Меч (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 74

Не успела я опомниться, как он сграбастал меня своими мощными руками и стиснул так, что у меня позвоночник хрустнул. А потом он подбросил меня в воздух. Невольно расхохотавшись, я пихнула его в плечи, когда приземлилась обратно в его объятия.

— Поставь меня, чудище ты этакое!

— Само собой, Высокочтимый Мост!

Он аккуратно поставил меня на ноги, так бережно, будто я была стеклянной. Я продолжала держаться за его руки, с неверием уставившись на его лицо.

— Ты жив! — подумав об этом, я крепко вдарила ему по груди. — Ты жив! И не потрудился мне сказать? Хотя бы дать мне знать?

Его глаза выражали сожаление.

— Мне так жаль, ilya.

— Жаль? Ты позволил мне думать, что ты погиб!

— Мне очень, очень жаль, ilya, — сказал он, с сожалением щелкая языком. — Поистине жаль. Я не мог передать тебе сообщение. Я не мог тебе сказать.

— Не мог мне сказать? Почему?

Он взглянул на ворота Города позади меня, затем пожал плечами.

— Приказы. Ну, ты понимаешь. И возникли бы вопросы… я много лет был в Адипане, с самого детства. Возможно, они могли бы отследить меня, если бы знали, что я выжил, — вздохнув, он положил ладони на свою мощную талию. — Ты же понимаешь эти вещи… да, ilya?

Сложив кусочки паззла воедино, я нахмурилась.

— И как же долго ты работаешь на Салинса? — ещё сильнее нахмурившись, когда он промолчал, я продолжила размышлять. — Должно быть, это началось ещё раньше? До того, как Ревик превратился в Сайримна? Ты был их контактом в Сиртауне. Одним из них, во всяком случае. Верно? Когда ты примкнул к Восстанию, Гар?

Выражение лица Гаренше сделалось виноватым.

— Некоторое время назад, — признался он, делая неопределённый жест рукой. — Я мог бы уйти ранее, после Вашингтона. Босс попросил меня остаться… твой муж. Он хотел, чтобы кто-нибудь присматривал за тобой, ilya. Оберегал тебя от этих долбаных безумцев, — его глаза ожесточились. — …Безумцев, которые застрелили тебя, как только меня не оказалось рядом.

Словно внезапно услышав собственные слова, он окинул меня взглядом с головы до пят.

— Но тебе уже лучше?

Я проигнорировала это.

— Тогда зачем вообще было уходить? — произнесла я всё ещё с обвиняющими нотками в голосе. — Балидор всё понял во время бомбёжки? Потому что если так, он мне не сказал.

Гаренше поморщился.

— Нет, — его голос изменился, сделался таким холодным, каким я никогда его не слышала. — Нет, этот dugra-te di aros так и не узнал, кем я был. Я ушёл не поэтому, ilya.

Я вздрогнула, поразившись различиям в его лице и свете.

— Тогда зачем? — спросила я после небольшой паузы. — Ты уже был там. Зачем тебя уводить?

Гигантский видящий расплылся в очередной улыбке, вся его злость испарилась.

— Ну, видишь ли, правда в том, ilya, что босс считает, будто я слишком пристально наблюдаю за тобой. Я нарвался на вопли и потрясание кулаком. Он сказал мне вернуться, сказал, что сделает это сам.

Я фыркнула, и в этом смешке отчасти прозвучало неверие.

— Иисусе. Надеюсь, что ты шутишь.

Гаренше лукаво посмотрел на меня, вскинув тёмную бровь.

— Ну, он не ошибается, ilya, — он жестом показал на моё платье. — В этом ты тоже выглядишь очень сексуально, друг мой. Не будь он рядом, я бы непременно попытался растлить тебя.

Я широко улыбнулась.

— Растлить меня, говоришь?

— Определённо, — сказал он, вновь окинув моё тело взглядом.

Он издал протяжный мученический вздох.

Я расхохоталась, во второй раз хлопнув его по груди.

— То есть, вся эта церемониальность с Высокочтимым Мостом у тебя опять вылетела в форточку? — спросила я. Странно, но его беспардонность казалась приятной переменой отношения ради разнообразия. Я посмотрела на воображаемые наручные часы. — Сколько времени прошло? Тридцать секунд? И ты уже разговариваешь со мной, как с какой-то человечкой, которую можно принудить к оральным услугам?

Он широко улыбнулся.

— А ты бы не прочь, да?

— А у меня был бы выбор? — рассмеялась.

