Двоедушница (СИ) - Клекач Тамара - Страница 77

— Знаешь, когда я переехала от родителей, я так радовалась. У меня появилась возможность сделать свою жизнь такой, какой я хотела, и мне это даже удалось: у меня была работа, мотоцикл, жильё, может даже какой-то смысл в жизни. Потом появился Костя, придав нотки авантюризма. А теперь…

— А теперь у тебя есть Игорь! — Я кисло улыбнулась. Да! Игорь!

— И теперь я жена, домохозяйка, мать в какой-то степени для Ани, а Костя… Что ж! Костя со мной практически не разговаривает, — сухо подитожила я.

— Так ты жалеешь, что не осталась с Костей? Что вышла замуж за Игоря? — продолжала допрашивать меня моя проекция.

— Конечно, нет! — поспешила ответить я, возмущённая таким предположением. — Просто стараюсь посмотреть на свою жизнь чужими глазами, и то, что я вижу, мне не нравится! — Может и "не нравится" было не подходящее выражение, скорее многое в моей жизни меня беспокоило.

Я никогда не стремилась стать врачом или правоохранителем, банкиром или преподавателем, переводчиком или конструктором, хотя я и завидовала немного людям, которые горели самой идеей, целью, путём достижения её, и достигнув, жили только этим, наслаждаясь каждым моментом, будь он даже сложным или неприятным.

И вообщем-то для меня это было нормально избегать общепринятых правил, идти против системы, или, по крайней мере, думать, что я шла против неё. И вот куда я пришла — у меня не было ни образования, ни работы, ни цели, кроме как остаться в живых.

И я всё думала, что может я согласилась выйти замуж за Игоря, потому что подсознательно не верила в то, что мы победим, что я сделала то, что никогда раньше не думала, что сделаю, потому что эта жизнь не продлится долго, и я отчаянно спешила вкусить всё, что только можно.

Нет, Игоря я, конечно, любила. Я отдала бы за него свою жизнь, не раздумывая, но… Что если я ошиблась? Что если мы оба просто применили на себя киношный образ идеальной пары в стиле "Мистер и миссис Смит"? Что если мы поспешили?

— Дура ты! — сердито сказала белая фигура.

— Ну, спасибо, — ответила я, не ожидая от неё чего-то другого. Она же я!

— Вот в этом вся ты! — продолжала она. — О чём ты горюешь? Ты жила в своей раковине, убеждённая в своей особенности и в том, что тебе никто не нужен, но на самом деле это ты не была нужна никому! А теперь, когда ты, настоящая ты, любима и желанна, окружена друзьями, готовыми за тебя умереть, ты скулишь! — размахивая руками, ругалась она. — Неблагодарная! — Я вытаращила на неё глаза, не зная, что и ответить. — Перестань бояться! Живи! Радуйся! Люби и будь любимой! Гавно случится не зависимо от твоего желания, так что наслаждайся, пока можешь! — На этой заключительной ноте она испарилась, оставив меня сидеть с отвисшей челюстью на полу гаража.

Глава 4. Старый друг.

Я просидела в гараже до рассвета, обдумывая её слова. И чем больше я в них вникала, тем сильнее испытывала стыд. Конечно же, она была права! Ну и чего я стонала? О чём сожалела? О том, что мои представления о себе самой в очередной раз оказались не такими, как я себе рисовала? Вот так новость!

Ну, вышла я замуж! Ну, не работала! Ну, выбросила я свои амбиции, которых у меня никогда и не было, на помойку! И что? Что? Я стала от этого несчастной? Ущербной? Лузером? Нет!

Да, меня пугало то, что сейчас всё было хорошо, слишком хорошо! Меня пугало, что завтра счастье может лопнуть, как мыльный пузырь, что мою жизнь могут охватить не подвластные мне разрушения! Но разве не я всегда говорила, что судьбы не существовало, что наша жизнь складывалась исключительно под действием наших рук?!

Значит, грош мне была цена, если я сама не верила в свои принципы и убеждения, если мои слова шли в разрез с моими поступками! Сомневаться было нормально, но махать кулаками после драки было глупо и бессмысленно.

Утреннее небо было хмурым, как и моё настроение. После почти бессоной ночи болела голова. Игорь принёс мне таблетки вместе с завтраком прямо в постель. Капец! И мне ещё хватало наглости на что-то жаловаться!? Он же просто золото!

