Сандра (СИ) - Марис Стелла - Страница 8

Решив прекратить со своей стороны скрытую психологическую атаку на спину Греда, я поднялась и покинула здание корчмы. Сэранок уже выводил коней из стойла. Я отобрала у него повод моей Мышки и проверила, надежно ли закреплены седельные сумки.

— Сандра, — неожиданно позвал меня Сэранок. — Можно звать тебя так?

— М-м? — переспросила я, украдкой заглядывая в распахнутое по утренней поре окно корчмы. С улицы стойка просматривалась так же хорошо.

— Я думал над тем, что ты видела сегодня утром… Кажется, я знаю способ оградить тебя от подобного рода скачков времени.

— Правда? — удивилась я, не оборачиваясь, старательно делая вид, что все еще занята сумками.

— Да. Один… приятель дал мне на хранение этот амулет… — последовала выразительная пауза.

Тут мне пришлось-таки обернуться. Сэранок задумчиво рассматривал серебристо поблескивающее кольцо, вертя его в пальцах.

— Мне он без надобности, но тебе, я думаю, пригодится. Обещай только, что не потеряешь, — Сэранок протянул мне кольцо.

Я медлила, перед тем как взять.

— А что, если потеряю? Оно, наверное, велико мне будет.

Сэранок вздохнул и, взяв мою руку, надел кольцо на указательный палец.

— Главное не снимай, тогда не потеряешь, — заметил он и поспешно отступил к лошадям — в дверях корчмы показались наши спутники.

— И постарайся особо не демонстрировать, — донеслось до меня из-за лошадиного крупа. — Носи камнем вниз.

— Ладно, — я безразлично глянула на кольцо. Ободок был великоват, но, в принципе, с пальца не спадал.

Куда больше меня волновала другая проблема — как влезть на лошадь; поблизости никаких пеньков не наблюдалось, да и не хотелось опозориться перед людьми, столпившимися поглядеть на такую невидаль, как наш отъезд. Неожиданное решение пришло в виде Сэранока, который, подойдя ко мне, изобразил пенек, сцепив руки замком и выразительно глянув на лошадь.

Не успев толком испугаться, я оказалась в седле, и мы, наконец, выехали.

Когда мы проезжали мимо деревенской площади, я придержала коня, да и мои спутники тоже остановились. Прямо посредине площади разложился небольшой рынок; насколько я видела, с торговых рядов сбывали все, от брюквы до тканей, от рогатого скота до внушительно поблескивающего оружия.

Слева послышался радостный возглас. Я повернулась на звук и увидела, что Лика, с по-детски загоревшимися глазами глядит на мечи.

— Хочу такой! — воскликнула она, вероятно, с трудом удерживаясь, чтобы не ткнуть пальцем в вожделенный клинок.

Очевидно, она смирилась с тем, что не волшебница и не принцесса, и решила примерить на себя роль воительницы.

Сэранок спешился и, подойдя к деревянному столу, на котором были разложены мечи, критически оглядел их.

— Ты его не поднимешь, — сообщил он, возвращаясь.

— Но я хочу! Я хочу меч! — Лика нахмурилась и засопела, что незнакомому с ее поведением могло показаться готовностью разреветься. На самом деле это была крайняя степень раздражения подруги. Я знала, что если сейчас же не купить ей меч, то ближайшие пару часов Лика будет дуться на весь свет.

Сэранок махнул рукой и вернулся к прилавку. Лика едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши, когда увидела, что наш спутник возвращается назад с ножнами, из которых выглядывает крестовина меча.

— Спасибо! — выдохнула она, прижимая к себе оружие, как игрушку.

— Давайте, может, пройдемся по рядам, раз такая оказия? — предложил Гераден. — У меня заканчиваются стрелы.

— Я останусь здесь! — заявила Лика, на треть вытаскивая меч из ножен и осторожно пробуя пальцем кромку лезвия.

— Пошли, пускай играет, — шепнула я Сэраноку, неловко слезая с коня.

Тот усмехнулся в бороду и поинтересовался:

— А ты себе ничего не хочешь?

Я критически осмотрела прилавок с оружием.

— Нет уж. Боюсь, порежусь, — мысленно добавив: "мне бы пистолет".

Я пониже надвинула капюшон, пока мы ходили вдоль прилавков — иначе каждый назойливый продавец начинал усиленно рекламировать свой товар, уверяя, что "пекнай дзяўчыне" его товар очень к лицу.

