Мрак космоса (СИ) - Зайцев Николай Григорьевич - Страница 17

-  Э, рыжий, - подал голос друг Джима, - ты - «десант»? Нам повезло, парни. Подскажи братьям, что это? Нас хотят отравить?

- Идиот, я не брат вам. Между нами бездна. Пропасть. Понял? Нам выдали рацион пищи. И в отличии от тебя, я классно поел. Ха-ха. Что там комбат говорил? Жесткий отбор в отделение? Так он уже начался. И кажется у меня нет соперников.

-  Рыжий, научи нас, - попросил Джим. – Я тоже хочу классно поесть. А место в отделение я тебе отдам. У меня слишком плохое зрение, чтобы служить в армии.

- Это не армия. Это команда шестнадцать. Смертники, - подал голос другой заключенный.

-  Пошел ты… Может вы и смертники, а я к концу дня снова буду в армии и служить родине. Ваши проблемы мне безразличны, - ответил десантник и сплюнул на пол под ноги молодого парня. У того гневно сжались кулаки, но Седой придержал за робу, рвущегося в бой Джима, говоря:

-  Рыжий, мы же все сдохнем…

-  Ну, - согласился с доводом нахал и радостно облизнулся.

Чужая черствость неприятно задела Кострова. Он думал, что хуже людей, чем те, которые его окружают нет, но и среди них выискался оригинал. И самое обидное – он был из «своих» и порочил «мундир». Пока еще сложно воспринимать себя бывшим.

Седой отвернулся, стал рыскать глазами по застывшим фигурам, спросил:

-   Кто ещё «десант»?

Зеки заулыбались. Их позабавил наивный вопрос – все только и делали, что служили в армии и работали на космос.  На Земле и без этого есть чем заняться.

-  Издеваешься?!! - возмутился лысый парень, нервно дергая головой в разные стороны. - Давайте замочим рыжего?

-  Подожди, - остановил его Седой, сейчас он смотрел на Кострова. Их глаза засверлили друг друга. Друг Джима колебался. Виталик не был похож на откормленного перенакаченного рыжего. Он вообще не вписывался ни в какие рамки. – Мне твоё лицо очень знакомо. Где я тебя видел? Точно не на улице. Я бы подумал, что ты актер. Точно. Вспомнил. Очень похожего человека видел когда-то в новостях. Давно это было. Но мне запомнилось. Потому что человек был необычным, каким-то космическим героем.

- Это был не я.

- Я не сказал, что это был ты, - очень медленно произнес заключенный, - я сказал, что ты очень похож на него. Ты «десант»?

-  Не со всем, - ответил Костров на вопрос и сел, - несите сюда всё.

-  Они тебя не отблагодарят, - сказал со своего места Рыжий.

-  Но и не убьют, - резонно заметил Костров и принялся рассматривать первую протянутую пачку, пока бывшего десантника убивали пять озлобленных зека в оранжевых костюмах с черными крестами на спинах. Через несколько минут, только трое из них подошли к тесно сбитой стайке, сидящей на корточках, вокруг Кострова. Киборги охранники спокойно наблюдали за действиями заключенных со своего моста. Убийства друг друга не относились к графе беспорядков. Обычное дело у живых делать друг друга мертвыми.

-  Значит так. Провизии на три дня, большой запас витамин, - начал Виталик, глядя во внимательно слушающие лица, - каждый из вас получит разное количество капсул и таблеток, но эффект суточной дозы будет одинаков. Делаю я это для того, чтобы никто из вас не знал формулы. Я не хочу стать главным, но в замен той работы, что я делаю, требую к себе должного отношения. Принимается?

-  Нет, - возразил лысый нервный парень, из тех, кто с наслаждением убивал рыжего пять минут назад, - ты скажешь нам формулу и немедленно. Очень быстро и внятно. Так, чтобы даже я понял.

-  Тогда… Убивайте меня и экспериментируйте друг на друге. Можешь делать свою грязную работенку. Начинай.

Лысый парень криво усмехнулся и потянулся к Кострову, говоря:

-  Для меня она не «грязная», а любимая…

-  Успокойся, Гай, - сказал Седой. Он смотрел на Кострова. Думал.

-  В твоих словах разум. Следи за пищей, а я буду следить за тем, чтобы тебе никто не мешал делать свою работу. И вот что. Дроби таблетки в порошок. Знаю, я наших умников…

-  Правильно.

-  Точно.

