По шагам (СИ) - "Фламени" - Страница 29

- Мистер Поттер, черный артефакт подтвердили, вы подготовили прошение?

Гарри чуть ли не взвыл, он совсем забыл об этом… Уже придумывая, что бы соврать на этот раз, Драко вмешался в разговор:

- Мистер Вайтер, мистер Поттер все подписал, скоро я вам занесу документы. Получите пока заключение из отдела колдомедицины, а то у них какие-то трудности.

Юноша поблагодарил коротким кивком и скрылся за дверью.

- Что за артефакт? - тут же обратился блондин к Гарри, и тот стал рассеянно искать в куче документов позавчерашнее прошение этого Аврора.

Малфой протяжно и устало выдохнул, понимая, какая работа его ждет.

Этот день стал самым тяжёлым за всю жизнь Поттера… Он никогда столько не писал, даже за все время обучения в Хогвартсе. Люди приходили со всех отделов, но Драко знал их в лицо и точно подсказывал Гарри что и как. Это ускорило процесс в разы, но то, что блондин слишком уж хорошо разбирается во всем процессе, несколько напрягало. Гриффиндорец с огромным усилием заглушил восстание своей гордости, и старался вести себя как можно более непринужденно, не затрагивая никаких тем, кроме рабочих. Все-таки Министру действительно не сладко приходится из-за проблем с ним, хотябы ради Бруствера стоит потерпеть общество слизеринеца.

Но и Малфою тоже стоит отдать должное, он вел себя сугубо сдержанно, а в присутствии особо важных людей в кабинете вообще растворялся и подсказывал очень ненавязчиво, не вызывая никаких подозрений. Гора документов на столе гриффиндорца стремительно уменьшалась, а Малфой не присел ни на мгновение, раскладывая каждый лист в нужную стопку, где-то объяснял какие отметки на них ставить, и какой отдел занимается решением указанной проблемы. Гарри в конечном итоге даже забыл возмущаться, ловя каждое слово юноши, настолько Поттер был физически и мысленно истощен. Гриффиндорец не заметил, в какой момент он просто отрубился, и непослушное тело устало расположилось прямо на столе. Юноша уже очень давно нормально не спал, и не понял, как так вышло. Ещё мгновение назад он подписывал распоряжение, и вот уже очнулся на диванчике, скрытом стеллажами, укрытый пледом. Гарри с трудом поднялся, размял затекшие руки и шею. Ему стало значительно лучше, даже мысли немного прояснились.

Юноша прошел мимо всех полок с папками дел в сторону своего рабочего стола. При тусклом свете люмоса Драко расположился в его кресле и сосредоточенно жевал кончик пера, вчитываясь в строки. Он был растрёпанный, немного раскрасневшийся от усталости, спина совсем неаристократично прогнулась дугой, а глаза истёрли свой блеск о буквы на шаршавой бумаге и чуть ли не терялись на бледном лице. Блондин услышал шорох и обернулся. Гарри почувствовал, как его сердце пропустило удар под этом взглядом. Слизеринец первый раз за весь день посмотрел на него, и это почему-то совсем сбило с толку Поттера. В этом взгляде не было ни какого-то требования или мольбы, глаза ничего не выражали кроме усталости, но Гарри буквально стушевался и неприятное, липкое чувство вины сдавило грудь.

- Ты уснул, пришлось тебя левитировать, - Малфой попытался улыбнуться уголками губ, но получилось совершенно наигранно. Слизеринец потянулся и взглянул на часы, - Я думаю, мне пора, уже глубокая ночь. Да и ты пошел бы домой, а то завтра тяжелый день.

Драко, не оборачиваясь, поднялся, взял какие-то записи и накинул на плечи пальто. Гарри завороженно и виновато наблюдал за каждым его движением, лёгкой походкой, убранными за ухо волосами и усталым взглядом. Уже в дверях, когда Малфой почти покинул кабинет, Поттер его окликнул:

- Малфой…

Слизеринец на мгновение остановился и рассеянно обернулся через плечо.

- Спасибо… - осевшим голосом тихо поблагодарил гриффиндорец.

Драко ничего не ответил, лишь едва заметно кивнул и вышел в коридор.

Дверь с хлопком закрылась за его спиной уже минуту назад , а Гарри все стоял на месте и бесцельно смотрел на то место, где был Малфой. Поттер не понимал себя и своих чувств, но внутренние органы словно связали в тугой узел и затягивали сильнее. Кожа горела огнем, и хотелось скинуть ее вместе с одеждой, окунуться в холодную воду с головой и раствориться. Надо бы злиться, что слизеринец опять сует свой нос, но… у Гарри совершенно не получалось. Малфой опять помог в самое сложное время, опять не отвернулся, хотя гриффиндорец столько ему наговорил. И так пусто теперь внутри от безнадёжности и собственного бессилия… Малфой не заслужил такого отношения, но менять своего решения брюнет не собирался.

