Загробная карьера Саши Маузера (СИ) - Пасацкий Александр - Страница 40

— Вот же… — невозмутимая Мафую не сдержалась, и произнесла очень длинную, насыщенную смачной руганью фразу, от которой у нас всех буквально уши завяли. — Откуда ты это узнал?

— Глава селения был в курсе, но не мог ничего сделать. Кадмин держал его за горло. Фактически, он и управлял селением все это время. Я же говорю, карма. Очень плохой человек был, и также плохо кончил. Хм! Глава публичного дома плохо кончил… Надо бы записать.

— Но что же теперь делать? — быстро спросила Кира. — Если вояки придут уже через две недели…

— Их ждет жестокое разочарование. К этому времени в селении уже никого не будет. Ну, вот и пришли.

Теперь, когда вся охрана Кадмина отправилась вместе с ним в мир иной, посетить "Грешную плоть" бесплатно не составило труда. Внутри нас уже ждали работники данного заведения, которым я еще утром строго-настрого запретил покидать рабочее место. Двенадцать путан, два повара, и три уборщицы — вот и весь персонал.

— Что мы тут забыли? — недовольно спросила Даша.

— Да, точно. Молодец, что напомнила, — я сунул ей в руки пачку листовок. — Бери Мафую, и пройдитесь по всему селению, и возле каждого дома оставьте эту бумажку. Потом возвращайтесь сюда.

— Ладно. Пойдем, Мафую.

— Угу.

Оставив Киру объяснять своим коллегам, что к чему, мы с Виталей поднялись в кабинет Кадмина. Пошарив под матрасом кровати, я нашел ключ от сейфа, стоящего под рабочим столом, и открыл его. Внутри, как и ожидалось, оказались деньги. И кое-что другое.

— Ты можешь хоть сейчас нормально все рассказать? — недовольно спросил Худой, который вечно не терпел, когда ему кто-то чего-то недоговаривал. — Что там с вояками?

— Короче, начиная с полудня, производится всеобщая эвакуация. Это значит, что все живущие здесь люди берут все ценное, что у них есть, садятся в вертолет, и развозятся по соседним селениям, где и остаются жить навсегда. За две недели от этого места не останется ничего, кроме кучки домов. Вот такой у нас план.

— А мы?

— А мы все также делаем свою работу. С сегодняшнего дня в нашу команду объявляется набор рекрутов. Все те, кто не хочет и дальше прозябать, прячась посреди джунглей, могут вступить к нам, и мочить чудовищ на постоянной основе. А это значит, что все наши должности автоматически повышаются. Ты теперь мой зам, Мафую — старший охотник, а Даша — глава отдела кадров.

Витале новость о повышении пришлась по душе.

— Но как же мы будем их мочить? У нас по-прежнему ни нормального оружия, ничего. Даже базы собственной нет.

— Насчет базы не волнуйся, — я сел в кресло Кадмина, и с удовольствием закинул ноги на стол. — В нескольких сотнях километров отсюда есть место под названием Каменный Ручей. Так вот, там стоит дом, где когда-то была нычка одной большой, важной шишки. Прятался там во время какого-то государственного переворота. Дом, правда, немного развален, но вполне пригоден для жилья. Мы его отремонтируем, хорошенько замаскируем, и вот тебе, пожалуйста, наша собственная база.

Виталя задумчиво потер подбородок.

— Что еще?

— В селении тоже есть много пустых домов, покинутых хозяевами. Так вот, твоя задача — обыскать их все, и забрать все, что может пригодиться нам в дальнейшей охоте. Транспорт, оружие, снаряжение, припасы, полезные в обиходе вещи… короче, все. Этим сейчас и займешься. Потом доложишь.

— А как я их найду, эти дома?

— Возьмешь с собой Киру, она тебе покажет. Если начнут возмущаться по поводу мародерства — покажешь им вот эту бумажку. Это официальное разрешение главы селения. Еще вопросы?

— Эм… Пожалуй, нет.

— Отлично. Тогда пошли.

Когда мы вернулись в общий зал, многочисленные споры тут же затихли. Кира кивнула мне, показывая, что она уже просветила товарищей по поводу сложившегося положения.

— Итак, друзья, добро пожаловать на наше заседание профсоюза. Вы уже знаете, что после смерти Кадмина публичный дом отошел нашей организации, и теперь я — ваш непосредственный хозяин и босс. Для начала, я бы хотел со всеми вами поближе познакомиться. Каждая из вас, по очереди, сейчас встанет, назовет свое имя и возраст. Ну-ну, не стесняйтесь, мы не кусаемся. Кира, ты первая.

