Королева Солнца. Предтечи. Повелитель зверей. Кн. 1-17 - Нортон Андрэ - Страница 400

Туран продолжал кружить над клочком суши, глядя вниз.

– Остров больше, чем я думал. Или рассказы о нем неточны, или с момента своего появления он еще больше выступил из воды.

– Смотри! – закричала Зианта. – Вон туда, на юг!

От утесов прямо в бушующее море тянулся мол, сложенный из огромных каменных плит. Волны бились о них, оставляя шапки пены. Это выглядело как огромный пирс, к которому могло причалить много больших кораблей.

– Ты сумеешь сесть на эту полосу?

– У нас нет выбора – придется попробовать, – последовал еле слышный ответ.

Туран изнемогал от напряжения, он был уже готов садиться куда угодно.

Опять Зианта зажмурилась, когда колеса коснулись камней и запрыгали по мокрой полосе. Судя по тряске и толчкам, плиты были не так гладко пригнаны друг к другу, как казалось сверху.

Но вот мотор замолк, они остановились. Девушка осторожно выглянула в иллюминатор, но ничего не увидела: его весь покрывали водные брызги. Тогда она открыла дверцу. Самолет затормозил у самой воды, но, так или иначе, они были в безопасности – не разбились о камни и не скатились в морскую пучину.

– Туран!

Молчание. Зианта посмотрела: он неподвижно сидел, откинувшись на сиденье. Она потрясла его за плечо.

– Туран!

Медленно, словно преодолевая сильную боль, он повернул голову. В поблекших глазах была смерть.

– Я больше не в состоянии держать тело. Помоги, открой сознание!

Зианту охватил страх. Опустив фокусирующий камень на колени, чтобы его излучение не было помехой, она обхватила руками голову Турана, словно книгу, которую ей необходимо прочесть во имя спасения собственной жизни.

Информация перетекала в ее сознание – все, что ее товарищ узнал от солдата. Он передавал ей инструкции – как действовать здесь, как улететь отсюда, завершив все намеченное. Когда он закончил передачу, она закричала:

– Держись! Ты обязан держаться. Если ты не сможешь, то…

Тогда они останутся здесь навсегда. О, это хуже смерти! Смерть… Может быть, она отпустит его, получив назад тело, которое ему так и не удалось полностью оживить? Этого девушка не знала… Но зато знала то, что не должна позволить ему умереть. Значит, ей надо найти ключ и к их возвращению, и к его оживлению.

Зианта склонилась над телом, в котором угасала жизнь, и инстинктивно попыталась вдохнуть в него жизнь тем способом, который был известен ее народу с древних времен, когда никто даже не подозревал о существовании психической энергии. Ее губы коснулись помертвевших губ Турана. Она хотела, чтобы ее жизненная сила передалась таким путем к нему.

«Держись!»

Но у нее было очень мало времени, нужно скорее действовать! Она выпрыгнула из кабины, прижала к груди камень и двинулась вдоль скользким плит. С воздуха этот путь представлялся короче. Самолет стоял примерно на середине полосы, и ей предстояло немало пройти до самого острова.

Этот пирс, конечно, был делом чьих-то рук, а не слепой природы. Но, пробыв долгое время под водой, плиты обросли раковинами и тиной, в трещинах пустили корни причудливые водоросли, зловонные остатки которых догнивали теперь под ногами. Ее еще раз поразили исполинские размеры каменных глыб, так плотно пригнанных друг к другу, что даже века не смогли их разделить.

Зов фокусирующего камня стал настолько сильным, что она увлекал девушку вперед, словно тащил за веревку. Где-то там, впереди, второй конец незримой нити – двойник этого кристалла. Но как отыскать его в этом беспорядочном нагромождении камней?

Путь по пирсу привел к какой-то груде камней, напоминающей руины древнего сооружения, но фокусирующий камень тянул дальше, прямо, и пришлось искать дорогу среди этих обломков. Скоро легкое одеяние Зианты порвалось в нескольких местах, колени были исцарапаны и покрыты ссадинами, ногти сломаны, а ладонь порезана о край раковины. Но она все лезла вперед, пока не взобралась на вершину этих руин. И здесь…

Невидимая веревка продолжала тянуть, но дальше дороги не было. Часть какого-то древнего сооружения здесь оказалась совершенно целой. Перед ней высились отвесные стены. Они были абсолютно гладкими – тщетно искали ее окровавленные пальцы хоть какую-то выбоину или трещину. Но она чувствовала: там, за стеной, находится то, за чем они летели сюда. Руками тут ничего не сделаешь. Может, в самолете есть какой-нибудь инструмент, с помощью которого она пробьется через монолит? Хотя вряд ли: эти стены много веков выдерживали сокрушительный натиск волн, разбить их почти невозможно.

