Мрак космоса (СИ) - Зайцев Николай Григорьевич - Страница 53

- Значит, я убит. И вам не повезло. Шутка. Всё будет хорошо. Не волнуйся. Главное поднимите ванны, а там погрузитесь без меня, и улетите.

- Мы возьмем твоё тело или то, что от него останется. У меня уже есть опыт собирать останки, - успокоил Кострова психопат. – Гвардия своих не бросает. Что? Не нравится мне, как вы на меня смотрите. Ох, как не нравится. Мы разве не гвардия?!

- Да что ты! – попытался успокоить парня Гном. – Самая настоящая гвардия!

- Гвардия, гвардия, - бубнит в трансе Фазер. Ему знаком гипноз. И старик верит, что в критические моменты может воздействовать на людей.

Наверное, помогло.

Гай успокоился и принялся бережно сворачивать тряпку, оставшуюся от рядового Сина. Соблюдая торжественность момента, аккуратно уложил её в набедренный карман. При этом он твердил то ли в бредовом шепоте, то ли наяву: «Ничего, что был китайцем. Ну, и пусть. Зато умер среди белых. По человечески. Среди людей». Вспомнил. Подпрыгнул на месте. Спросил:

- А, био тоже надо собирать? Они то же к гвардии относятся?

- Нет, нет! – поспешно заверил его Гном. – Никак не относятся. Честно! Сам читал в уставе гвардейцев. Мне друг давал почитать. Честно.

Гай насупился и из-под бровей посмотрел на товарищей по гвардии - никто ли не смеется над ним. Нашли время для смеха! Смерть, можно сказать, пятки лижет. Да, и друг Гнома из гвардии какой-то подозрительный. Непонятный.

Костров и Гном вообще на него не смотрели. Взяв за боковые скобы ванну, они рывком закинули её наполовину в слив переходника. Гай неторопливой походкой медведя подошел сзади. Взялся за скобу и дернул вверх, а Костров и Гном в это время вперед. От слаженной работы с первого раза всё получилось.

- Осторожно. Не торопясь. Заталкиваем.

Капсула ушла в трубу. Костров быстро скользнул следом, моментально в трубе сбрасывая темп, в невесомости толчком отправляя себя к транспортируемому предмету. Чувства в полумраке обострились. Страх, прочно залегший внизу живота, сейчас раскинув щупальца шкрябался внутри тела, задевал холодными прикосновениями органы и верно полз к горлу.

Вытяжка тянула вверх.

Гном появился с правой стороны борта, заглянув в лицо, молча кивнул. Гай вылетел слева, боясь пошевелиться, проплыл мимо и пару отметок они поднимались без него. В душу закралась тревога: как бы гвардеец не оказался лишним помощником. Действительно, Гай сначала попытался помочь сильным толчком снизу, поддев днище, но им сегодня везло. Психопат промазал и не рассчитал толчок. Скользнул между ног Гнома и остался надолго далеко позади. И всё же, сегодня парень блистал по-настоящему, показывая ум и чувственность. Возле самой дыры Гай занял своё место. Виталик усмехнулся, кивнул Гному, отдавая молчаливый приказ: «Приготовиться!» С третей попытки выступы днища вошли в желоба. Толчок. Гай переворачивается через голову. Не успевает Костров подумать о том, что хорошо бы кто-нибудь помог с палубы принять капсулу, как мысль его сбывается.

Гном вылезает следом за ванной. В дутом скафандре он похож на лягушку. Большая задница мелькнула перед глазами. Виталик смотрит на Гая и не решается предложить помощь. Всегда опасно предлагать помощь, тем людям у которых нет психики. Чревато. Живой куль висел на скобе у выхода. Помахал ему приглашающе рукой и вывалился на палубу. Его тут же подхватили с двух сторон под мышки.

Голос Андрюшки трепещет:

- Любимые вы мои, ненаглядные. Столько страха я натерпелась без вас.

Костров, подперев голову рукой, сидит и не торопится подниматься.

- Я за Фазером. – говорит Гном. – Бедный старик думает, что мы его бросили.

- Опять туда?! – верещит Андрюшка, забегая вперед перед рослым зеком. – Не пущу! Не бросай меня! Ты такой большой, ты должен меня защитить. Мне страшно…

- Шлюха! – возмущено вопит Гай, появляясь из дыры. – Ведь только на минуту оставил одну!!

