Право на мир (СИ) - Данилевский Вадим - Страница 56

— Уже нет, — ответил Найджел.

— Но я же видел… — попытался возразить гном, но командир остановил его взмахом руки.

— Давайте выбираться. Вопросы оставим на потом.

Друзья заспешили к открытому в стене проходу. Внезапно налетевший порыв ветра поднял пыль, и Найджел затылком почувствовал чей-то пристальный взгляд.

— Ты хорошо дрался… для человека, — пророкотал громовой голос и… все стихло.

Найджел оглянулся, но на арене никого не было…

Кроме него, никто ничего не заметил и не услышал, разве что эльф зябко передернул плечами. Да и то скорее от ветра.

Какова же была их радость, когда сразу за стенами арены обнаружились их лошади и даже ни одна сумка не пропала! Увидев хозяев, животные радостно забили копытами.

— Как же вы справились с этаким чудовищем, ваша милость? — спросил гном, когда путники оказались в седлах.

— Я до конца и сам не понял, — честно признался Найджел. — Похоже, меня спас амулет, подаренный его величеством. Он упал на арену, расколов камень под ногами врага, и тот провалился в трещину. Если бы не это, не знаю, чем бы все закончилось. Этот Тогнарок умеет мгновенно залечивать раны, становясь бесплотным, как призрак.

— Разве можно нанести призраку рану обычным оружием? — удивился гном. — Это же невозможно!

— А вот с этим бы я поспорил. — Найджел вспомнил, как кровь воина оросила арену. — Мне удалось ранить Тогнарока в руку. Да и когда я его по голове приложил, громила отключился. Вот только сила у него немереная — чтобы такого загонять, полдня надо…

— Как же так, магистр? — тут же пристал к старцу Фрейнур. — Чтобы призраку от обычного железа вред был?!

Зная, что гном просто так не отстанет, тот вздохнул.

— Этот Тогнарок никакой не призрак. С чего ты взял? Только из-за того, что его видимая сущность временами становится прозрачной? Но это ни о чем не говорит! Есть много существ, живущих в нашем мире и при этом абсолютно прозрачных. Взять тех же медуз. Здесь же другое дело. Похоже, этот Тогнарок существует сразу в двух мирах — своем и нашем. Проявляясь в нашем мире, он становится уязвимым для оружия, чем и воспользовался Найджел. Только и всего. Хотя, конечно, сам феномен весьма удивителен!

В свою очередь Найджел расспросил друзей, что приключилось с ними в подземельях Критона и как они оказались на трибуне амфитеатра все вместе. Истории были похожи друг на друга, хотя и отличались подробностями.

Дорога тем временем уводила путников все дальше от центра. За спиной, на перекрестках, поднимались каменные плиты, закрывая обратную дорогу на арену. Мостовая оборвалась у грунтовой дороги, начавшей зарастать травой. По ней отряд без проблем выбрался из Критона и, преодолев небольшой подъем, оказался на вершине земляного гребня, поросшего короткой изумрудной травой.

В тот же миг где-то ударил гонг. Его приглушенный звук разливался в воздухе, но потом резко оборвался, будто унесенный ветром.

Эльф, замыкавший колонну, посмотрел назад и удивленно ахнул. Это заставило всех обернуться, и теперь пришел черед удивляться и ахать остальным бойцам.

Удивительный город исчез без следа! Там, где только что вздымался лабиринт каменных колец и квадратных башен, расстилалась зеленая долина, стиснутая на севере двумя гигантскими холмами, образующими узкие врата, через которые они вошли в нее.

— Что за морок?! — прошептал Алкуин. — Хотя было бы странно, не случись чего-то подобного… Как и его воинственный хозяин, город существует в нашем мире не постоянно, проявляясь лишь время от времени…

— Выходит, нам крупно «повезло», — усмехнулся Найджел. — Не то бы пропустили такое редкое явление.

— Чудно! — выразил общее мнение Фрейнур. — Ваша милость, а может, нам это все пригрезилось? Город этот, подземелья, воин-призрак и ваш бой с ним. Может, это запах местных трав так подействовал?

Найджел взглянул на прожженную местами куртку барона, на измученные лица друзей, и машинально прикоснувшись рукой ко лбу, поморщился от боли.

