Королева Солнца. Предтечи. Повелитель зверей. Кн. 1-17 - Нортон Андрэ - Страница 379

– Может, все это к лучшему?

Оган возник так же неслышно, как Яса.

– Мощное поле притяжения, – продолжал он, – возникает порой, если сенситив чересчур напряжен, работает на пределе. Скажи, – он подошел к Зианте вплотную, – когда ты впервые ощутила воздействие: до «считывания» или после?

– После, когда уже уходила. Это был необычайно сильный зов, я ничего подобного прежде не чувствовала.

– Что ж, ничего необычного. Видимо, после сеанса ты излучила психоволны, и они попали в резонанс с полем этого предмета. Это и породило такую мощную ауру артефакта. Где, кстати, хранил его Джукундус – в сейфе?

– Нет. – Она подробно описала столик с безделушками, среди которых стояла фигурка.

– Что все это… – начала Яса, но Оган жестом прервал ее. Он положил руку на лоб Зианты. Ей не хотелось сейчас этого прикосновения – легкого, успокаивающего, хотя оно могло быть и другим – настойчивым, требовательным, иссушающим все силы. Но девушка не отстранилась: только Оган со своим умением проверить правдивость ее рассказа – а она сказала всю, или почти всю, правду – мог спасти ее от гнева хозяйки.

– Итак, – голос наставника звучал ласково и проникновенно, – ты была настолько заворожена этим предметом, что решилась на телекинез…

– Я не нашла иного способа…

– Выходит, в тебе таятся возможности, которых мы прежде не использовали?

– Мне помог Харат.

– Так. – Казалось, Яса сейчас вопьется когтями в лицо девушки. Но слова леди, хлеставшие Зианту, причиняли не меньшую боль. – Она все продумала, даже взяла с собой Харата, чтобы обрушить на нас неприятности.

Харат встопорщил пушок на голове и защелкал клювом, как бы выражая солидарность с разгневанной хозяйкой.

– Уж теперь все сенситивы Тикила настороже. А что будет потом, когда Джукундус заметит пропажу?..

Оган засмеялся. Зианта почувствовала, что он охвачен радостным возбуждением.

– Леди, – с улыбкой сказал психотехник, – подумайте, сколько комнат в штаб-квартире Джукундуса. Двести? Триста? Четыреста? Он их все ежедневно обходит? А если он оставил эту вещь на каком-то там столике, вряд ли хватится ее в ближайшее время. Допустим даже, что сенситив Патруля засек излучение Зианты. Но если у них не было наготове сканера, определить или выследить ее не могли. Они с Харатом… вернее – Харат вовремя прервал мысленный контакт. И пусть сенситивам известно, что кто-то из находившихся в парке генерировал колоссальный поток энергии. Ну и что с того?

Оган осмотрел девушку и нахмурился.

– Уж не вообразила ли ты, что скрылась от Патруля благодаря своему уму и находчивости? Запомни: это просто везение, на которое нельзя рассчитывать в серьезном деле.

Ей не хотелось спорить. Она кивнула:

– Я знаю. Если бы не Харат…

– Вот именно… А сейчас Харат расскажет нам все об этой вещи.

– Но… – Зианта сделала протестующий жест.

– Что «но»?

– Я…

– Ты для этой работы не годишься, во всяком случае сейчас. Разве ты не утомлена до предела?

Наставник был терпелив, словно обращался к ребенку. Этот размеренный голос она помнила еще с той поры, когда была совсем девочкой и проявляла непослушание.

– Харат, – холодно и твердо повторил Оган.

Ей хотелось закрыть артефакт руками, грудью, всем телом. Ей хотелось спрятать от этих людей вещь, к обладанию которой она так страстно стремилась. Да, ее неудачная попытка доказала, что она не в состоянии «прочесть» это послание из тьмы веков. Но она по-прежнему была в его власти, ей необходимо было узнать, откуда он взялся и почему так неодолимо притягивает ее.

Харат гордо прошелся по комнате, польщенный вниманием людей к своей персоне. Но, услышав приказ Огана взять артефакт, вцепился в юбку Ясы, выбивая клювом протестующее стаккато.

Яса присела на пол рядом с воспитанником и стала легонько поглаживать его по пушистой головке. Не прибегая к мыслеимпульсам, она каким-то своим способом воздействовала на маленького телепата, гладя его и ласково мурлыча.

