Здесь вам не тут, а магия! (СИ) - Хилинская Любовь - Страница 32

На всякий случай заучила заклинание, создала мыслеобраз, толкнула его в кастрюлю.

Бабах!

Меня отбросило на пол, неведомой силой проволокло до стены и шандарахнуло сверху прилетевшей горячей кастрюлей. Пустой! Но шишка получилась знатная. Помните бандита из фильма «Один дома», где ему утюгом лицо пригладило? Так вот, у меня был примерно похожий след, только круглый и на лбу. Е-мое, как теперь на улицу-то выйти! И главное, почему так произошло? Я ж все по книге делала!

Кое-как соскреблась с пола, шатаясь, я доползла до дивана, плюхнулась на него и вздохнула. Да, изучать магию без присмотра кого-то в этом соображающего — не очень хорошая идея, конечно. Голова болела и кружилась, в кухне воняло горелым, хотелось есть, кастрюля валялась скособоченная на полу, а самое главное в этом натюрморте было то, что злополучный кусок мяса прилип к потолку аккурат посередине, в виде люстры. И с него капал бульон. Мда. Лерейс будет в бешенстве, похоже.

Желудок предательски заурчал.

Решив пока больше не экспериментировать, я традиционным способом сварила кашу, поела и вышла на террасу с кружкой чая. И книгой. К этому учебнику меня влекло со страшной силой. Я надеялась, что остальные мои попытки не будут столь разрушительными, а потому сейчас перечитывала еще раз рецепт приготовления пищи магическим способом и пыталась понять, что же я не так сделала. Вот — уложить пищу в приготовленную посуду, залить водой — это я все сделала — затем направить мыслеобраз на продукты и пожелать, чтоб они приготовились, влив в них немного силы. Ну все правильно, я так и делала. Почему ж треклятая кастрюля чуть не убила меня?

Интересно, а есть здесь более мирное что-нибудь? Надо ж что-то изучать, раз сидеть здесь неизвестно сколько.

Пролистав учебник полностью, я обнаружила, что здесь собраны только бытовые заклинания, боевых не было. Но у меня и кастрюля — снаряд, как выяснилось, так что враг не пройдет. Эх, видели б меня мои детдомовские однокашники, то-то удивились бы! Представив, как во время наших шутливых баталий летающие кастрюли лупят по головам всех моих детских врагов, я хмыкнула и вновь углубилась в чтение.

Итак, что я имею в результате прочтения? Первое — научилась без проблем зажигать светляков и справляться с грязью на одежде. Второе — могу зашибить кастрюлей всех желающих отведать вкусного супчика. Третье — силушка моя имеет тенденцию к разрушению окружающего мира. И это с одной стороны меня радует, а с другой огорчает. Но, надеюсь, как-то справиться с нею можно будет, чтоб был не такой сногсшибательный эффект от летающей утвари.

Потерев шишку на лбу, я вновь углубилась в чтение.

Следом за кулинарными шли заклинания создания полога тишины. А вот это, учитывая реалии здешних утренних побудок голосистым петухом, было замечательно! Вскоре я уже экспериментировала вовсю, то отрезая звуки мира, то вновь их впуская. Какое ж счастье будет завтра поспать подольше! А то после Сидоровых арий приходилось вставать, так как обратно заснуть не получалось.

Незаметно наступила ночь. Застрекотали сверчки, заухали совы, летучие мышки сновали в небе, ловя мошек и комаров, а я все также сидела в кресле, уже просто дыша воздухом и всматриваясь в темноту. Хорошо!

25

Следующая неделя пробежала быстро. Я уже не скучала, стараясь освоить как можно больше способов магичить из книги. Мне легко удавались всякие вещи типа щитов, воздушных кулаков, как я назвала способ свалить с ног человека сжатым воздухом в виде дубины, создание смерча, с которым я экспериментировала в бане и чуть не снесла ее к чертям, как домик Элли, а вот бытовые никак не давались. Я уже решила не переводить продукты и пыталась варить суп из травы, но все равно каждый раз кастрюля взлетала и норовила шибануть меня по лбу. Но я уже была научена горьким опытом и магичила в старой шапке, которую случайно откопала на чердаке, разбирая завал, который устроила там виверна.

