулась, но все равно было не по себе: от своего поступка, от поступка Динары, от всего!

В этом мире я мозги теряю, похоже. Хорошо хоть у Лави оные имеются. Мы, кажется, друг друга компенсируем.

Мы дошли до другой половины залы и остановились напротив монаршей четы, но лицо правителя этого государства я не все равно не сумела разглядеть из-за большого расстояния. На постаменте стояли три трона: один большой, и на нем восседал император, и два чуть меньше, но не менее величественные. На одном сидела из них императрица, а другое пустовало.

"Место наследника", — поняла я.

— Лави, спасибо тебе, — вспомнила я, что не поблагодарила за спасение своей тушки.

Женщина смутилась, хотела что-то сказать, но не успела: раздался раскатистый звук какого-то инструмента, призывая к тишине.

Это к чему? Надеюсь, не к экзекуции?

Оказалось, что нет. Едва стих звук, заговорил император:

— Приветствую прекрасных леди…

И началось мучение почти на тридцать минут. Из всей его тирады я поняла, что честь для нас и для него наше нахождение в его дворце, он счастлив, что одна из нас, несомненно, прекрасных дам, станет его невесткой, что остальные императоры тоже счастливы и жаждут поскорее увидеть ту, что покорит сердце их наследника, и император еще очень надеется, что нам хорошо здесь живется, а также добавил, что мы обязаны носить маски перед принцами, ибо нужно соблюдать какие-то древние традиции. И таки да, нам раздали белые конвертики со списком конкурсов, которые я планировала “случайно” провалить.

Зачем так долго распинаться? Лучше бы сказал, что делать тем, кто хочет домой. И… и что будет с Аннарой? За покушение в древние века казнили.

— …Да начнется Отбор! — эффектно закончил речь его величество.

Эффектно, но не совсем честно. Ведь отбор начался ещё вчера, как только я попала сюда! Странные задания конечно, но кто их знает?

Мои размышления и шепотки девушек прервал голос церемониймейстера:

— Его высочество Эррион Орэкх Кьерро! Кронпринц Азарии!

О, и принцы на огонек притопали! Надеюсь, что не в масках, как мы, девушки? Вдруг ещё какая-нибудь традиция? Жалко, что традиции на запрет вранья тут нет. Или есть?

Нет, принц был не в маске. К сожалению. И, блин, принц был очень красивым — смуглая кожа, правильные черты лица, синие глаза, короткие черные волосы, черный простой мундир, подчеркивающий спортивную фигуру…

Эмблема со змеей! У него на мундире эмблема со змеей!

Расшитую золотом корону обвивала копия той странной змеи, которую я видела на лестнице!

И чего от меня этой змейке нужно? Что за проверка такая?

А принц, который казался сошедшим со страниц старинных сказок, величественно дошел до начала помоста, а позади него встали два гвардейца в алом мундире.

У меня даже шальная мысль посетила — а может, ну ее, Землю? Такой ведь принц. Но эту мысль я быстро пнула подальше.

— Его высочество Амил Пирд Миларо! Кронпринц Валлиолии! — продолжил церемониймейстер.

Я повернулась и приготовилась лицезреть ещё одного красавчика, дабы полюбоваться прекрасным, но случился облом. Принц Амил был с рыжей гривой, с веснушками, тонким крючковатым носом и совершенно тощенький!

Ээээ…

Ладно, но следующие-то будут красавцы же? Вдруг не получится уйти отсюда или же подарить свою руку и сердце с остальными органами кронпринцу Азарии? Нужны же отходные пути!

На третьем “красавце” я мысленно сделала заметку научиться ценить внутренний мир. На четвертом едва ли не потерла глаза, но вспомнила, что на мне маска, и удержалась. На пятом поняла, что принцы какие-то дефектные попались, ибо он был реально страшным: ростом под два метра, очень бледный, в черной бесформенной хламиде и со сверкающими глазами.

А вот шестой и седьмой принцы приятно радовали глаз: накачанные, светловолосые, с правильными чертами. В общем, загляденье!

И вот стоят семь прекрасных и не очень принцев, по очереди выражают почтение императору, а я понимаю, что хочу есть. Но вряд ли нас сейчас покормят, мы бдим и выжидаем момент, когда с нами принцы поздароваются. В смысле все это делают, а я так, за компанию, и только ради того, чтобы эта церемония закончилась, и нас отпустили обедать.

— Сказки! Сказки для прекрасных леди! — проорал зазывательски мужской голос.

Седьмой принц, который что-то минут пять уже говорил, запнулся. А мы все повернулись на голос, чтобы узреть пустоту!

— Сказки канувшей Хелидари! Только у меня! Со скидкой! — между тем продолжал голос.

Глава 7. О сказках, принцах и опять о принцах

Похоже, и этот мир захватил маркетинг! На Земле только на туалетной бумаге пока ничего не рекламят. И то, наверное, до поры-до времени. А тут даже император рекламирует… И если бы скипетр там или коллекцию корон, это было бы понятно, но сборник сказок! У них что, кризис? Да вроде по платью, который на мне, и платьям остальных девушках, или же дворцу, кризиса у них нет и не предвидится. Или сказки на золоте начирканы? Ну, и остаётся вариант, что платья тоже таки реклама, и потом у меня их отберут…

— Стража! — на этот раз я услышала голос императора.

А, то есть таки не реклама, а мазахистоподобный самоубиец-продавец решил напоследок попытаться заработать? За подобное, в лучшем случае, попадают в темницу, а в худшем… ну, ещё бонусом раскрасят лицо.

Но стража никого не нашла. Совершенно никого! Странно. А еще страннее тихий смех, который я вдруг услышала!

Это или глюки, или невидимый продавец сказок, но голос, правда, чуть другой.

После того, как стража все перерыскала, принц попытался продолжить свою речь. Ключевое слово “попытался", ибо, похоже, подготовленную речь забыл, так что начал нести полную чушь.

Я навострила ушки.

— Я счастлив здесь находиться, но, мне кажется, что вы, ваше величество, немного пополнели. Это не совсем заметно, но мой отец стройнее… — тут принц запнулся и попытался закрыть рот ладонью.

Не получилось.

— И я самый-самый принц, а ваш сын не очень! А ещё у вас солнце холоднее греет, чем у нас! И дворец наш ярче и золотее! А зелень, кстати, зеленее! И масло маслянее! — выпалил бедный парень и закрыл таки двумя руками рот.

Я пыталась не рассмеяться. Очень пыталась. Но плечи предательски подрагивали, и живот болел от сдерживаемое смеха.

— Ммм… — мычал пострадавший от чьей-то шутки.

Я все же не сдержалась. Принца было жалко, так опозорился, но я ничего не смогла поделать с собой.

Секунда…

И мой смех утонул в других. Кто-то даже похрюкивал.

— Ыыы… — всхлипнула я, а потом попыталась успокоиться. У меня почти получилось, так что задала вопрос стоявшей рядом Лави: — А что это было?

— Влияние, — коротко ответила она.

Потом вспомнила, что я в этом мире дуб дубом, и пояснила: