Всё для нее (ЛП) - Райли Алекса - Страница 59

Я слышу тихие звуки будильника и тянусь, чтобы быстро отключить его.

Мэллори лежит на животе, заснув руку под подушку. Ее губы слегка приоткрылись во сне, и мне больно лежать в стороне и смотреть на нее. Я наблюдаю за ней каждую секунду каждого дня и все больше влюбляюсь.

Поправляю вокруг нее одеяло и встаю. Натягиваю шорты и футболку, выхожу из спальни и иду на кухню.

Добравшись туда, звоню портье и удостоверяюсь, что задуманное в порядке. Затем начинаю готовить, чтобы моя женщина позавтракала в постели.

Вчера мы не спали допоздна, и мой член дернулся от воспоминания, как вернувшись домой сорвал с ее тела это платье. Ее изгибы всю ночь сводили меня с ума. Я брал ее, пока она не отключилась, а затем наблюдал, как она спит. После этого сделал несколько звонков и начал все организовывать. Я ждал годы, и с меня хватит.

Встреча с отцом вчера вечером выбила меня из колеи, но возвращение домой с Мэллори все исправило. Уже некоторое время я не хочу мстить, сосредоточившись только на Мэллори. Каждый момент с ней, кажется, уменьшает гнев, который рос внутри меня все эти годы. Она заставляет хотеть чего-то другого. Чего-то не наполненного ненавистью.

Я был молод, когда начал путь возмездия, но, став старше, хочу отпустить это. Зачем держаться за что-то столь ненавистное? Я лучше потрачу свою энергию на любовь к Мэллори и построение жизни с ней. Все просят меня отпустить это, и прошлой ночью Мэллори показала мне, что я не похож на отца. У меня получилось то, что было задумано. Моя мама счастлива, и я — человек, которым хочу быть.

Единственное, что меня сейчас беспокоит — Пейдж. Она, кажется, не готова отпустить свою вендетту, и не могу сказать, что виню ее. У нее с ним своя история, и не уверен, что она в ближайшее время собирается двигаться дальше. Александр был с ней другим человеком, и не думаю, что есть кто-то, кто будет отрицать, что она вправе отомстить. Я до сих пор даже не знаю всех подробностей того, что она пережила с ним. В этом мы с Пейдж похожи. Мы оба хорошо умеем хранить секреты.

Но пришло время отпустить эту часть моего прошлого. Я больше не гонюсь за ненавистью, и отец не занимает ни единой моей мысли, когда думаю о женщине, которую люблю. Что бы с ним ни случилось дальше, это зависит от Пейдж, и если ей понадобится моя помощь, я буду рядом. Ему есть за что ответить перед ней, и она заставит его поплатиться. Но в остальном я завершаю главу своей жизни об Александре Оуэнсе. Вчера я получил то, что искал, и знаю, что моя семья будет в безопасности от него. Он ничего не может сделать, чтобы навредить нам, но если все-таки попытается, второго шанса не будет.

Я начинаю новую жизнь с Мэллори и не хочу отца в нашей совместной жизни. Чтобы он когда-либо касался наших детей. И Айви была права — облако мести, висящее над нами, не так важно, как жить в любви и строить будущее с Мэллори. Я боялся, что стану таким же, как он, но, услышав Мэллори вчера, я знаю, что не такой и никогда таким не буду. Я бы никогда не причинил ей вреда, и умер бы, защищая ее.

С моих плеч будто снят груз, и я могу, наконец, все отпустить. Никогда не думал, что держусь за это так сильно, пока не освободился от этого. Моя компания приобрела то, что осталось от его активов, и я ликвидировал их. Его мир рухнет. Теперь я чувствую, как часть моей жизни, наконец, закончена, и могу сосредоточиться на более важном. Как моя любимая, спящая в другой комнате.

Закончив готовить завтрак, решаю заскочить в ванную и привести себя в порядок. Прокрадываюсь мимо Мэллори, проверяя, что она все еще спит, и улыбаюсь. В ванной чищу зубы, но, закончив, замечаю, что рядом нет полотенца для рук. Уборщица, должно быть, забрала его в стирку, поэтому наклоняюсь к шкафу, чтобы достать новое. Схватив одно, я вытаскиваю его, задевая рулон туалетной бумаги. Потянувшись, чтобы поднять его, я вижу белый кусок пластика, торчащий из-под другого рулона. Достаю пластик, понимая, что это тест на беременность. Мое сердце колотится в груди, когда я смотрю на него, и вдруг раздается звонок в дверь.

