Третий (не) лишний (СИ) - Серпента Евгения - Страница 29

- Вот как? – брови взлетели. – Тройничок? Бутербродик? Эм-Жо-Эм? Мило. Позвольте спросить, а вы раньше этим когда-нибудь занимались? Или только порнуху смотрели и слюни пускали?

- Я – нет, - Денис дернул плечом. – Это имеет какое-то значение?

- А ты? – Яна посмотрела на Антона.

- Нет. Присоединяюсь к вопросу: какая разница? Ты-то наверняка в теме.

- Ни разу. Поэтому и спрашиваю. Правда, переводила одну книжечку, где все очень-очень подробно описывалось, но это так, теория. Вы, вообще-то, серьезно?

- Вполне, - кивнул Денис. – Ты свалила решение на нас. Мы решили. Что-то не устраивает?

- Наше предложение такое, - продолжил Антон. – Каждому из нас ты сказала, что согласна провести отпуск вместе. Ну так и проведем. Во всех смыслах вместе. А потом тебе все равно придется решить, кто свалит. Шведской семьи у нас не получится, стопудово.

Ее глаза опасно блеснули.

- То есть вы перекинули решение обратно мне? Добавили своих условий и вернули? Да еще, как я вижу, в форме ультиматума… Ну окееей, - пропела она.

Это прозвучало почти с угрозой: смотрите, не я предложила, потом не плачьте. Внизу живота от ее слов как будто замерзло все – так бывает, когда при тебе, к примеру, кто-то прищемит дверью палец.

- В отпуск – отлично. Поедем. Только вам не кажется, что надо сначала провести тест-драйв? А то вдруг не получится ничего? Так и будем по углам сидеть, эспандер жать?

- Какой эспандер? – не понял Антон.

- Тихо сам с собою, - фыркнул Денис. – Ты предлагаешь прямо сейчас? Здесь? Тест-драйв?

- Почему нет? – пожала плечами Яна. – Вы как думали, когда сюда шли? Встретим Новый год и в постельку? Так зачем же планы менять? Давайте к столу, там мясо уже почти пересохло в духовке. Заодно и обсудим кое-какие детали, пока еще на берегу.

Денис встал с дивана и пересел к столу.

Похоже, Янка сделала их, как детей. Как Пеле, вздумавший поиграть в футбол с дворовой командой. Легко отобрала мячик – и в девятку.

Она ушла на кухню. Антон тоже сел за стол – напротив. Покрутил нож в руках, покачал головой.

- Блядь, я даже не знаю, что сказать…

- Тогда молчи, - хмыкнул Денис. – Представляй, как мы ее будем вместе… Не где-то когда-то, а здесь и сейчас. Признайся, не ожидал?

Антон не успел ответить – Яна вошла с блюдом запеченного мяса и картошки.

Какое-то время ели молча, пили без тостов и старательно таращились в телевизор. А уж с каким вниманием слушали поздравление президента! Яна посматривала на них с усмешкой.

- Жаль, что нельзя и его к нам, - заметила между прочим. – Харизматичный мужчина. Да и вы так хищно на него смотрите.

Когда начали бить куранты, они поднялись, держа бокалы. Денис с Антоном сидели друг напротив друга, Яна в торце. Чокнуться вполне могли через стол, но Яна чуть отодвинулась, и им бы пришлось тянуться. Взгляд ее говорил предельно ясно: «Ко мне!»

Они подошли, почти вплотную, с двух сторон. В воздухе повис хрустальный звон. Шампанское пощипывало язык, и Денис вспомнил самый первый вечер с Яной у него дома. Их поцелуй с шампанским.

Поставив бокал, она положила руки им на плечи. Заставила наклониться к ней. Кончиком языка провела по их губам, словно стягивая в одну точку. Губы, языки сталкивались – как будто боролись, ловили друг друга, убегали и снова возвращались.

Поцелуй втроем – это было… отвратительно. И дурманяще, как ядовитый болотный цветок. Хотелось сплюнуть и вытереть губы. И одновременно повторить еще раз. Потому что отвращение в таком поцелуе парадоксальным образом только подхлестывало желание. Они словно вернулись в первые дни на шоу, когда все было так остро – как по лезвию ножа. Когда каждый из них надеялся, что Янка достанется ему, но твердой уверенности не было. Когда каждый только еще представлял, как все может быть – с ней. Денис вспомнил аквапарк и как их с Антоном руки встретились под ее купальником.

