Загробная карьера Саши Маузера (СИ) - Пасацкий Александр - Страница 16

Прошло пять минут.

Ни единого движения. Ни единого лишнего звука. Все такая же умиротворяющая тишина.

— Так, все, меня это задрало, — заявил Виталя, вылезая из кустов. — Нихрена нет на этом озере, пошли дальше.

— Если бы ничего не было, то и каменюка бы тут просто так не торчала, — мне не хотелось уходить, и топать еще неизвестно сколько к другому ориентиру — Надо надуть лодку, и поплавать немного.

— То есть, если мы спустим лодку, то сразу что-то появится?

— Вполне возможно.

— Если так, то ты и поплывешь.

— Нет уж, я главный, и мое место — на берегу, руководить общими действиями.

— А я единственный, кто умеет нормально стрелять, и мне тоже будет удобнее на берегу.

— И кто тогда поплывет?

Мы оба одновременно повернули головы.

— Что? — удивилась Даша. — Что вы на меня смотрите? Я плаваю, как бревно!

— Это неважно, — я скинул с плеч рюкзак. — Главное, что у тебя вид аппетитный (рыжая зарделась от смущения). Но это был не комплимент.

***************

Прошло три часа.

Солнце к тому времени сменило положение на небе, и теперь светило слева, а деревья бросали на нас густую тень. Растянувшись на земле, и положив под головы рюкзаки, мы с Виталей мирно жевали найденную неподалеку землянику, наблюдая, как посреди озера покачивается двухместная портативная надувная лодка, еще одно достижение современной цивилизации. Тишина да благодать, даже не хочется думать, что время безнадежно уходит.

— Слышь, Дашь, ну кто так приманивает? — спросил Виталя уже, наверное, в шестой раз. — Ты хоть покричи, руками по воде побей, что ли.

Рыжая сделала вид, что не услышала. Свою майку она стянула, оставшись в шортах и бюстгальтере, и тоже загорала, пару раз мы даже решили, что она просто заснула. А между тем солнышко, зараза, все сильнее припекало.

— Если так пойдет дальше, то вместо работы у нас получится форменный балаган, — заметил я с сожалением. — Надо придумать что-нибудь получше.

— А давай ее к дереву привяжем, и щекотать начнем.

— Лучше скажи ей, чтобы к берегу гребла. Еще пятнадцать минут, и сворачиваемся.

Сам я за это время решил посетить укромные кустики в гуще леса. И, когда освободился от излишнего количества переработанной жидкости, подумал, что неплохо бы перекусить. Трогать запасы еды не хотелось, неизвестно, сколько нам еще бродить, так что логичным вариантов будет позаимствовать харчи у матушки-природы, тем более, что она сама их и предлагает.

Взвалив на плечо винтовку, я окинул все вокруг цепким, внимательным взглядом, и деловито зашуршал, отыскивая что-нибудь съедобное. Повезло, через несколько метров наткнулся на небольшой лесок ореховых деревьев (наверное, из-за них озеро и получило свое название), причем создавалось впечатление, что эти орехи кто-то специально насадил в определенном порядке, и даже до какого-то момента за ними ухаживал, потому что орехи были крупные, размером с кулак. Если бы я был более сведущ в области природоведения, я бы непременно заподозрил, что спелые орехи не просто так висят на дереве в разгар лета, но я был пень пнем в таких вопросах, потому без сомнения врезал по стволу, скинул куртку, и набрал в нее столько плодов, сколько смог унести. К моему возвращению ничего не изменилось.

— Виталя, обед, — я положил куртку на землю. — Позвал?

— Сказала, что будет торчать здесь, пока не сгорит.

Я покачал головой.

— Даш! Обедать будешь?

— Буду, — прошелестело в ответ.

— Виталь, кинь ей пару штук, пусть перекусит.

Не вставая с места, Худой взял несколько орехов, и ловко метнул их, попав точно в середину лодки. Из его рассказов я уже знал, что он, в отличие от меня, отслужил в армии, и столь хорошей меткости не удивился. Снова заняв прежнее положение, мы принялись разбивать орехи камнем, выбирать сладкую мякоть, и запивать ее водой. Со своего места мне было хорошо видно, как Даша орудует кухонным ножом с той же целью, а потом широким жестом швыряет скорлупу прямо в воду. Не прошло и пяти секунд, как вода легонько забурлила.