- Я думала – ты погиб, как герой!! Родненький!!

- Хватит!! – крикнул Костров, зажимая голову руками. – Хватит! Заткнитесь. Я пошел вызывать лодку, а вы все вниз!!

Андрюшка попятился в противоположную сторону от дыры.

- Не пойду! Сами идите! Дураки!

- Молчать!

- Сам молчи! Безяичный, вот ты кто! Импотент! Я уже сходила и вызвала лодку. В нашем распоряжении семь минут. Надо уходить отсюда. Немедленно. Я не хочу остаться здесь навсегда!!

Гном, готовый прыгнуть в шахту спуска, замер, повернулся на голоса.

- Петрович, ты вызвал лодку? – нерешительно спросил Костров. – Из вездехода??

- Конечно! Я почти ас по вождению вездехода! Да я училась год! Только на права не смогла сдать. Идемте, а?!

- Гай! Поручаю тебе самое ответственное задание. Вот эту ванну надо дотащить к вездеходу. А потом быстро прибежать сюда и взять следующую. От тебя всё зависит. Время совершить подвиг.

Костров подхватил Андрюшку под локоть и потащил к дыре, где их поджидал молчаливый Гном.

- Ну, если вы мне доверяете совершить подвиг… И не простой, а настоящий космический подвиг. То я согласен. Положись на меня, Шеф. Можешь быть спокоен. Я всё-таки гвардеец.  Вы еще не подниметесь оттуда, а я уже буду вас поджидать.

- Спасибо, Гай. Только не повреди капсулу. Сейчас они ценнее наших жизней.

- Позаботься о моей девочке!

- Непременно, Гай.

- Родненький! Возьми меня с собой! Я не хочу вниз. Не хочу!!

Гном подхватил Андрюшку с другой стороны и они прыгнули в темноту.

Дэймон Шуман помнил самый черный злополучный день из своей жизни. Со временем фрагменты смешались. Многое спуталось и местами воспоминания походили то ли на правду, то ли на обрывки из снов. Слишком часто думалось о тех минутах, и день от этого, казался длинной в год. Миг растянулся до бесконечности. Лопаясь каждую ночь и капая ядом в каждый сон.

Профессор Шуман пятнадцать лет преподавал политологию в высшей школе инженеров-механиков. Кадеты сменялись новыми лицами. Предмет оставался монументальным. Он не замечал таких мелочей – лица студентов всегда одинаковы. Отдавался полностью своим лекциям о обществах африканских племен. Их строем и вековым развитием. Мог часами обсуждать одну тему. И продолжить ее в постели наедине с самим собой, долго ворочаясь в жаркой постели, и оставаясь без сна.

Года за три до того злополучного дня, на его кафедре появился толковый ассистент. Секретарь с ходу всё понимал и мог решить любую проблему. Через некоторое время он стал незаменимым человеком. Это с его легкой руки при кафедре появилось любительское общество политологии. Для солидности его сделали тайным. А Дэймона избрали почетным президентом. Со временем Шуман догадался кто на самом деле управлял сообществом. Кто из дня в день приносил свою идею, морочил умы и строил величественную пирамиду, шатающуюся под дуновением шепотов. Ассистент связал сеть, в которую попал не только чудаковатый требовательный к военным специалистам профессор-политолог. Многих заинтересовало изучать обычаи на практике. Подход к естественным вещам показался таким диковинным. Что все с нетерпением ждали дня. И он пришел. Две почетные роли разыграли между членами тайного общества. Сторонники практицизма в тот день изучали людоедство. Старый человеческий обряд. Нож достался Дэймону.

Потом ему сказали о том, как заляпанному кровью профессору повезло, что его арестовали не полицейские, а военные… Ассистент почему-то получил осиротевшую кафедру ещё тогда, когда он находился под трибуналом, а следствие начинало закручиваться в узел.

- Дэймон!! Дэймон!

- Он же умер! Разве вы не видите? Пойдемте!

Фазер открыл глаза. Расплывающийся образ принял несколько форм и наконец остановился на лице Кострова.

- Шеф… Мне так плохо. Кажется, я своё отпреподавал.

- Закидывай его в шахту!!

- На нас смотрят! Смотрят!! Я чувствую! Они разумные!

- Это просто твоё воображение. Берись за ванну. Подняли! Ещё раз!! Загружаем всё в переходник. Быстро!!

Глава 23