-  Раз у нас будет стол, основанный на доверии, то нам следует объединиться в команду. Тогда мы станем единицей! Но не такой, как они хотят! Не отделением из пяти человек! Пускай принимают всех! Пускай считаются с нами!

-  Правильно!

-  Точно!

- Банда? Мне нравится это слово.

-  Даешь команду!

-  Тогда давайте замочим их, - предложил Гай и кивнул за сетку, которая разделяла трюм и партии заключенных. Пара зеков с готовностью встрепенулись и повернули головы в стороны соседей.

-  Расслабьтесь, охрана не даст, - сказал старый негр и засунул себе в рот, протянутые Костровым, таблетки. - Какая гадость.

«Волки», - подумал Костров, - «Но мысль о команде имеет смысл. Жаль, что не я её высказал - прибавил бы себе очков…»

-  Раз мы заговорили о банде, то давайте выберем главного, - сказал Джим, - я предлагаю Седого. Он справедливый, честный, сильный.

-  Я тоже сильный, - резонно возразил Гай и принялся ковыряться мизинцем в ухе.

-  А я честный, - сказал старый негр, смакуя «невкусную» таблетку.

-  Все ваши доводы ничего не стоят, - сказал заключенный, который сидел возле самого края за спинами, - я родился на орбите, вырос на искусственной планете зоне и практически никогда не выходил из тюрьмы. Я знаю все правила и вхожу в младшую лигу Правления зон. Выходит, что главным буду я, иначе, если узнают, что вы пошли против моего слова…

- Кто узнает? – изумился Гай, - мы же в космосе! Соседи не в счет. Я в решетке вовремя ночного сна сделаю дырку и начну вырезать спящих.

 - Если пойдете против моего слова, значит вы пойдете против воровского кодекса. Хотите нарушить законы? Давайте. Вас будут опускать каждый день.

- Да, кто меня будет опускать?! – изумился Гай. – Я сам кого хочешь опущу.

- Мы. – хмуро сказал кто-то из соседей авторитетного зека. - И мы знаем кодекс и чтим его.

Гай притих, что-то взвешивая.

 Зек встал и пошкрябал пальцем щеку, демонстрируя желающим секретную татуировку, высвеченную при прикосновении. Человек сорок притихли, дружно переваривая информацию. Гай гневно раздувал ноздри, нахохлился. Джим поник головой, рассматривая пол. Он старался увидеть в кнопках скрытый рисунок и от усердия вытащил кончик языка. Седой нахмурился, превращаясь в статую, древнего болванчика.

-  Зовите меня Филипом. Так как я - главный, мне причитается двойная норма пищи, - последняя фраза была обращена к Кострову, - и без глупостей… Усек? - Глава новой банды, пересек своих подданных, подошел вплотную к Кострову и сунул под нос корявую ладонь.

-  Усек. Мне проблемы ни к чему - пробормотал Виталик, ссыпая в желтую клешню капсулы. Князь, усмехаясь, кинул пилюлю в рот и, смотря в лицо, стал медленно пережевывать. Сглотнул.

-  Молодец. Есть еще одна проблема. Как проблема? Так пустячок. Небольшой. Мою Василису сегодня убили. Какой-то болван швырнул её в био. И пуля ей попала сюда, - зек показал в середину своего лба, - и снесла ей затылок. Так что я остался без Василисы. Но думаю ненадолго… Ты на особом положении – у еды. И ты смазлив. Ты будешь Василисой. А хочешь я буду звать тебя Лизи. Я за перемены.

Виталик, не поднимая глаз, отрицательно махнул головой.

- На нравится имя Лизи? Василиса лучше? - Филип засмеялся, указательным пальцем ткнул под шею, стал поднимать подбородок, пытаясь заглянуть в глаза. -  Я не спросил, я сказал. Усек?

Костров зажмурился, выдохнул. В глазах поплыло на мгновение, остановилось через секунду и он, открыв глаза, увидел перед носом кисть. И хотя разум пищал где-то внутри, заходясь от страха, требуя остановиться немедленно и подчиниться, захватил конечность в захват, вывернул и сломал. Скользнул дальше по руке и локоть авторитета тут же треснул, а кость вылезла из кожи. Ноги распрямились, поднимая тело. Филип наоборот начал замедленное падение. Лицо его исказилось до неузнаваемости. В глазах застыло предчувствие смерти. Треснуло плечо, а затем и шея. С полом главарь банды соприкоснулся, будучи мертвым. Остекленевшие глаза смотрели на рассыпанные по полу разноцветные таблетки и что-то нечеловеческое застыло в них навсегда.