Остается один путь – тем более опасный, что теперь у нее нет поддержки компаньона. Звать его сюда – значит убить окончательно. Но ей придется пойти на этот шаг, иначе они останутся здесь навеки. Как истинная дочь своего народа, она не могла примириться со смертью – она решила бороться за жизнь до конца. Успокоив дыхание, Зианта поднесла фокусирующий камень ко лбу…

Она снова в овальной комнате. Тяжесть головного обруча, прикосновение Глаз ко лбу, тяжесть во всем теле от изнурения… Вся комната пропитана страхом – ее боязнью того, что призраки задушат ее.

Шторм… Она выдержала его, заставила лурлов работать, укреплять стену – но какими усилиями! Они не хотели подчиняться, они… они сопротивлялись ее воле, воле Глаз! Тяжело дыша, Д\'Эйри пыталась понять, что это значит. Неужели ее могущество, ее дар стали слабее? Она не могла поверить, что наступил роковой час, когда…

Нет! Еще не время! Ее срок еще не пришел, она не стара и бессильна! Просто этот шторм был слишком силен, сильнее всех, какие она помнит. И лурлы… они устали. Конечно же, устали. Это не ее слабость виновата, нет! Она прижала к бокам юбку из ракушек, оглядывая свое обтекаемое чешуйчатое тело. Нет, еще не настала пора отказаться от Глаз и сделать необходимый после этого необходимый и жестокий шаг.

Д\'Эйри выглянула в щель окна. Волны стали гораздо меньше, но и сейчас море было голодным и злым под низкими зловещими облаками. Если Д\'Онги рассчитал верно…

Слабый звук за спиной заставил ее обернуться. В дверях стояла женщина – тонкая и хрупкая. Лицо обрамляли густые жесткие волосы темно-зеленого цвета – цвета юности. Обнаженное тело блестело после недавнего погружения в воду, щели шейных жабр еще не полностью закрылись.

– Приветствую Глаза, – эту ритуальную фразу вошедшая произнесла с нескрываемой насмешкой. – После шторма нам удалось собрать славный урожай, на берег выброшено много интересного. И еще: Д\'Хуна заявила, что больше не в силах управлять Глазами.

Все это время она не отрывала от Д\'Эйри пристального взгляда, в котором горели жестокость и алчность.

Я понимаю тебя, Д\'Атея, подумала Хранительница Глаз, что ты страстно мечтаешь, чтобы и я отказалась от непосильной нагрузки. Д\'Эйри с трудом удержалась, чтобы не коснуться рукой головного обруча. С тех пор как Глаза были доверены мне, ты затаила на меня злобу. И все эти годы шпионишь за мной, выжидаешь момент, когда твоя сестра сможет занять мое место. Но Д\'Хуна… О море! Ведь она на пять лет моложе меня, а уже истощила свой дар… К тому же в Норнохе у меня нет друзей, а многие откровенно меня недолюбливают. Да, я замкнута, не люблю общества – такова уж моя натура, мне ее не изменить. Но теперь… Если поднимется вопрос о Глазах – кто встанет на мою защиту?

– Д\'Хуна хорошо служила Глазам. – Д\'Эйри внимательно следила за своим голосом, чтобы не выдать смятения, вызванного сообщением Д\'Атеи.

– Ты так считаешь? По мнению многих, могла бы служить и получше. – Острый язычок дерзкой девчонки быстро облизнул губы, словно смакуя что-то очень вкусное. Затем Д\'Атея добавила, как о чем-то незначительном: – Собирается Совет…

Д\'Эйри почувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Усилием воли она вернула самообладание, надеясь, что для собеседницы этот приступ слабости прошел незамеченным.

– Но… это же против обычаев. Никто не имеет права решать судьбу хранительниц Глаз.

– Д\'Фани ссылается на Закон о Тройной Опасности. В таких случаях Совет может принимать любое решение – это тоже обычай предков.