Право на мир (СИ) - Данилевский Вадим - Страница 53

В этот миг дверь отворилась. Огненные сущности попятились. Брайли вскинул меч, готовясь встретить неизвестного врага, и застыл, позабыв о противниках, чье горячее дыхание обжигало спину.

На пороге, улыбаясь, стоял магистр Алкуин.

— Магистр! Магистр Алкуин! — радостно взревел Брайли, улыбаясь в ответ. — Как же я рад вас видеть! Никак не ожидал встретить здесь друга! Вот так встреча!

— Добрая встреча! Пусть и в таком месте, — ответил Алкуин. — А вы, я вижу, не скучали. Нашли достойного соперника?

— Куда там! — фыркнул барон. — Враг хлипок, но подловат! Вернемся назад вашей дорогой и поищем выход?

— Нет уж! — воскликнул магистр, захлопывая дверь. — Туда идти точно не стоит. Так что, противник не достоин вас?

— Эти бестии, — пожаловался Брайли, — почти не видны. Просто жаркое марево в воздухе. Попробуй тут сражаться! Однако они очень проворны.

— Сейчас мы выведем их из тени, в которой они пребывают, — сказал магистр. — Хорошо, что сумка при мне.

Алкуин на ощупь нашарил какой-то порошок, взмахнул рукой и распылил его в воздухе. Оседающие на врагах частицы заставили их вспыхнуть, коридор наполнился существами, пылающими словно факелы. В их руках трескуче полыхали огненные клинки. Зрелище было жутковатое: ни барон, ни магистр не ожидали, что противников окажется так много. Зато теперь Брайли видел врагов. И его улыбка не сулила им ничего хорошего.

С яростным криком барон бросился в атаку. Он рубил огненных существ, после чего пламя поглощало их, заставляя рассыпаться невесомым серым пеплом. Меч раскалился до багрово-красного сияния. Если бы не наборная рукоять из рога оленя, барон давно бы выпустил клинок из обожженной руки.

Разогнав первые ряды, Брайли врубился в гущу пылающих врагов. В первый миг он пожалел о собственной смелости, едва не потеряв сознание от дикого жара. Но осознание близкой победы и тревога за друзей помогли ему собрать волю в кулак. Схватив меч обеими руками и выставив его перед собой, он крутанулся на каблуках, описав полный круг, породив этим настоящий огненный шквал от вспыхнувших противников. Клинок раскалился и зашипел.

Враги, пораженные яростью соперника, бросились врассыпную. Забавно подскакивая, пылающие сущности уносились прочь, потухая на ходу и истекая сизым дымом, как прогоревшие головни.

Вскоре к свечению раскаленного камня добавился холодный свет фиала. Подошедший магистр протянул барону флягу с водой.

— Кажется, в конце коридора за аркой я вижу винтовую лестницу, ведущую вверх, — сообщил он. — Проверим, куда она ведет.

Глава 53

Когда плита под копытами гирканца ухнула вниз, Фрейнур даже не вскрикнул. Он и испугаться-то не успел, хотя до этого трясся как осиновый лист.

Ожидавший, что окажется в темноте, в окружении врагов, гном не верил глазам. Он был один в подземелье, не считая гирканца, а царящий вокруг полумрак позволял разглядеть длинную галерею. Ее стены, повторяя очертания улицы наверху, неярко светились голубым светом.

В этот миг под потолком сгустилась тьма. Чьи-то сильные руки, появившиеся из нее, железной хваткой схватили гнома за плечи и сбросили с лошади. Падая, он испустил отчаянный вопль. Гирканец, дико заржав, бросился вперед. Скоро перестук его копыт смолк, и в галерее воцарилась тишина. Но еще раньше, чем это произошло, облако тьмы под потолком рассеялось без следа.

Фрейнур поднялся с пола и медленно ощупал себя.

«Кажется, кости целы. И даже топор при мне!»

Гном огляделся, соображая, что делать и куда идти. Неподалеку от того места, где он угодил в ловушку, коридор заканчивался тупиком, заваленный огромной скалой. Никаких боковых ходов в стенах не было. Оставалось лишь идти следом за испуганным животным.

Будучи по природе рассудительным и осторожным, как всякий гном, Фрейнур при этом обладал практическим складом ума, предпочитая долгим раздумьям решительные действия.

Шагая по плитам, он невзначай коснулся рукой рукояти топора и почувствовал, как уверенность возвращается к нему.