Поттер раздражённо рыкнул и, бросив все на самотёк, отправился домой.

***

Драко приходил каждый день до конца недели, и какой-то момент Гарри поймал себя на мысли, что привык к его присутствию и даже чувствовал некий уют и поддержку с его стороны. Где-то на подкорках сознания, Поттер понимал, что ему с Малфоем комфортно, и он даже не напрягает своими репликами или советами. Это было как минимум странно, но Гарри это в какой-то мере нравилось, и нечто на подобие дружбы мнимо прорисовывалось между ними. Гарри постепенно успокоился, и вся накопившаяся злость изо дня в день понемногу растворялась, превращаясь в теплое чувство, и в какой-то момент Поттер даже смог для себя простить блондина за его недомолвки.

Малфой мало говорил, только сухо и по делу, но Гарри это не обременяло, а даже наоборот расслабляло, ведь не надо никому ничего объяснять. Слизеринец позволял себе редкие реплики или вопросы, но сам разговор почти никогда не начинал и держался обособленно и безэмоционально.

Сегодня пришелся первый нормальный выходной для Поттера после выхода с больничного, можно было и не идти на работу, но Гарри хотел закончить основные отчёты к понедельнику. Погода стояла слишком хорошая, морозная и абсолютно безветренная. В Министерстве почти никого не было, все готовились к Рождеству, которое выпадало на пятницу на следующей неделе. Брюнет потёр переносицу и бросил сосредоточенный взгляд на Драко, который стоял в противоположном конце кабинета. Были едва заметны сероватые мешки под ртутными глазами, и лицо носило отпечаток усталости, но за все время блондин ни разу не пожаловался на свое состояние. Поттер не хотел обращать внимания, но все равно непроизвольно подмечал резкие и иногда неловкие движения Драко. Он мог внезапно замереть, перевести дыхание и коснуться живота, но природу таких действий Поттер не понимал. Да и не хотел понимать. Внезапно Гарри тяжело вздохнул и отложил перо в сторону.

- Что-то не так? - с беспокойством спросил Малфой, который в этот момент разносил закрытые дела в архив.

- Нет, все нормально, просто.., - Гарри стушевался, - из-за моей беспомощности ты здесь, я отвлекаю тебя от работы.

- Я все равно на больничном, так что пока я могу помочь.

- На больничном? - уточнил Поттер и нахмурился. Он первый раз об этом слышал.

- Да, из-за ранения того магла. Гермиона сказала, что попала инфекция, пришлось мне несколько дней в Мунго пролежать, - спокойно ответил Малфой, не отвлекаясь от работы.

- Но когда ты лежал? - Гарри почему-то разозлился, осознав, почему Драко иногда держался за живот.

- Когда ты решил выйти на работу. Знал бы я, что ты таких дел наворотишь, я бы не стал писать Гермионе, а пришел бы сюда. Ты, я думаю, и так понял, что я временно тебя подменял, чтобы у тебя было меньше работы по возвращении.

- Ты с ума сошел? - гриффиндорец быстро встал из-за стола и подлетел к Драко, резко разворачивая его лицом к себе, - Почему ты мне не сказал?

Малфой опустил металлические глаза и легонько качнул плечом, скидывая руку Гарри словно невзначай.

- Это на что-то влияет?

Слизеринец не обратил внимания на выпад Героя, продолжая раскладывать папки.

Поттер не нашел ,что сказать, и глупо стоял около стеллажа. В кабинете стало жарко и душно, воздух словно выбили из лёгких, и Гарри очень часто дышал, стараясь прийти в норму. “Да что со мной такое? - мысленно корил себя гриффиндорец, - Ведь Драко прав. Что бы это изменило? Ничего…” Поттер неотрывно смотрел на изящного светловолосого юношу, занятого работой и не понимал себя. Малфой теперь казался совершенно другим, хрупким и холодным, он совершенно не проявлял эмоций, избегал слишком сокращать дистанцию, не прикасался, не говорил ничего лишнего, и вроде как надо радоваться, а в груди все словно расплавилось и превратилось в бесформенную субстанцию. Поттер на мгновение даже убедил себя ,что там дыра, но коснувшись этого места, удивился ее отсутствию. Слизеринец ушел глубже в архив и скрылся за полками, а брюнет, собрав волю в кулак, вернулся к работе.