Архипелаги (СИ) - Варна Елена - Страница 18

Словно подтверждая его мысль с башни Адагра донесся глухой часовой бой. Тори насчитал шесть ударов. Чтобы увеличить свои шансы на ужин у Эллусеа, он решил занять себя чем-то до половины восьмого. Если он придет, когда патрон с дочерью присядут за стол, правила хорошего тона обяжут их пригласить гостя.

Развернув «Хаденс» на узкой Университетской улице, он едва не раздавил жирного серого кота. Плохая примета… Если бы раздавил, но он успел лихо взять тротуар и объехал тварь.

14. Эва

Эва сжала кулаки. И глаза закрыла. Сейчас она заставит…

Нет! Во-первых, Мор ничего не решает. Если брать кого-то под контроль, то — самого мэра. Во-вторых, она же пообещала папе, что больше никогда не станет пользоваться даром, если ее жизнь не окажется под угрозой.

— Мор, мне очень нужно. Может, есть какой-то способ? Рабочий, которого я встретила на нижних ярусах, сказал, что еще не все тоннели перекрыты. Пожалуйста, если ты знаешь…

— Эва, ты меня слышишь? Там началась эпидемия. Ты заболеешь и умрешь. И никому не поможешь. Зачем?

— Я не заболею, я врач, дочь врача, привита всеми доступными вакцинами и знаю, как работают лекарства. И я могу помочь людям, иначе зачем я учусь? Но главное, — голос ее предательски дрогнул. — Я боюсь за папу.

— Мне кажется, — ответил Мор. — У него побольше опыта, и раз он просил не пускать тебя в город, значит считал, что справится сам.

— Кто-то должен оказать помощь нашим слугам и нашей гостье! — она не собиралась сдавать позиции, тем более, что плохое предчувствие усиливалось с каждой минутой. — Если началась эпидемия, то папа в госпитале. Но моим домашним сейчас так необходим врач! Хлоя, кажется, потеряла сознание. И что-то странное натворил мой брат. Мор, скажи честно, ты знаешь способ попасть наружу? Просто отведи меня к выходу и никому не говори, что мы встречались. Иначе я пойду сама, найду тот технический полустанок, где сошла с поезда, и попробую выбраться по путям!

Она вскочила со стула.

— Ты с ума сошла, — покачал головой Мор. — То есть моя совесть тебя не беспокоит?

Он не давал прямого ответа на вопрос. Он что-то знал. Как же его убедить? Или все-таки заставить?

— Ладно, — голос его звучал мрачно, брови нахмурились, он поднялся. — Способ есть. Самое ужасное, что он односторонний. То есть мы выйдем, но попасть назад уже не сможем. Я не знаю, зачем я в это ввязываюсь, но совершенно не желаю, чтобы ты выполняла свою угрозу. Под Стеной сотни километров тоннелей, часть из которых не используется вообще со времен Тихой войны.

— Спасибо, — ответила Эва, и больше подходящих слов не нашла.

Мор отодвинул в сторону металлическую панель, за которой обнаружились длинные полки. На полках царил хаос из коробок, одежды, обуви, постельных принадлежностей и книг. Живи Эва в такой тесноте и прибирайся сама — ее шкаф выглядел бы не лучше.

— Ну, госпожа-доктор, давайте посмотрим, что нам может пригодиться, — сказал Мор, в раздумье оглядывая вещи. — Та-ак…

Он достал из коробки металлическую флягу, две пары рабочих перчаток, маску-респиратор:

— Где-то была вторая…

— Мы что будем в таком виде ходить по городу? Нам придется много объясняться с патрульными, — заметила Эва.

Она подняла маску и взвесила в руке: тяжелая. Два газовых фильтра по бокам. Но от вирусов не спасет. Хотя, конечно, любая защита неплоха.

— Нет, мы постараемся не встречать патрульных вовсе. Но нам предстоит лезть через канализацию, а там от запаха дурнеет даже бывалым чистильщикам.

— Уговорил, — выдохнула Эва. — И мы, конечно, попадем прямо под мой дом?

— Да, конечно, вылезем в ванной! — хмыкнул Мор. — Знал бы я еще схемы этих стоков… Но нет — мне известно, как добраться на слив в Западный канал. Оттуда пешком пойдем. Разрешение у меня бессрочное, привилегированное, не волнуйся.

— От Деревяшки нам придется пройти полгорода. Или ты имеешь в виду начало канала?