— Кира, двадцать два года…

— Дальше.

— Элен, двадцать пять лет…

— Рокси, девятнадцать лет…

— Мартина, шестнадцать лет…

Самой старшей путане было аж тридцать три — многоопытная, ничего не скажешь. Кадмин в свое время постарался на славу, отобрав для работы девушек, которые могут удовлетворить вкусы любого потребителя. Тут тебе и юные нимфетки, и взрослые "матери", и блондинки, и брюнетки, и высокие, и миниатюрные. Короче, тот еще цветник.

— Спасибо, — сказал я, когда отрекомендовались повара и уборщицы. — Едем дальше. Я знаю, что вы на этой адской работе отпахали уже лет по восемь, а кто-то даже больше, и поверьте мне, у меня нет никакого желания и дальше вас эксплуатировать. Поэтому, с сегодняшнего дня "Грешная плоть" официально закрывается. Навсегда. А вы все — теперь свободны.

Мое заявление было встречено немой тишиной. Оно и не удивительно, сколько лет эти девушки мечтали вырваться из лап своего хозяина-подонка, так давно, что уже потеряли на это всякую надежду. А тут появляется хрен с горы, и говорит им, что они свободны.

— Но куда же мы пойдем? — пискнула шестнадцатилетняя Мартина. — У нас же ни денег, ни документов!

— Вот, — в гущу толпы приземлился пакет. — Там все ваши ваши бумаги, которые Кадмин прятал у себя в сейфе. А вот это — вслед за пакетом полетели туго перетянутые резинкой пачки денег — вам выходное пособие. Хватит на первое время, пока не встанете на ноги. А дальше уже занимайтесь, чем хотите, вам доступны любые профессии. Можете даже повыходить замуж и нарожать детей, чтобы популяция населения не снизилась.

— Но разве вы не хотите и дальше получать с "Грешной плоти" доход? — недоверчиво спросила Элен, коротко стриженная блондинка.

— Зайка, у меня уже есть дело, с которого я хочу получать доход. А торговать женской красотой — упаси Бог мне до такого докатиться. Вы все отдельно взятые личности, а не какие-то там дешевые подстилки. Надеюсь, это понятно?

— Как мы можем вас отблагодарить? — робко поинтересовалась рыжая, с кудряшками, Рокси.

— М-м-м… вообще-то, есть одна идея, — я покосился на Виталю, который слушал все это, приоткрыл рот. — Зайдешь ко мне чуть позже, ладно? И ты, маленькая с косичками, тоже. А теперь идите, пакуйте вещи, празднуйте, и все остальное. Послезавтра утром вас заберет вертолет.

Оставшись одни, мы некоторое время сидели. Я наслаждался тем, что хоть в этой жизни мне выпало сделать что-то по настоящему хорошее, Виталя тихо охреневал.

— Ну, и чего расселся? Кто должен брошенные дома обыскивать? Иди, работай.

— Ага, — он поплелся к двери, но остановился на полпути. — А можно вопрос?

— Давай.

— Вот ты щас такой весь дохера умный, продуманный, и все такое… А в больнице тогда вечно дурачком прикидывался, чтобы не выделяться?

Я помолчал, решая, открыть ли ему правду.

— Если я скажу, что у меня в голове сидит непонятная фигня, которая подсказывает мне, что делать, ты поверишь?

— Нет, конечно.

— Тогда да, я прикидывался дурачком, чтобы не выделяться. И, кажется, не только в больнице. Иди, работай, а я пока на Каменный Ручей смотаюсь, на недвижимость посмотрю.

***************

Рабочий день Сергея Петровича по прозвищу Координатор был сформирован и рассчитан также плотно, как график любого очень важного человека, решающего очень важные дела. И даже о сравнению с жителями базы, которые каждый день тратили силы, трудом и потом пробивая себе дорогу выживания в постапокалиптическом мире, Сергей Петрович работал, по крайней мере, в три раза больше.

— Надеюсь, теперь вам понятно, что Кадмин был просто тупицей, который полагался лишь на грубую силу? — говорил он по телефону, прогуливаясь взад-вперед по своему крошечному кабинету. — Этот идиот думал лишь о собственной прибыли.