— Орехи, кстати, полезны для потенции, — сообщил я между двумя заходами. — А она нам сегодня очень пригодится.

— В смысле?

— В том смысле, что е…..ся нам в этом лесу до вечера. А то и дольше.

— Не знаю, мне такая работа по душе, — Виталя сжал треснутую половинку ореха в ладони, и без усилий раздавил ее полностью. — Свежий воздух, природа… Не то, что в свинарнике.

На поверхности воды появилась темная полоса, и медленно начала движение в сторону лодки.

— А еще орехи улучшают работу головного мозга, и память, — добавил я. — Но жрать их в большом количестве все-таки не рекомендуется, живот заболит.

— Эй, ребята, киньте еще, — попросила Даша. — Дали три штучки, и думали, что я нае…

Из воды резко выскочило что-то огромное, лодка внезапно опрокинулась, и рыжая исчезла из виду. Мы с Виталей от неожиданности синхронно перестали жевать. Спустя несколько секунд вынырнула покрытая мокрыми волосами голова, и поплыла к берегу, истошно вопя.

— Кажется, началось, — я схватил ружье. — Приготовься!

Хоть Даши и говорила, что плавает, как бревно, она все же довольно быстро двигалась, загребая по-собачьи. За ней тянулась по воде длинная темная полоса. Виталя приложил винтовку к плечу, но тут же опустил ее — целиться было некуда, разве что просто в воду.

— Мальчики… Ай, мама…

Из воды выскочило огромное щупальце, обхватило девушку поперек талии, и потащило за собой в глубину. Раздался выстрел — это Виталя не выдержал. Пуля, как и следовало ожидать, прошла мимо.

— Приманка, приманка… — злобно выругался Худой, и, не раздумывая больше, ринулся в воду.

Я так и остался стоять на месте, как дурак, с двумя ружьями, не зная, что мне конкретно и делать. Если Даша плавала, как бревно, то Виталя плавал, как греческий олимпиец — в несколько мгновений он добрался до девушки, и нырнул под воду, чтобы разглядеть, что же там такое прячется. И тут же вынырнул, матерясь, на чем свет стоит.

— Маузер! Стреляй, твою мать!

Не успел я спросить, куда стрелять и зачем, как Даша уже доплыла до берега, и поползла по песку, протягивая ко мне руки. Но щупальце потащило ее обратно. Прыгнув, я врезал по нему прикладом винтовки, надеясь, что тогда оно отстанет. Подействовало, щупальце разжалось, и исчезло. Виталя снова нырнул, снова вынырнул, и поплыл к нам.

— С-с-с-с-с…. - стучала зубами рыжая, опираясь на мое плечо.

— Я знаю, как меня зовут, не волнуйся.

— С-с-с-с-у-у-у-у….

Вода возле берега вспенилась, появились еще два щупальца, и обрушились на нас, как гром среди ясного неба. Получив удар по голове, я выронил винтовку и лег пластом, Даша потеряла точку опоры, и опрокинулась сверху. Не сговариваясь, мы поползли куда подальше. Одно из щупалец обвилось вокруг моего ботинка, подергало, сорвало с ноги, и утащило в озеро, второе попыталось ухватить за ногу, но промахнулось. Виталя пронесся мимо, и к тому времени, как мы доползли до полосы деревьев, уже тоже лежал, кашляя и отплевываясь.

Скрежет сзади заставил меня оглянуться — щупальца ухватили винтовки, и они скрылись под водой. К счастью, рюкзаки лежали чуть выше, а то бы остались мы с голыми задами. И это если не считать потери лодки, до которой мы теперь фиг доберемся, если только она сама не надумает вернуться.

— Долбануться можно, — наконец, сказал Худой, перестав кашлять. — Ты видел?

— Что там? Осьминог?

— Хероног, блин! — его затрясло. — Туша такая, вся в панцире, и щупалец не меньше двадцати штук… И пасть с зубами. И еще твердое что-то торчит, метр длиной, может чуть больше.

— Точно, хероног. Даш, ты как, в порядке?

— В порядке? Вы меня чуть не утопили! Разве можно так с девушкой обращаться? Да, я ничего не делаю, но это не повод отправлять меня в пасть какому-то подводному монстру! — выпустив пар, она отчетливо всхлипнула, и свернулась калачиком, прижимая ладони к лицу, и уже по-детски протянула: — Я свою майку потеряла…