Новая Неистинная Пара (СИ) - Фролова Машенька - Страница 49

Влас тогда орал, как пароходная сирена, что не допустит меня к работе с «упырями», но я настояла. Прошло четыре года, а первоначальная обидная кличка «Бес» приросла к коже, сроднилась с подкоркой. И я затрудняюсь сказать, кто сейчас смотрел на бледного альфу: Бес или Видана? Вопрос без ответа.

Подавила неуместную сейчас улыбку, и снова глянула в светлые глаза.

— Не выходите. Оба. — Постаралась взглядом показать, намекнуть, пробудить интуицию внутри оборотня.

Несколько секунд волк вглядывался в меня, и только затем неуверенно кивнул.

Выскользнула из номера в тишину коридора. Глянула на собственные ноги. Ботинки встали точно так, как виделось в предпоследней вероятности. Еще две возможности и один шанс все переиграть…

На душе стало легко. Я знала, теперь знала, почему, несмотря на давнее проникновение, сюда не бегут оборотни. Все просто, взломали камеры, поставили записи на воспроизведение по кругу. Не увидят волки из охраны кадров с убийствами.

Знала я и то, что в соседнем номере уже остывают два трупа из делегации этого самого Яна. Двойка вампиров побывала сначала там. Знала я и то, что одаренного послали «зачистить» номер с Игорем и Юлей. Вот тоже удивительно. Парня не хотели убить за его делишки, а только за то, что он оказался ни там, и ни тогда, когда это нужно. Отвез бы свою милую к себе на квартиру, и у меня был бы выбор чуть больше, чем сейчас… Эх…

Нападавшим нужны были этот альфа и Влас. Зачем? Я уже, наверное, не узнаю. А местные волки слишком привыкли к статусу Серого. На нейтральную территорию не нападают. Никогда.

Двигаясь неспешно, как на прогулке, я вгоняла себя в нужное состояние. Внешние слои моей ауры медленно менялись, подстраиваясь под окружающую среду. Я не «невидимка», лишь чуть приглушить запах, чуть уменьшить громкость собственных движений — это максимум моих умений в плане маскировки. А жаль…

Для обычного взгляда я не перестала существовать, совсем нет. Скорее сознание «скользнет» мимо, не зафиксировав. Так бывает с каждым, если человек идет по улице, сильно задумавшись. Попробуйте вспомнить лица прохожих, в такой момент. Не сможете, потому что их, лица, фиксировало только ваше подсознание. Мое умение лишь действует на всех, а не только на людей.

В руке девять миллиметров с серебром. Восемь пуль. Осталось четыре.

Собственные шаги, и расслоенное сознание наблюдателя, но не участника. Эмоции ушли, как и почти все мысли. Остался лишь слабый страх, что я опять что-то не учла. Болезнь всех прорицателей, как когда-то говорила наставница, и она была права. Нет в мире прорицателя, который не предполагал бы, что вот сейчас все пойдет не так, как он видел в видениях или снах. Всегда кажется, что вот тут-то живые перестанут быть точными марионетками, сделают что-то иначе. И тогда все.

Боялась и я, как сегодня утром, как и пару минут назад. Я всегда боюсь. Только в трансе этот страх где-то далеко, он не управляет телом, не подводит к ошибке. Сейчас стала лишь сторонним наблюдателем. Даже вспоминать не хочется, сколько нервов ушло у Гемора, чтобы вогнать-таки меня, злобного подростка, в это состояние. Позже, много позже я научилась пробуждать его сама. Сейчас телом Виды руководили навыки, ну и сама вероятность.

Выход из-за поворота коридора слился с моим выстрелом. Одновременно с этим лопнула, как шарик моя «маскировка». Вампир, стоящий у двери в кабинет Власа, мгновенно качнулся сначала в сторону, а потом ко мне. Пуля прошла мимо. Конечно, мимо. Выпустила пистолет.

Аура тут же уплотнилась вокруг меня, как невидимый кокон. Сила сделала меня чуть быстрее, чуть сильнее, а тело чуть прочнее. Нет, я не стала сверхчеловеком. Такого может достигнуть любой, тренируясь, под руководством опытного мастера. И «уделать» меня несложно. Мой дар — это прорицание, а все прочие возможности — это огрызки. Я натренировала умения, потому что у самый больной на голову учитель, уверенный, что любой одаренный, с любой направленностью силы сможет стать равным вампиру или оборотню. Ну и еще, потому что я — адреналиновая маньячка.