Сама же Лерейс не появлялась. Счастье, что я знала, что с ней все в порядке, а то бы испереживалась. Вэйрин, явившийся как-то в момент моих кулинарных экспериментов, едва успел захлопнуть дверь, спасаясь от взбесившейся утвари, поскольку я пыталась приручить большую ложку, заставив ту мешать суп, варящийся самым обычным способом.

— Можно войти? — глухо послушалось из-за двери, как мне показалось, издевательским голосом и со смехом.

— Войди! — освобожденная от магии ложка брякнулась на пол.

Вэйрин осторожно просунул голову в дверь и быстро оббежал глазами кухню.

— Осваиваешься? — поинтересовался он, наконец, войдя целиком.

— Пытаюсь облегчить труд, — пожала я плечами и украдкой посмотрела, не забыла ли выключить плиту.

— Хы! — гоготнул он, плюхаясь на диван. — Счастье, что Лерейс тут нет, она б тебе не позволила дом разносить. Мне тут соседи сказали, ты в бане чем-то так жахнула, что у них стекла задрожали!

— Ну, было дело! — я смутилась. — Но баня цела!

— Баня — дело наживное, — со знанием дела ответил Вэйрин. — Знаешь, как маленькие виверны учатся обращаться?

Я отрицательно помотала головой, с интересом уставившись на него.

— Мы лет до 3–4, а кто-то и позже, остаемся в том обличье, в котором родились. Если виверна захотела снести яйцо и вывести малыша в зверином облике, превратиться в человека он сможет не сразу, так и с людьми. Я поздний ребенок, в том плане, что мне было уже шесть лет, никто и не надеялся, что у меня получится, обычно ведь к пяти годам все уже перекидываются. Короче, я был дома, залез на чердак, играл там в войнушку, как вдруг почувствовал, что меня распирает изнутри. Нет бы выйти во двор и маму позвать или отца, я наоборот — залез под старое одеяло и затаился там. Думал, все, помираю. И вдруг меня будто вывернуло, — при этих словах он передернулся, — в первый раз всегда больно, знаешь ли. Короче, крыша дома была снесена напрочь. Мама, конечно, напугалась, отец спешно возвратился домой с охоты. Мы с ним улетели вместе, он учил меня целый месяц в лесах и полях охотиться, жить в обличье виверны, это было самое мое счастливое время. Теперь я часто летаю, каждый раз это восторг и свобода. Не понимаю тех, кто выбрал навсегда какое-то одно обличье. В человеческом тоже много преимуществ, кстати.

Усмехнувшись, парень искоса взглянул на меня.

— Хорошо тебе! — вздохнула я. — Я б, если могла, полетела бы к Нику, вдруг ему там помощь нужна.

— Хочешь, я тебя унесу? — Он с любопытством уставился мне в глаза. — Здесь скукота, ничего никогда не происходит, а там, за горами, вся жизнь. Не понимаю, отчего мы до сих пор живем затворниками, ведь маги давно уже готовы к сотрудничеству.

— Ну, здесь я не подскажу, — я пожала плечами. — А вот предложение твое интересное. Не знаю, обрадуется ли Ник, но я уже от скуки скоро сдохну здесь. Тем более, новости сюда совсем не доходят. Может, там гунны уже захватили мир, а мы тут живем себе спокойненько.

— Ну да, согласен.

Я замолчала, сосредоточенно обдумывая предложение Вэйрина. Могу ли я им воспользоваться? С одной стороны, очень хотелось увидеть Ника и понять, действительно я в него влюбилась или просто это чувство привязанности, а с другой — могу ли я подвергать риску самого Вэйрина и заставлять его лезть в пекло, ведь мало ли, что там может быть за горами? Но очень чесалось согласиться!

— А мы сможем быстро улететь, если вдруг там что-то случится? — встревоженно заглянула я в глаза парню.

— Обижаешь! — тот выпятил нижнюю губу и обиженно стрельнул в меня глазами. — Я самый скоростной из всех!

— Да? — с сомнением в голосе протянула я, вспоминая, как этот самый скоростной бухнул меня в озеро в первый же полет.

— Да! — Он приосанился. — Давай завтра и полетим, чего тянуть дракона за хвост! Только ты оденься теплее, придется лететь высоко над горами, а там холодно, обморозишься, а тебе рожать еще!

Я закашлялась, поперхнувшись от удивления.

— Ну а что, все рожают, и ты родишь!