— Не думаю, Фрейнур. Не могли же мы все видеть одно и то же? Грезы такими не бывают. Ну да хватит разговоров. Мы и так задержались. Едем вперед, на юг!

Глава 56

Теперь перед путниками расстилались бескрайние холмистые просторы, а любые намеки на дорогу или хотя бы звериную тропу отсутствовали вовсе. Приходилось выбирать путь на глаз, избегая глубоких влажных оврагов и непролазных кустов. Трава в ложбинах между холмами была густая и высокая. Мокрая от росы, она оплетала ноги и грудь лошадей, хватала путников за сапоги, словно щупальца озерных демонов, замедляя продвижение. Лошади поднимали из травы тучи злющих комаров и мелких кровососов. Особенно доставалось Фрейнуру и его гирканцу.

— Это что же такое! — возмущался гном, отмахиваясь веткой от мошкары, норовящей цапнуть его за нос и набиться в бороду. — Неделю к реке выйти не можем! Как такое может быть? Может, мы заблудились, магистр?

— Об этом не может быть и речи, — ответил Алкуин. — Мы движемся к реке. Однако я предупреждал: здесь живо древнее время и существа, рожденные вне этих земель, ощущают его иначе. Мы отклонились от верного пути, и теперь необходимо наверстывать.

Чтобы хоть как-то облегчить продвижение, путники держались солнечной стороны холмов. Трава здесь была суше, чем в тени, и потому не такая тяжелая, она не липла к лошадям, да и кровососы не так досаждали, предпочитая роиться над влажными тенистыми низинами.

На ночлег устроились в распадке между холмов, предварительно утоптав траву на стоянке и разложив поклажу на сухих кочках. Развести костер здесь было не из чего. Поэтому ужинали всухомятку, оставшись даже без привычного травяного отвара.

Вместе с темнотой воздух наполнился тучами звенящей мошкары, несказанно обрадованной появлением в этих краях нежданной поживы.

— Вот бы где костер не помешал! — ворчал Фрейнур, пытаясь разогнать кровососов над головой. Это ему не очень-то удавалось, зато мошкара умудрялась искусать ему пальцы. — Вот твари-то какие! Похуже разбойников!

Спали, укрывшись с головой одеялами и плащами. Но даже тогда отвратительный монотонный гул не давал заснуть. Думать не хотелось, каково там приходится лошадям. Это была самая отвратительная ночевка за все время пути. Не дожидаясь рассвета, измучившиеся и совершенно не выспавшиеся путники еще затемно свернули лагерь и оставили опостылевшую стоянку, даже не вспомнив про завтрак.

Когда совсем рассвело, сделали небольшой привал. Сильный ветер сдувал кровососов, и путешественники, наконец, вздохнули с облегчением. Брайли в выражениях, никак не свойственных дворянину, помянул недобрым словом всю комариную родню и презрительно сплюнул. С тем и поехали дальше.

Скоро местность стала понижаться. Холмы исчезли. Часам к пяти впереди блеснула зеркальная поверхность большого озера. Найджел насторожился: у воды вполне могли поселиться живые существа. Впрочем, опасения оказались напрасными. Отправленный в разведку эльф, вернувшись, доложил: все спокойно, даже звериных следов нет.

Вскоре путь отряду преградила глубокая, чистая речушка, весело журчащая в окружении густого ивняка. На востоке сквозь зелень листвы серебрилась озерная гладь.

Как по заказу нашелся брод — похоже, когда-то здесь пролегала дорога. Лошади ступили в воду, поднимая фонтаны сверкающих на солнце брызг. В самом глубоком месте брода вода едва доставала до стремян. Рядом в спокойной глубине шевелились темные спины крупных рыб.

— Ух, ты! — восхитился Брайли. — Командир, хорошо бы наловить свежей рыбки!

— Валяй! — махнул Найджел и объявил: — Привал!

Едва оказавшись на берегу, барон спешился и сноровисто срезал у кустов длинную острогу. Затем с ловкостью, удивившей всех без исключения, набил этой острогой десяток серебристых рыбин, напоминающих радужную форель. Найджел, Арминас и Фрейнур переглянулись.

— Ловко, ничего не скажешь! — улыбнулся эльф.

— Дворянин! — развел руками гном. — У них в крови охота да рыбалка. Чем им еще в своих имениях заниматься, как не этим? Разве что амуры с девицами крутить!