Лучшая зарубежная научная фантастика: Звёзды не лгут - Дозуа Гарднер - Страница 131

Он повесил трубку. Я была в ярости. Я бы позвонила сразу Тессимонду, но вовремя не записала его номер. Я перезвонила Слейту, написала ему СМС, тегнула его в «Твиттере», но он не ответил. М. очень долго меня успокаивал, честно говоря. В конце концов он убедил меня, что Слейт просто напился и, проснувшись наутро, поймет, каких глупостей наговорил.

Спала я урывками. Утром я не обнаружила никаких сообщений от Слейта, он не появился на работе и по-прежнему не отвечал на звонки.

Я вспомнила, что Тессимонд остановился в «Холидей Инн», и оставила на стойке регистрации сообщение для него с просьбой перезвонить мне по моему личному номеру. Потом я встречалась с младшими исследователями — с теми, кто еще оставался в кампусе, ведь исследовательская часть проекта была давно закончена и покрылась пылью, и теперь мы все просто ждали публикации и потрясения научного мира. Никто из них не собирался уходить из проекта, и их щенячий энтузиазм (в конце концов, Нобелевская премия — это Нобелевская премия) меня немного успокоил. Я сделала всю бумажную работу, а потом осторожно тронула ногой бушующий океан электронной почты, затопивший мой компьютер. Потом я погуглила Тессимонда и узнала: он в самом деле был профессором кафедры Херни Семата в Городском университете Нью-Йорка в течение примерно двух месяцев много лет назад. Теперь меня не удивляло, что я ничего о нем не слышала. Один раз М. позвонил спросить, как у меня дела, и я сказала, все хорошо. Ровно в два часа позвонил сам Тессимонд.

— Здравствуйте, Ана, — тепло сказал он.

— Вы сманили третьего члена моей команды, — заявила я самым ядовитым голосом, на который оказалась способна после обеда, — не знаю, зачем вы это делаете, но требую немедленно прекратить.

— Уверяю вас, Ана, я не собирался делать ничего подобного, — ответил он, — доктор Слейт позвонил мне и пригласил выпить. Мы просто беседовали. Обменялись парой слов.

— Хватит. Что вы ему сказали?

— Мы встречаемся сегодня? Я с удовольствием объясню вам все.

— Вы не хотите говорить по телефону?

Кажется, он удивился. Думаю, я вела себя очень агрессивно.

— Да нет. я не против телефона. Сказать вам все сейчас?

— Нет, спасибо. — ответила я, — я не знаю, как именно вы манипулируете людьми. Зачем вы их обманываете. Мне просто нужно, чтобы вы оставили нас в покое. Почему вы все еще здесь?

— Меня пригласил Стефан. Я его много лет не видел. С тех пор как я ушел из университета, я исполняю свою старую мечту и просто… путешествую. Езжу по миру. Я подумал, неплохо будет навестить и Англию, поэтому приехал.

— Вы приехали в Беркшир просто так, или чтобы повидать старого друга, или по какой-нибудь еще маловероятной причине, но из-за вас вся моя группа разбежалась за несколько недель до получения Нобелевской премии?

— Мне нравится, что вы пишете «burk», а произносите «берк». Это имеет какое-то отношение к Эдмунду Берку?

— Простите?..

— Беркшир, — пояснил он.

— Мне придется позвонить в полицию и потребовать вашего ареста. Вы их шантажировали?

— Кого? — сильно удивился он.

— Ни Цзяна, Джека и, конечно же, моего милого лысого Слейта. Шантажировали?

— Нет!

— Держитесь подальше от меня и моей команды, — заявила я и повесила трубку.

Я дымилась от злости.

Попозже я все-таки получила СМС от Слейта. «Прости, босс, — говорилось там, — валялся пьяный двенадцать часов. Не вернусь и». И все. Я немедленно ему позвонила, но он не взял трубку. Через сорок пять минут пришло еще одно СМС. «Есть такой нф рассказ „Тма пршл“. Все как там. Конец рассказа. Поговорил с Тссимондом и почувствовал себя ыыыы как у азимова».

Слейту было сорок шесть, и он не имел привычки выражаться подобным образом, так я решила, что он все еще находился под влиянием алкогольных паров, когда писал эти СМС. Я позвонила еще раз, написала ему, но он не ответил.