Сэранок задержался возле прилавка, заваленного грудой тканей. Это были плащи самых разных оттенков черного и серого из материала, напоминающего плотный шелк.

— Дивьи накидки, — возвестил продавец, заметив интерес Сэранока к своему товару. — Вы на себя аль на дочку приглядываете?

Я запоздало спохватилась, что капюшон почти сполз, пока я, запрокинув голову, изучала плащи, развешанные на деревянном каркасе, служившим скелетом навесу, под которым расположился продавец.

— На прыгажуню маю, — добродушно пробасил Сэранок, приобняв меня за плечи.

— Чудесно, посмотрите, думаю, этот будет как раз.

Продавец скрылся за прилавком и вынырнул оттуда, держа на весу черный плащ, по краю расшитый серебристым узором.

Сэранок накинул его на меня, нахлобучил капюшон, полностью скрывший лицо.

— Бяру, — согласился он.

Пока я выныривала из-под капюшона, Сэранок успел расплатиться и тянул меня дальше по ряду.

— Спасибо, папочка, — пробормотала я. — И почему меня все принимают за твою дочь?

— Есть несколько причин, — вполголоса пояснил мне Сэранок, критически осматривая оружие, в котором я узнала арбалет. — Никуда не годится, — бросил он продавцу. — Раз под дождем постреляешь, аж глянь — уже рассохся. Так вот, — продолжал он, поворачиваясь ко мне. — Первая — ты много видишь вокруг черноволосых?

Я честно огляделась по сторонам, но кроме нас, действительно, никого не наблюдалось.

— Вторая, — Сэранок загнул палец, — по возрасту я вполне подхожу. А третья — где это видано, чтоб порядочная девица по кирмашам без батьки шастала?

Еще немного побродив по рынку (Сэранок нашел-таки себе арбалет, устроивший его), мы вернулись к лошадям. Гред уже ждал нас там. Одобрительно присвистнул, глянув на мой плащ, и легко прянул на лошадь.

На этот раз тракт был действительно пустынен.

— А что, кроме нас в Менск никому не надо? — поинтересовалась я, привстав в стременах и оглядывая горизонт.

— Надо, но они либо выехали на заре, либо покинут деревню к обеду, когда разойдется кирмаш, — пояснил Гред, придержав коня.

— Кстати, где Валек? — словно проснувшись, поинтересовалась Лика.

— Бегает где-то, — пожал плечами Гераден. — Догонит он нас, не переживай.

Некоторое время ехали молча.

— А кто в Менске у власти сейчас, князь? — поинтересовалась я.

Сэранок кивнул.

— Князь и Верховное вече, — уточнил он.

— Слушай, давно вот хотела спросить… — я замялась, не зная, с какой стороны подступить к интересующему меня вопросу. — В нашем мире — наука, прогресс, демократия… А здесь — магия, раннее средневековье по техническому развитию и княжеская власть. Но миры-то параллельные. Как это объяснить? И как объяснить то, что вы о нас знаете, а мы о вас — нет?

Сэранок задумался, поглаживая бороду, по которой давно плакала расческа.

— В вашем мире нет магии, — наконец ответил он, — но это компенсируется техникой. А у нас маги сознательно тормозят всяческий прогресс. В любые времена чудеса базируются на вере, то есть на общей энергетике. Не будет энергии, не будет магии… А техника и ее законы убивают веру. Естественно, что маги знают о параллельных реальностях, но помалкивают о них. Меня как раз поражает тот факт, что хоть крохи сведений о нашем измерении каким-то образом нашлись в вашем мире, далеком от магии.

Размышляя о сказанном Сэраноком, мы пообедали, не спешиваясь, тем, что захватили в корчме на дорогу.

Осенью темнеет рано, особенно в такую пасмурную погоду, так что не прошло и пары часов, как мы ехали в серых сумерках.

Внезапно моя лошадка резко затормозила и, всхрапнув, попятилась. Не понимая, в чем дело, я наклонилась к ней, успокаивая, да так и осталась в полусогнутом положении — где-то надо мной свистнула пуля. Стрела, поправила я себя, но легче от этого не стало. В лесу замелькали трепещущие алые огоньки — факелы, догадалась я. Спереди на дорогу высыпало с десяток людей с зажженными факелами и мечами наголо. С боков и сзади наблюдалось какое-то движение — нас грамотно брали в кольцо. Вот-вот прозвучит знакомая по рассказам о Робине Гуде фраза "кошелек или жизнь", но что-то подсказывало мне, что здешний криминальный авторитет вряд ли Робин и уж точно не Гуд.