- Мать твою, а может, без этого обойдемся? – опомнился Антон и резко отодвинулся от него. - Я, знаете ли, лесбиян. Кругом столько симпатичных мужиков, а я люблю только женщин.

- Остынь! – посоветовал Денис. – Мы не с тобой целовались, а одновременно целовали ее. Почувствуй разницу. Меня твоя задница тоже не возбуждает. Равно как и все остальное. Но если уж мы на это дело подписались, придется как-то взаимодействовать. Не друг с другом. С ней.

- Эй, я здесь и еще не умерла, - напомнила о себе Яна. Она взяла свой бокал и села на диван. Антон – рядом. Денис, подумав, устроился с другой стороны. – Давайте сразу одну вещь уточним. Никто не предлагает вам трахать друг друга. Это последнее из того, что я хотела бы увидеть. И еще. Не я одна для вас обоих, а вы оба для меня одной. Понятно?

- А может, все для всех? – поинтересовался Антон, но прозвучало как-то неуверенно и даже лицемерно.

- В природе равенства нет, - отрезала Яна. Скинув туфли, она села боком, прислонившись к плечу Дениса и положив ноги на колени к Антону. – У нас, выходит, стая, а в стае всегда есть вожак. И это я. Сказать почему? Во-первых, потому, что я одна, а вас двое. А во-вторых, потому, что я нужна вам больше, чем вы мне.

- Ты себе противоречишь, - возразил Денис, обняв ее за талию. – Разве не ты говорила, что не можешь ни выбрать, ни отказаться от обоих?

- Да, - кивнула Яна, потягивая шампанское. – Только я вам об этом сказала – хотя знала: девяносто девять против одного, что вы оба уйдете. А вот вы остались. Оба.

Они с Антоном обменялись за ее спиной многозначительными взглядами.

- Можете мне одну вещь сказать? – Яна потерлась затылком о его плечо. – Мне интересен ваш мотив. Потому что тройник – это команда. А вы терпеть друг друга не можете.

- Все просто, - Денис опустил руку чуть ниже. – Ты сама сказала, что нужна нам больше, чем мы тебе. Уйти сейчас никто из нас не готов. Продолжать как раньше – ты не захотела. Значит, оставался всего один вариант.

- А если бы я отказалась?

- Это было бы твое решение.

- Послушайте, - Яна посмотрела на Антона, потом, через плечо, на Дениса, - если вы не сможете сдерживать свою неприязнь, ревность, не знаю что там еще, ничего не получится. Без шуток.

- Я смогу, - Денис взял у нее пустой бокал, встал и подошел к столу. – Тебе шампанского или красного?

- Красного, - она вопросительно повернулась к Антону.

- Постараюсь, - тот пожал плечами. – Денис, мне тоже налей.

Что происходило дальше, он помнил неравномерно. Что-то ослепительно ярко, что-то наоборот смутно. Забавно, но им никак было не решиться перейти к делу. Разговоры, прикосновения, взгляды. Желание – подернутое ледяной коркой смущения, неловкости, страха сделать что-то не так, выглядеть в ее глазах смешно и нелепо, да еще рядом с другим. Страха сравнения – не в свою пользу. Может быть, косячок быстро снял бы эти блоки, но его не было, а вино работало не так четко.

Денис смотрел на Антона и – с некоторой долей злорадства – понимал, что тот испытывает те же чувства. А вот Яна, похоже, мгновенно развернула ситуацию в свою сторону и откровенно наслаждалась ею. Глаза горели, да и вообще – разве что искры от нее не летели.

Вместо телевизора включили музыку. Так танцевали когда-то в доме. Ой, нет, совсем не так, хотя по накалу – близко. Теперь уже не надо было что-то скрывать, все явно, откровенно и демонстративно. Яна переходила от одного к другому, пока в конце одной знобяще чувственной мелодии они не остановились, обнявшись втроем.

Она поцеловала одного, потом второго. Застыла, слегка запрокинув голову и прикрыв глаза. Между губами влажно блеснула полоска зубов. Все в ней словно говорило: «Ну же!»

Денис наклонился. Язык дразнящее обвел ее приоткрытые губы, которые тут же попытались его поймать. Знакомая игра, охота, схватка. Антон в это время покрывал мелкими короткими поцелуями ее шею, спускаясь к вырезу платья.

- Это все ужасно аморально и непристойно, - задыхаясь, прошептала Яна. – И нам всем, разумеется, за это гореть в аду. Но, мать твою, как же хорошо!