Харат отпустил подол Ясы, еще раз щелкнул клювом и пошел по подушкам медленно и опасливо, точно в любую секунду мог грянуть взрыв. Шерсть его встала дыбом. Одно из щупалец покинуло кармашек, протянулось к комку и легонько, самым кончиком, тронуло его.

Зианта, сгорая от любопытства, открыла свой канал связи, надеясь принять то, что будет «считано» Харатом.

– Самых ранних не касайся, – услышала она, как сквозь завесу, последние слова Огана. – Начни с последних слоев информации.

На Зианту нахлынули эмоции – страдание и беспомощность овладели сейчас Харатом.

«Все сразу… Слишком много всего… много…»

Харату хотелось закончить на этом сеанс, но гипнотический голос Огана буквально сотряс не только маленькое тельце зверька, но пронзил мозг Зианты.

– Я сказал: последние записи. Выполняй!

«Там… глубоко… Там спрятана черная смерть…»

Отрывистые мысли были подобны крикам тонущего. Словно от ожога, щупальце отдернулось от фигурки.

– Где взял это Джукундус? – присоединилась к допросу Яса. – Ну же, мой храбрый малыш, ты должен увидеть! Скажи, что это за предмет?

«Старое… Очень старое место… Там лежит смерть… непонятное… тайное… Холодно… Темно… Много веков нет солнца… Смерть и холод… Там великий… великий лорд… Больше ничего не вижу!»

Щупальце решительно отдернуто и водворено в кармашек. Но глаза Харата остались прикованными к артефакту. Зианта уловила новый импульс:

«Это… Вы зовете их предтечами… Очень древний… Один… Там их было два… Один из пары…»

Зианта очнулась, услышав рядом шипение, и посмотрела. Яса вся дрожала от возбуждения, в полуприкрытых глазах горел алчный огонь.

– Очень хорошо, мой малыш! – Ее рука протянулась, чтобы погладить Харата, но тот уклонился от ласки и заковылял по постели к Зианте.

«Я не могу объяснить, – телепатически излучил он, обращаясь ко всем, – но знаю, что она включена в это. Только она, – щупальце указало на девушку, – сумеет отыскать место, где тьма, холод и смерть».

Глядя в неподвижные круглые глаза Харата, Зианта ощутила слабость и озноб, как после сеанса телекинеза. Она со страхом поняла, что сказанное правда. По воле случая, или же в силу своих особых психических возможностей, она обречена остаться в плену этого предмета. И ей не освободиться от притяжения – оно сильнее ее.

Яса поднесла к своему лицу один из мешочков и глубоко вдохнула аромат лилии.

– Эта вещь из усыпальницы предтеч! – Кровавый огонь в глазах саларики разгорелся ярче. – Оган, нужно узнать, где Джукундус добыл эту вещь.

– Он мог купить ее, а может, привез откуда-нибудь… – Отрывистый голос Огана выдал охватившее его волнение.

– Какая разница? – Яса надменно нахмурилась. – Разве существует что-либо, чего мы не можем узнать? Зачем тогда нам служат тысячи глаз и ушей?

– Если вещь куплена, то она, вероятно, из уже обнаруженного и разграбленного захоронения, – предположила Зианта.

– Ты так думаешь? – Яса повернулась к ней. – По-твоему, на эту неказистую вещицу мог кто-то позариться купить, не подозревая о ее происхождении? А Джукундус, кстати говоря, увлекается историческими изысканиями. Он может не знать о связи этого предмета с предтечами, но держит его у себя не случайно, а с целью исследования. Так что для начала я хорошенько спрячу его…

Яса протянула к фигурке руки, но пальцы ее беспомощно повисли в воздухе. Она не могла прикоснуться к загадочной находке!

– Оган, что это? Почему?

Склонившись над подушками, ученый еще раз осмотрел предмет. Затем положил между своих ладоней руку Ясы и на несколько мгновений замер.

– В нем колоссальный заряд психической энергии. Прежде я только слышал о концентрациях такой силы. – Отпустив руку саларики, сухопарый человечек прошелся по комнате. – Глаза его блеснули, озаренные догадкой. – Здесь небывалые возможности: эта штука может служить для фокусировки при парапсихологических экспериментах. Она вобрала в себя всю энергию, действовавшую на нее не только на протяжении веков, но и сегодняшним утром, во время телепортации. Нужно ослабить заряд, иначе до этой вещи опасно дотрагиваться. – Оган посмотрел на Зианту долгим тяжелым взглядом.