Загробная карьера Саши Маузера (СИ) - Пасацкий Александр - Страница 13

— Здравствуйте, Александр, здравствуйте, Дарья. Чем могу быть полезен?

— Мы к вам по делу, — я плюхнулся в кресло для посетителей. Кабинет был под стать офису — крошечный, и очень захламленный. Другой мебели в комнате не было, и Даша осталась стоять.

Вообще, она была категорически против того, чтобы идти к этому деляге. Послушалась только после того, как я пригрозил, что перестану ее кормить. В свое время мне пришлось пройти хорошую школу с жизненным девизом "Хочешь кушать? Работай!", и полученный опыт пришелся как нельзя кстати.

— Вы, кажется, вчера достаточно понятно передали через парней, что никаких дел у нас с вами больше быть не может, — напомнил Петрович, хитро прищурившись. — Что у вас своя дорога, и что вы этим раскладом вполне довольны.

— Нет, что вы, мы не за помощью, а просто спросить.

— Тогда спрашивайте.

— Что нужно сделать, чтобы стать охотниками на чудовищ?

Немая пауза.

— Я, кажется, не совсем вас понял….

— Даша говорила, у вас тут есть какая-то научно-исследовательская лаборатория по изучению тварей, которыми сейчас кишит планета, — я вытянул ноги. — Если, скажем, я поймаю в джунглях что-то такое эдакое, и притараню им, сколько мне за это заплатят?

— Отловом чудовищ занимаются исследователи, — Сергей Петрович закурил, перед этим предложив сигару мне. Разумеется, я отказался, хватит с меня лихих двухтысячных. — Помимо разведки территории, которую сейчас покрывают непроходимые джунгли, исследователи подробно описывают каждого монстра, который им встретился, а самых интересных — например, тех, что могут принести пользу — отлавливают и доставляют в Научный Центр.

— Так-с, — я мысленно прикинул. — Значит, у нас двенадцать баз, и к каждой приписаны пять-шесть исследователей… Если сопоставить это с площадью всего земного шара…

— Не стоит напрягать мозги. На данный момент нам известен от силы один процент из ста той органической формы жизни, которая сейчас полноправно господствует на нашей планете.

— Вот! А мы можем увеличить его до десяти, пятнадцати, или даже двадцати. Опять же, ваши исследователи мертвы, и вам все равно придется искать новых. Так почему бы не взять нас?

— Потому что исследователями становятся те, чьи тела произведены в нашей лаборатории. Они более выносливы, крепкие, уже обладают необходимыми навыками, и в них уже заложена программа выживания в джунглях. А что вы можете сказать о себе, Маузер? Насколько я знаю, вы даже в армии никогда не служили, с чего вы взяли, что вы сможете справиться хоть с одним монстром?

— Не надо тут! Мой школьный военрук всегда говорил, что я дока в двух областях спорта: подтягиванию к себе пульта от телевизора, и метанию пончиков в свой рот. И потом, мы ведь не будем применять чисто физическую силу. Мы будем действовать хитро, осторожно, вырабатывать стратегию, применять снаряжение, и всякое такое.

Сергей Петрович задумчиво закивал.

— Шли бы вы к себе на ферму, Маузер, — по-свойски посоветовал он. — Работать, и наслаждаться новой жизнью.

— Не могу, клянусь, не могу. Фермерская жизнь не для меня, за два дня я похудел на два кило, а если так пойдет дальше, от меня только скелет останется. Да что я, вы на Дарью посмотрите, вся измученная, бедняжка!

Конечно, я лукавил. Даша за два дня только похорошела. И это неудивительно, если учесть, что она только и делал, что загорала, дышала свежим воздухом (с примесью коровьего навоза), и вообще, балдела. А сейчас стоит, бесполезная, но красивая лентяйка, и незаметно за спиной кулаки сжимает — чтобы не сорваться, представляет, как душит Петровича за горло. Но ему, конечно, об этом знать не обязательно.

Видя, что он колеблется, я пошел в наступление.

— Ладно, давайте прикинем. Сколько мне дадут за одного, живого хрен-знает-что-за-завра, вроде того, что вчера хотел нас сожрать?

— Четыреста, или даже пятьсот тысяч баллов, — прикинул Координатор. — Конечно, если это довольно любопытный, неизученный ранее монстр, о котором наши ученые даже не слыхивали.

— А сколько получают ваши исследователи?