— Само собой, Высокочтимый Мост! — он подмигнул. — Я бы спросил, в какой позе ты хочешь после этого, и согласился бы на ту позу, которая возбудила бы тебя сильнее всего.

Я снова расхохоталась в голос.

— Почтение, Гар. По-чте-ни-е. С кем ты разговариваешь, забыл? Я могу переломить тебе позвоночник… — я щёлкнула пальцами перед его лицом. — Вот так вот запросто.

— Конечно, Высокочтимая Сестра. Мои глубочайшие извинения. Мое почтение включено на полную мощность.

— Конечно. Как же, — улыбнувшись, я обняла его и почувствовала, как горло сдавило. — Чёрт подери. Я скучала по тебе… болван-здоровяк. Хоть ты и сексистский кусок дерьма.

— Сексистский? — озадаченно переспросил он. — Я очень люблю секс, Высокочтимый Мост. Разве мы уже не пришли к выводу, что в этом и есть моя проблема?

Я напоследок крепко сжала его в объятиях, затем отстранилась, подавляя очередной смешок. И всё же я почувствовала, как по мне ударила очередная волна чувств, и отвела взгляд.

Я выдавила из себя улыбку.

— Ты безнадёжен, Гаренше.

Он похлопал меня по плечу гигантской ладонью, пока я вытирала слезы, отвернувшись. Я не позволяла себе думать о нём после Дели. По правде говоря, я думала, что он погиб. А может, я просто не хотела знать наверняка, жив он или нет.

То же самое с Чандрэ, которую я знала ещё дольше.

При этой мысли я почти спросила у него.

Затем поняв, что я не готова услышать плохие новости и передумав, я решила, что этот разговор может подождать.

Но, должно быть, Гаренше услышал меня или увидел образ Чандрэ в моем свете.

— Она тоже с нами.

Я подняла взгляд, вздрогнув.

— Чан?

Его взгляд сделался виноватым.

— Она не была с нами раньше, как я, Высокочтимый Мост. Она пришла к нам после Дели. Она пришла к нему. С тех самых пор сестра Чандрэ работает с нами.

Я кивнула, закусив губу. Не могу сказать, что на самом деле удивилась.

Однако это немного ранило, хоть я и знала, что тут наверняка нет ничего личного.

Через мгновение меня затопило облегчением, как только я осознала важность его слов. Она жива. Чан не погибла. Гаренше не погиб. Оба моих друга не стали сопутствующими потерями при бомбёжке. Суровая боль в моей груди ослабла, и я выдохнула.

Сделав ещё один вдох, я кивнула.

— Хорошо, — сказала я. — Это хорошо. Я рада, что с ней всё в порядке.

Гаренше всмотрелся в мои глаза, и в его взгляде виднелось лёгкое удивление.

— Да. С ней всё хорошо.

— Она живёт с вами? Я увижу её там, куда мы отправимся?

— Нет, — взгляд и голос Гаренше сделались осторожными. Я видела, как он опять косится на ворота Тяньаньмэнь, которые как будто символизировали Ревика в его отсутствие. — Она… на миссии, Мост Элисон. В Америках. Так хотел босс. Тебе лучше спросить у него об этом.

Я кивнула, приглушая свои мысли относительно его объяснения.

— Ладно, — я вновь выдохнула. — Но она жива. Она не исчезла навеки.

— Жива, да, — лицо Гаренше осветилось улыбкой. — Ты увидишь её вновь, ilya, и довольно скоро. Думаю, она вернётся через несколько месяцев. Или, может быть, мы сумеем поехать к ней.

Я кивнула, глядя по сторонам.

Стараясь прийти в себя, я скрестила руки на груди и посмотрела на строй человеческих солдат. Повернувшись, я позволила своему свету пробежаться по двум рядам бронированных автомобилей, выкрашенных в камуфляжные цвета, и ощутила сенсоры, исходившие от их обшивки из органического металла. Я вспомнила обо всех взглядах, потенциально прикованных к нам, и переступила с ноги на ногу, стиснув зубы.

— Так что теперь? — спросила я. — Мы просто будем ждать его здесь?

Гаренше сжал мою руку толстыми пальцами.

— Нет. Не здесь, ilya, — он поджал губы. — Ты права. Нам нужно идти.

Он повёл меня по ближайшему из пяти каменных мостиков, которые пересекали ров между входом в Город и наружной улицей. Мы подошли прямо к строю солдат в униформе, которые не удостоили нас даже беглым взглядом.