«Ничего, прорвемся! — с неожиданной злостью подумал он. — Хорошо бы встретить кого-нибудь из друзей. Вместе бы мы точно нашли выход из подземелья!».

Коридор, незаметно понижаясь, уводил гнома под древний город. Он шел около получаса, так и не встретив друзей, впрочем, врагов тоже не было видно.

Очередной поворот вывел Фрейнура в длинную темную галерею. Впереди маячило тусклое пятно, и скоро стало понятно, что проход в этом месте расширяется, отделяя одну часть галереи от другой. А дальше… о молот и наковальня!.. — глаза гнома различили отвесную стену, сложенную из гигантских камней.

«Неужели и здесь тупик?!» — Покрывшись холодным потом, гном бросился вперед, забыв об осторожности.

Неожиданно каменные плиты коварно ушли из-под ног и он почувствовал, что стремительно падает вниз.

«Вот и все!», — пронеслась в голове Фрейнура шальная мысль. Он сжался в комок, ожидая неминуемо жесткого падения на камень. Но вместо этого с громким всплеском угодил в подземный ручей, протекающий в желобе у стены.

Черная вода обожгла гнома ледяным огнем. Нахватавшиеся воды сапоги и кольчуга сразу потянули его на дно, но в следующую секунду ноги коснулись каменного ложа, по которому бежал ручей. Глубина оказалась гному по грудь. Выбравшись из ручья, он устало плюхнулся на камень.

— Что ж, хоть за это спасибо, — проворчал он. — Вот так дела! Впервые гном отдает предпочтение изменчивой воде, а не прочному камню! Представляю, что бы было, упади я не в ручей, а на каменные плиты.

«А где же мой топор?!» — вдруг вспомнил он и, пораженный страшной мыслью, так и подскочил на месте.

— Утопил! Как есть утопил оружие!

Распластавшись на животе у ручья, Фрейнур, не обращая внимания на холод, попытался нашарить топор. Сначала это ему не удавалось, и он досадливо крякнул. Но вот рука наткнулась на гладкую рукоять, и гном с торжествующим воплем извлек оружие из воды.

Поднявшись с холодного пола, гном огляделся. Он находился в круглом колодце, если только можно представить себе колодец размером с двор небольшого замка.

В стенах вырисовывались огромные полукруглые арки, как будто предназначенные для дверей. Однако за ними был лишь серый камень.

— Так недолго и замерзнуть! — сердито буркнул Фрейнур.

Чтобы согреться, он быстрым шагом обошел место своего заточения, внимательно изучая ловушку. Осмотр показал: забраться наверх по отвесным стенам невозможно, между камнями не проходил даже краешек лезвия топора.

Гном сел на ступеньку перед аркой и прислонился к стене.

«Интересно, куда же подевался гирканец? Свернул в какой-нибудь коридор? А я вот угодил в каменный мешок, выбраться из которого можно, только если вырастут крылья!».

В сердцах гном стукнул локтем в стену позади себя. Глухой звук, как будто он ударил в пустую бочку, заставил его вздрогнуть.

«Да это же дерево! — изумился гном. — Вот так дела!».

Он не заметил, как оказался на ногах. Дрожащие от холода и волнения руки сжимали топор. Внимательно оглядев стену под аркой, он различил едва заметные контуры двери. Можно было разглядеть даже крохотные — не толще волоса — щели между отдельными широкими досками.

— Выставить такую махину еще надо постараться, — вслух сказал он. Звуки голоса действовали ободряюще. — Да мне это и не надо. Вот прорублю дыру — и хватит!

Засучив рукава, Фрейнур принялся за работу. Дерево оказалось на редкость твердым, с каждым ударом от доски откалывались лишь небольшие щепочки. Лицо гнома раскраснелось, лоб покрылся потом. Но он не остановился до тех пор, пока не завершил дело. Прорубив в двери достаточное, как ему казалось, отверстие, он протиснулся внутрь, подивившись при этом толщине доски.

За дверью оказался круглый зал, освещенный холодным голубым светом, льющимся сверху. Кое-где на каменных плитах лежали тускло мерцающие ледяные глыбы, вокруг них расплывались лужицы талой воды. Все это абсолютно не волновало гнома.

Фрейнур оглядел прорубленное в самом низу двери отверстие. На ее фоне оно походило на работу грызуна, прогрызшего дверь кладовки. Он сам себе напомнил мышь, выбравшуюся из норки.