— Сто — сто пятьдесят тысяч, — его лицо стало кислым. — Хорошо, я понял. Вы хотите взяться за самую, на данный момент, высокооплачиваемую работу на нашей планете, только из-за того, что никакая другая вам не нравится? Или вы все же предпочитаете умереть?

— Да нет, просто я решил, что раз уж я начал новую жизнь, то я не допущу, чтобы она пролетела, как прежняя. За двадцать лет я задолбался пахать за копейки, здесь я хочу разбогатеть, ничего не делать, и так далее. А если это самая высокооплачиваемая работа…

— Дело даже не в этом, — мягко перебила меня Даша. — Деньги — это не самое главное. Пока мы не знаем, чего можно ожидать, мы постоянно будем трястись в страхе. Но если я, и Маузер, и Виталий, раздобудем как можно больше сведений, больше материалов для изучения, больше способов борьбы с чудовищами — у человечества появится шанс. Всего лишь строить города и заселять их недостаточно, нужно вернуть себе нашу Землю. А чем больше мы будем знать к тому великому времени, тем лучше.

— Вы должны понимать, что это великое время наступит еще не скоро, — скептически заметил Координатор. — Точно не в этом столетии, а возможно, даже и не в следующем.

— Но ведь главное положить начало, так ведь?

Повисло молчание. Сергей Петрович задумался, пыхая дымом, мы сидели переглядываясь, надеясь на удачу. Наконец, Координатор затушил сигарету, и развернулся к окну, чтобы еще раз взглянуть на простирающийся над городом купол.

— Чтобы получить допуск на выход за пределы базы, вам нужны карточки исследователей, — медленно сказал он. — Это дело курирует один мой друг, и я попрошу его об этом маленьком одолжении. Что вам еще нужно?

— Снаряжение. Хоть какое-нибудь. Ну, и записи старых исследователей — надо же хоть на что-то ориентироваться.

— Хорошо, я позабочусь об этом. Но с одним условием — от каждого заработка мне десять, или даже пятнадцать процентов. Я тоже хочу быть богатым, и сидеть, ничего не делать.

Еще некоторое время мы провели, обговаривая нюансы. На прощание я поинтересовался:

— Кстати, а кто та девчонка, что вчера так лихо свалила того великана?

— Этого я не знаю, — Петрович виновато улыбнулся. — Боитесь, что у вас все-таки будет конкуренция?

— Да нет, просто уже задумываюсь над тем, как расширить команду, нам ценные кадры позарез нужны.

*******************

Несмотря на то, что Динар погиб, а амбар сгорел, ферма продолжала исправно функционировать. Из Высшего Совета прислали нового хозяина, который разрешил нам остаться еще на несколько дней. Разумеется, что не задаром. Так что еще неделю я зысыпал не только со страшной усталостью во всем теле, но и с тревожной мыслью о том, что от Координатора нет вестей, подсказки не появляются, и вообще непонятно, правильно ли я все делаю. Даша и Виталя эту тему не затрагивали, но было видно, что они тоже волнуются.

Дыру быстро залатали, на месте сгоревшего амбара возвели новый, и все потекло, как прежде. Ну, почти как прежде.

— Ребята, можете меня поздравить, я вспомнила номер своего счета, — радостно сказала Даша, когда мы с Худым вечером лежали на сене в сарае, вяло перекидываясь несмешными анекдотами, и пытаясь отвлечься от поселившейся в нас безысходности. — Там уже накопилось баллов семьсот. И вот вам первый улов.

Скинув с плеча сумку, она достала хлеб, колбасу, сыр, фрукты, овощи, молоко, и даже несколько шоколадных конфет. К ее удивлению, добыча не произвела на нас никакого впечатления.

— А, понимаю, вы устали. Ладно, завтра перекусите.

— Слушай, Даш, — я грыз ноготь на пальце, смотря в потолок. — А ты что, вообще ничего не умеешь?

— В каком смысле? — насторожилась рыжая.

— В прямом. Мы скоро отправимся прямо в пасть какому-нибудь древнему динозавру, и у меня вопрос: до этого времени тебя так и таскать на шее мертвым грузом?

— Вы что… вы хотите сказать… что от меня нет никакой пользы? — тихо спросила Даша. О, узнаю этот тон. Поздравляю, Маузер, ты только что открыл кран под названием "Женская истерика", и сейчас оттуда польет вовсю.