Убрав тест в карман, пробираюсь обратно через комнату. Мэллори даже не пошевелилась. Прохожу через квартиру к двери, и там Чак — швейцар — с доставкой для меня. Забираю у него пакет и, закрыв дверь, запираю ее.

Останавливаюсь на мгновение, не зная, что делать, а затем решаю действовать согласно первоначальному плану.

Беру с кухни поднос с домашними вафлями и ягодами и несу в спальню. Опускаю его на тумбочку и сажусь на край матраса.

Наклонившись, целую плечо Мэллори, пока она не поворачивается на бок, чтобы посмотреть на меня.

— Привет, — говорит она сексуальным сонным голосом. Солнце светит через окно и освещает ее сзади, словно нимб.

Я провожу пальцами по ее волосам, а затем следую за ними по голой спине, наслаждаясь ею в моей постели, желая, чтобы она была такой каждое утро.

— М-м-м, — мурлычет она, потягиваясь от моего прикосновения, словно кошка.

Я опускаюсь на колени у кровати и прижимаюсь к ней. Все слова застревают в горле, и я не знаю, как произнести их.

— Оз? — говорит она, но я не могу ответить. Я утыкаюсь лицом в ее шею. — Оз, что случилось? Ты в порядке?

Отстранившись, я смотрю на нее, и она садится, натягивая простыню на грудь. Теперь в ее взгляде беспокойство, и я спешу объяснить.

— Прости. Я прокручивал это в своей голове тысячи раз. Куда бы мы ни пошли, я ищу подходящее место и каждый раз пытаюсь подобрать правильные слова, но не могу сделать так, чтобы это звучало идеально, как в моей голове.

— Оз, — говорит она, и в ее голосе слышится нервозность. — Что ты делаешь?

Я достаю маленькую коробочку и опускаю ее на кровать перед ней.

— Мэллори, я полюбил тебя в ту самую секунду, как увидел. В эту же секунду. В тот день в моем сердце не было никаких колебаний — я знал, что должен сделать тебя своей. Возможно, я подошел к этому иначе, чем некоторые мужчины, но не изменил бы ничего из того, что привело меня к тебе.

Потянувшись, я беру Мэллори за руку, опуская коробочку ей на ладонь.

— Я понимаю, что для тебя это очень быстро, но для меня это заняло годы. Годы, малышка. — Я улыбаюсь ей, а потом вижу скатывающуюся слезу. Протягиваю руку, смахивая ее большим пальцем, и она прикусывает нижнюю губу. — Я ждал, когда ты увидишь меня, когда полюбишь меня и когда выйдешь за меня замуж. Пожалуйста, малышка. Не заставляй меня ждать еще один день.

Я открываю коробочку в ее руке и показываю кольцо. Она ахает и прижимает ладонь ко рту, переводя взгляд от меня к кольцу и обратно. Это «Камень Преданности».

— Когда ты увидела его прошлым вечером, я был так рад, что оно понравилось тебе. Я узнал о нем от торговца антиквариатом и связался с наследниками. Они согласились продать его мне после того, как я рассказал им о тебе. И что планировал выставить его на аукцион по такой цене, которую, знал, никто не перебьет. Таким образом, фонд выиграет от моей любви к тебе, а кольцо обретет новый дом на твоей руке. Я хочу, чтобы наша любовь продолжалась следующие сто лет.

Слезы текут по ее щекам, но я остаюсь перед ней на коленях.

— Мэллори Энн Салливан, ты выйдешь за меня замуж?

Она кивает, а затем бросается на меня, и я едва успеваю поймать кольцо, прежде чем Мэллори опрокидывает меня на пол. Она осыпает поцелуями все мое лицо, и я чувствую, как на мои глаза тоже наворачиваются слезы. Облегчение и любовь омывают меня, и я переворачиваю нас, прижимая Мэллори к себе.

Беру ее руку и надеваю кольцо, целуя его, а затем ее ладонь. Глядя в ее серо-голубые глаза, не вижу ничего, кроме счастья, и только это мне и хотелось там видеть.

— Я так сильно тебя люблю, — говорит она, протягивая руку и поглаживая мою щетину. — Да, я выйду за тебя. Несмотря на то, что ты безумный одержимый сталкер и собственник.

— Не веди себя так, будто тебе это не нравится.

Кажется, от моей улыбки лицо может разорваться пополам. И этот момент не может быть более идеальным. Потому что я знаю, ей это нравится. Это видно в ее глазах, когда иногда захожу слишком далеко, не в силах остановить себя. Вот почему мы подходим друг другу.