— Эва, — Мор вытянул за резинки вторую маску, повернулся и протянул ей. — Я Стэнвенф видел в основном сверху, со Стены. Ты хотела попасть наружу — мы попадем наружу. А там я положусь на твое знание города.

— Я, кстати, живу рядом со Стеной. Ее видно из окон библиотеки и гостевых комнат. Когда мы переехали в Стэнвенф, земли для строительства в центре уже не осталось. Для папы было важно находиться как можно ближе к госпиталю, я хотела видеть с балкона океан. Мой брат Карл настаивал на приличном особняке в старинном стиле, и чтобы непременно — в Речном пригороде. Двумя голосами против одного мы поселились недалеко от центра, но у Стены. И балкон с видом на океан я получила.

— Я уже понял, что ты своего добиваешься очень усердно, — Мор отвернулся, сгреб с полки какие-то пакетики и сунул в один из карманов сумки.

Эва не стала отвечать на его выпад. Если Мор намекал на шантаж, то желание пойти по железнодорожным путям вовсе им не являлось. Она бы пошла. Потому что очень любила отца. И никого у нее не было в мире ближе.

Хотя венси ведь был недалек от истины: она владеет даром, благодаря которому может добиться чего угодно. От любого неодаренного — мистри не способны влиять друг на дружку. Цена, правда, достаточно высока. По сведениям Ордена, меньше всего от использования своих способностей страдали Мастера вероятностей — предсказатели. При хорошем владении техниками успокоения, они полностью контролировали видения, вызывая их только по необходимости. А хуже всего приходилось Мастерам искажений. Если часто нарушаешь архитектуру пространства — она начинает разрушать тебя в ответ.

Мастеров манипуляции — контролеров разума — Орден почти не изучал. Такие мистри рождались редко, только в трех семьях, и рано или поздно кто-то из них занимал пост правителя Союза, как Эвина тетя Вирджиния, например. Как Жеарин Вельцгоф с Западного Архипелага, которая будет править после нее.

Перед уходом Мор закинул свой ключ в почтовый ящик.

— Ты думаешь, что не вернешься? — удивилась она.

— Я думаю, что придет моя сестра Молли и накормит Шлака. Она знает, где я оставляю ключ. Пошли.

Когда они начали спуск по узкой темной винтовой лестнице, Мор достал из сумки люминоловый стержень и разломал его. Тусклый голубой свет отразился от влажных стен.

— Я полагала, что вы стараетесь бороться с сыростью. Иначе здесь все проржавеет насквозь.

— Мы стараемся. Но Стена не была рассчитана на постоянное проживание в ней огромного количества людей. Вентиляция заводов работает шикарно, с другими секциями дела обстоят скверно. Интересно, куда вы нас переселите, если эта коробка и впрямь износится и начнет обрушаться?

— Не «мы». Я против… — Эва поняла, что дежурные фразы прозвучат фальшиво. Нужно сказать, как она думает. — Точнее, я очень сочувствую вам, я читала историю, и ситуация кажется мне ужасной. Но меня-то никто не спрашивает, понимаешь. Да, мой отец очень богат и влиятелен, да, мы в родстве с нынешней правительницей. Но никто из нашей семьи не лезет в политику. Мы можем… усочувствоваться. Но сделать способны немногое. Недавно я сбила паромобилем девушку. Венси. И знаешь, какой вопрос задал мне патрульный? «Не повредила ли она вашу машину?» Все, что мне пришло в голову — это сунуть ему денег, чтобы он ее не арестовывал. Ее, не меня! Так что я понимаю твою обиду. Девушку я увезла к себе домой. Ее осмотрел папа, к счастью, ничего серьезного, кроме перелома руки. Она сейчас гостит у нас. И, кажется, тоже больна.

— Достойно, — пробубнил Мор. — Нет, я знаю, что твой отец делает все возможное. Было некрасиво с моей стороны так ставить вопрос.

Эва замерла в конце лестницы, которая обрывалась в полутора метрах от пола. Мор уже спрыгнул. Он сунул люминоловый осветитель в петлю на куртке и выставил вперед руки:

— Я поймаю, если что.

Ей не требовалась помощь, разве что свет, чтобы видеть, куда приземляться. Все ее кони достигали не менее двух метров в холке. Эва улыбнулась. И спрыгнула, чтобы позволить себя поймать.