— Ты меня балуешь, — поморщившись после выпитого лекарства, сказала я.

— Баловал, если бы купил тебе машину, — возразил он, — но ты не умеешь водить. Кстати, я думаю, что тебе стоит записаться на курсы.

— У меня слишком сильно болит голова, поэтому я соглашусь, — ответила я, — но, возможно, позже я всё-таки поспорю.

— Договорились, — рассмеялся Игорь и чмокнул меня в губы перед тем, как уехать на свою ненавистную работу.

Когда мне стало лучше, я приняла горячий душ, смывая с себя остатки ночи и дурных мыслей. Вот если бы и свою глупую часть можно было так же легко спустить в канализацию.

После обеда пришла Екатерина Павловна со сворой шумной детворы во главе с Рыжиком, и мне пришлось ретироваться, чтобы избежать новой головной боли. Уж слишком все радовались приближающимся летним каникулам.

К вечеру передавали дождь, что совершенно не смущало ласточек. Они недавно прилетели, но уже заполнили всё воздушное пространство своей несмолкаемой одой жизни. Слушая их, моя грусть отступала, и я решила не тратить время даром и навестить старого друга.

Заехав по пути в супермаркет за куском голландского сыра, я выехала на кольцевую. Свежая зелень деревьев быстро промелькала, и я уже погружалась в прохладную тень раскидистых деревьев, углубляясь в лес.

Природа здесь была осквернена лишь людьми, бессовестно оставляющих после себя горы мусора, но чем дальше я шла, тем чаще замечала и другие отпечатки постороннего присутствия, а именно магического. Местами они были слабее, а местами настолько сильными, что я могла уловить их запах, мёртвый и гниющий.

— Проклятые некроманты! — выругалась я, склонившись над выжженным стволом старого дуба. Он был ещё жив, но стоило мне коснуться его, как я почувствовала его боль и безмолвные стоны. — Сволочи!

— Этот дуб стоял здесь с давних времён, охраняя мир на этой земле, — старческим голосом промолвил Хозяин леса, тихо появившийся рядом со мной. — Такого он не заслужил!

— Как ему помочь? — спросила я, продолжая поглаживать пораненный ствол.

— Ты уже помогла! Смотри! — он указал на зелёные змейки, скользящие спиралью по необъятному дубу от моей ладони и скапливающиеся в месте повреждения. Когда они впитались, я почувствовала вздох облегчения, исходящий от гиганта.

— Сколько ещё таких? — обратилась я к Хозяину леса.

— Много, — ответил он.

— Покажете мне их? — Он жестом указал на тропинку, и я последовала за ним.

К моему облегчению больше столь сильных повреждений не было, но всё же деревья молодые и не очень через одного нуждались в помощи. Я отдавала им всю себя, попеременно ощющая то боль, то облегчение. Леший от меня не отставал, хотя я и была уверена, что он проделал гораздо большую работу, чем я.

Когда мы закончили, начал накрапывать дождь. Мы присели на траву под карликовой сиренью, но, не смотря на райский аромат леса, я не могла отвести тоскливый взгляд от небольшого холмика неподалёку от нас, густо поросшего весенними цветами. Я знала, что Варя была счастлива там, где стояло вечное лето, но всё же она была не здесь, не с нами, и это было невыносимо.

— Часто они сюда приходят? — Я протянула Хозяину леса угощение.

— Время от времени, — размыто ответил он, предложив мне кусочек сыра. Я отрицательно покачала головой, устремив взгляд в сторону особняка. Интересно, кто ещё принял из наших сторону Ордена?!

Находясь сейчас здесь среди старых и относительно новых холмиков, мне казалось, что сколько бы мы не находили союзников, у него всё равно их было больше. И как бы ни была сильна наша воля, жажда жизни и страсть к свободе, их фанатизм и слепая вера перевесят.

Дождь усиливался, но мне не хотелось уходить и тем более ехать домой. Мне нужно было что-то сделать. Я ощющала потребность что-то сделать. Сделать что-то, время для чего подходило к концу.

Капли воды стекали с меня, пока я поднималась по ступенькам. Остановившись у знакомой двери, я отдышалась и настойчиво нажала на звонок. Мне показалось, что целую вечность ничего не происходило, и ещё одну вечность шаги приближались к двери.