Вампир двигался быстро, не так быстро как мог бы, протяни он лет пятьдесят в новой жизни, но и быстрее обычного человека. Он налетел, планируя сразу сбить с ног, но я увернулась, качнулась в сторону, одновременно отступая и подныривая под руку.

Мой удар с импульсом пришелся ему в бок. Красиво бы вышло, если бы вампира отбросило от меня, но нет. На то он и вампир, чтобы человек против него не смотрелся. Его мгновенный разворот, удар, который я блокировала. Второй удар, который отбила в сторону, тут же переходя в атаку. Наверное, со стороны мы смотрелись красиво, как смотрятся бойцы на соревнованиях, а не в уличном бою. Все быстро и правильно. Только ни один такой бой не длиться долго. Пятый удар, раскрытой ладонью в грудь был безболезненным. Я ощутила, как трескаются ребра. Реши вампир «воткнуть» в меня руку, опусти он ее ниже грудины — и все. Но он сделал так, как сделал. И меня отбросило от него метра на три-четыре свободного полета. Кажется, я «хекнула», выпуская воздух из легких. Приземлилась, прокатилась по полу.

Вампир налетел сверху, и как любой зверь не стал бить, что логично, а попытался вцепиться в горло. Этой секунды мне хватило, чтобы подставить руку. Клыки сомкнулись на цепочке.

Секунда — и вампир взвыл, попытался дернуться назад. Мой еще один импульс ему прямо в голову. Рывком перекинула его вбок, кувыркнувшись следом. Оказалась сверху. Свободный конец цепочки болтался у него на груди. Второй рукой натянула ее так, чтобы она прошлась по лицу, по глазу.

Противник взвыл, как мог бы взвыть человек, если плеснуть в него кипятка. Разжал челюсти. И эта была ошибка. Сама не заметила, как обе руки растянули цепочку у него во рту, разрезая щеки. Навсегда уродуя лицо.

Импульс. Импульс. Снова и снова, прямо в череп, как удар пусть маленького, но молотка. У вампиров нет привычных органов. Точнее, они есть, но в них нет той чувствительности, что у людей. Если ударить вампира в печень, он не заблюет все вокруг кровью. Внутри тел вампиров есть энергетическая сеть, каркас, на котором и строиться их жизнь. Удар в центральные точки каркаса — боль, как при вывихе или открытом переломе. Разрыв каркаса — смерть, хотя тут есть варианты.

2… 1…

Незримый таймер вероятности отсчитал нужное время. Откатилась в сторону в тот момент, когда ко мне уже стремилась чужая нога. Нападавший сзади наступил на лицо вампира, раскрошив его, как глину. Серебро так и осталась во рту, и сработало не хуже кинжала из того же металла.

— Сука! — с непонятным акцентом выдал неизвестный.

От второго удара я уже не увернулась, да и некуда было уворачиваться. От пинка в живот перед глазами расцвели радужные звезды. Я же порадовалась, что удар пришелся не по ребрам, а в живот. Меня впечатало в стену.

…2…1

Перед глазами все плыло, боль поглотила полностью, но вероятность… дернула головой в самый-самый последний момент. Говорят что с такого расстояния, в пару метров, невозможно промахнуться. Возможно, если ты знаешь будущее. Пуля чиркнула по черепу, прямо над ухом, почти на уровне виска, входя в стену. Про такие случаи говорят: «в рубашке родился.» В голове, и без того шумной, стало гулко-гулко. И горело все. Казалось, что на меня ливанули кипящее масло. И кровь почему-то стала холодной.

Я не видела, а знала, что Ярем уже расправляется с последним нападавшим. Не слышала, как волк рвет на части человека, а это был именно человек.

Я редко молюсь, да почти никогда, если уж быть честной. Но сейчас захотелось помолиться, и чтобы услышали, потому что если дальше случится то, что я «видела», то…

Зрение сбоило, как и слух, поэтому я далеко не сразу увидела Власа, и далеко не сразу почувствовала его сильные, совсем не по возрасту, руки. Последним, как и в видении, включился слух:

— … Боже! Девочка моя, Вида, ты меня слышишь?!

Мне хотелось кивнуть, но получилось только уронить голову. Пустота и слабость, они спелись, уговаривая поспать. Совсем чуть-чуть. На минуту прикрыть такие тяжелые веки. Благо один глаз и так уже залит кровью.