Настроение у меня снова испортилось. Наверное, я слишком бурно реагировала. Явно же случилась всего лишь ошибка. Все решится само собой. Из-за гормонов мир представлялся мне искаженным. Тессимонд, мокрая курица, каким-то образом убедил моих в целом уравновешенных коллег, что грядет конец света. Но мир не рушится, небо не упадет на землю, а я скоро восторжествую над этими тупицами. У меня все еще не было номера Тесси- монда, и я снова позвонила в гостиницу и оставила ему второе сообщение с просьбой встретиться со мной в «Слоне» в шесть вечера.

«Гугл» любезно исправил опечатки Слейта, и я быстро разыскала в сети рассказ Айзека Азимова «И тьма пришла». Я прочитала его за десять минут и ничего не поняла. Не то чтобы это был плохой рассказ. Наоборот, он оказался очень хороший. Но я не могла понять, какое отношение он имеет к происходящему. Какая-то ерунда про звезды.

4

Тому, что я не пошла в «Слона», было несколько причин. Ближе к вечеру я заскочила пописать и увидела на трусах созвездие маленьких алых точек. С такими вещами не шутят. Я позвонила М., он отвез меня в неотложку, и меня немедленно приняли. Там испугались, что у меня кровотечение из матки и ФОР может быть под угрозой. Я несколько часов пролежала на больничной койке, пока они брали анализы, сканировали сканы и наконец заявили: я в порядке и могу идти. Если пятна появятся снова, нужно незамедлительно обратиться к ним, но пока мне лучше уйти.

М. отвез нас домой, по дороге мы купили пиццу, а о Тессимонде я совсем забыла. У меня были более важные причины для беспокойства, чем его дурацкий вербальный блит, близость конца света, гаснущие звезды или какую он там еще глупость придумал. На следующий день я взяла отгул, а там уже наступили выходные. Про Тессимонда я вспомнила вечером в воскресенье (услышала о чем-то по телевизору, но о чем — забыла), и мне стало немного стыдно из-за того, что я не пришла. Но потом я вспомнила, как он лил яд в уши моим людям и убеждал их меня бросить, и разозлилась. Решила выкинуть его из головы. Сказала себе: утром в понедельник все трое моих коллег появятся на работе и будут извиняться с глупым видом.

Они не появились. Никто из них не брал трубку, не писал СМС, не постил ничего в «Твиттере». Через неделю их все еще не было, администрация университета выразила неудовольствие и объявила об их временном отстранении от дел. Я позвонила в «Холидей Инн», кляня себя за то, что не взяла номер Тессимонда, когда у меня имелась такая возможность, но мне сказали, он уехал. Глава моего департамента убедил ректора не отправлять исчезнувших ученых в отставку до пресс-конференции. Он понимал, насколько это будет ужасно.

Мы провели пресс-конференцию, и она прошла очень интересно. Обо мне много писали. Один сайт раскопал (бог знает как), что из четверых членов команды трое находились в самовольной отлучке и поэтому не присутствовали на пресс-конференции. У нас была наготове легенда: лидер группы я, а остальных отправили наслаждаться заслуженным отдыхом. Историю замяли. Кого когда интересовали конкретные ученые, если сама теория так хороша?

Скорость расширения вселенной растет. Учитывая массу материи (в том числе темной) в космосе в целом, она должна падать — как кость, брошенная в небо, замедляется по мере набора высоты, и по той же самой причине: из-за гравитации. Но она не падала. Физики, разумеется, замечали это и раньше и придумали теоретическое объяснение, которое называется «темная энергия». Но «темная энергия» — это тавтология, просто способ сказать «что-то, что ускоряет расширение вселенной». Это вряд ли можно счесть ответом на вопрос «Что ускоряет расширение вселенной?».

Мы же продемонстрировали: увеличение скорости расширения вселенной само по себе тоже растет, и нам необходимо разделить темную материю и темную энергию. Мы показали: геометрия измеримого отклонения ускорения этого расширения вызывает трехмерную асимптоту, которая, в свою очередь, становится причиной сложного тороидального свертывания пространственно-временного континуума в глобальных масштабах. Мы объяснили: нет никаких причин думать, что изменение конфигурации пространственно-временного континуума в масштабах вселенной окажет какое-то видимое воздействие на Землю. Мы слишком малы. Но мы смогли сделать такие выводы, отменив теорию Эйнштейна. Данные неоспоримо подтверждали наши заключения, и это вызвало много шума.