Королева Солнца. Предтечи. Повелитель зверей. Кн. 1-17 - Нортон Андрэ - Страница 358

Внизу все очень мирно. Никто не двигался у зданий, а на открытом пространстве росли бледные туземные цветы Колдуна. И среди них несколько более ярких пятен говорят о том, что в качестве эксперимента высажены и инопланетные растения.

– Все выглядит нормально… - начала она.

– Все выглядит неправильно! - Его шепот звучал, как гневный свист вайвернов.

Но на поверхности куполов нет следов бластера, как в торговом посту, вообще никаких признаков насилия. Однако Ланти явно встревожен, и Чарис принялась внимательнее разглядывать сцену внизу.

Сейчас середина дня, и все внизу выглядит сонным. Наверно, обитатели отдыхают. Чарис решила больше не спрашивать, а подождать, пока ее спутник не разъяснит своих подозрений.

Он заговорил негромко; возможно, скорее прислушивался к собственным мыслям, чем сообщал что-то Чарис.

– Антенна связи не поднята. Хантина не видно: обычно он в это время работает над своими скрещенными образцами. И Тоги… Тоги и детеныши…

– Тоги? - решилась спросить Чарис.

– Подруга Тагги. У нее двое детенышей, и они целые дни проводили на солнце на тех камнях. Им очень нравятся земляные личинки, а там их много. Тоги учила детенышей выкапывать их.

Но как он может так думать: если росомахи с детенышами нет на месте, значит были неприятности? Потом Чарис вспомнила о двух других его наблюдениях: нет антенны связи и не видно никого из персонала. Но ведь это такая мелочь…

– Если все это сопоставить… - Ланти либо прочел ее мысли, либо с удивительной точностью думал в том же направлении… - и получишь ответ. На базе складываются привычки. Днем антенна у нас всегда поднята. Таков приказ, и нарушить его можно только в чрезвычайных обстоятельствах. Хантин экспериментировал, скрещивая туземные растения с инопланетными. Его очень интересуют гибриды, и все свободное время он проводит в саду. А Тоги предпочитает земляных червей: только клетка удержит ее от тех камней. А найти клетку, из которой она не смогла бы выбраться… - Он покачал головой.

– Так что же нам делать?

– Подождем сумерек. Если база пуста и коммуникатор исправен - и на то и на другое очень мала надежда, - мы сможем призвать помощь из космоса. А сейчас спускаться нет смысла. Ведь все подходы к базе открытые.

И в этом он прав. На пограничных планетах обычай требует расчищать пространство вокруг зданий, и здесь купола так же открыты, как и торговый пост. На большом расстоянии от четырех куполов и посадочного поля нет никаких кустов, вообще заметной растительности. Подойти можно только в открытую.

Ланти повернулся на спину и принялся смотреть на куст, под которым они лежали. Смотрел он так пристально, словно наделся прочесть в путанице ветвей ответ на их проблемы.

– Тоги… - нарушила молчание Чарис. - Она похожа на Тагги? Ты можешь позвать ее? - Чарис не знала, чем поможет им росомаха, но попытаться связаться с ней - хоть какое-то действие, а теперь для нее бездействие непереносимо.

Ланти раздраженно ответил:

– А как по-твоему, что я стараюсь сделать? Но после рождения детенышей она стала не так восприимчива. Пока они маленькие, мы ее оставляли в покое. Не знаю, будет ли она теперь подчиняться командам.

Он закрыл глаза, свел брови. Чарис оперлась подбородком о руку. Насколько она может судить, база продолжает дремать на солнце. Покинута ли она на самом деле? Отправили ли ее обитателей в ту странную темноту вайверны своей Силой? Или она разграблена бандитами?

В отличие от пересеченной местности, избранной для поста Джаганом, здесь поверхность ровная, она не внушает опасений, кажется не представляющей угрозу. Или просто она вообще привыкла к пейзажам Колдуна, и они больше не кажутся ей такими чужими, как впервые, когда Джаган вывел ее из корабля? Давно ли это было? Недели назад? Месяцы? Чарис не могла определить, сколько времени провела с вайвернами.

Но здесь Колдун прекрасен под янтарным небом и золотым солнцем. Аметистовые оттенки листвы великолепны. Пурпур и золото - королевские краски тех дней, когда Земля приветствовала царей и цариц, императоров и императриц. А сейчас бывшие земляне расселились меж звезд, мутировали, приспособились, даже союзы планет образуются и изменяются, по мере того как поколения миграции все дальше и дальше уходят в пространство. Андер Нордхолм родился на Скандии, но она сама никогда не видела эту планету. Ее мать родом с Брана, а сама Чарис может считать свой родиной Минос. Три очень далеких друг от друга и очень разных планеты. Но она совсем не помнит Минос. Ланти… Интересно, откуда родом Ланти.

Чарис повернула голову, разглядывая его, пытаясь определить расу и планету, которые соответствовали бы его имени и внешности. Но недостаточно особенностей для определения. Разведка пополняется уроженцами всех планет Конфедерации. Он может даже быть землянином. То, что он разведчик, означает, что у него определенный тип характера и он обладает рядом полезных навыков. А то, что у него еще ключ - знак посольства, свидетельствует, что у него есть и дополнительные способности.

– Бесполезно. - Он поднял руку, защищая глаза. - Если она там внизу, я не могу с ней связаться.

– А чем, по-твоему, она могла бы нам сейчас помочь? - с любопытством спросила Чарис.

– Может, ничем. - Но ответ показался девушке уклончивым.

– Ты командуешь животными? - спросила она.

– Нет, Разведка так животных не использует - как бойцов или диверсантов. Когда нужно, и Тагги и Тоги хорошие бойцы, но они скорее действуют как разведчики. Во многих отношениях их чувства острее наших; они за короткое время способны узнать больше в новой местности, чем любой человек. Но Тагги и Тоги прислали сюда в порядке эксперимента. После нападения трогов мы знаем, как они могут быть полезны…

– Слушай! - Чарис схватила его за плечо. Она распрямилась, прижалась к земле, склонила голову набок. Нет, она не ошиблась. Звук становится громче.

– Атмосферный флаер! - подтвердил ее догадку Ланти. - Назад! - Он глубже заполз под нависающие ветви и потащил за собой Чарис.

Флаер приближался с севера, он не пролетал над ними. Когда он опустился на посадочную полосу, Чарис увидела, что он больше вертолета - вероятно, шестиместный самолет трансконтинентального типа. Рассчитан на гораздо более дальние перелеты, чем вертолет.

– Не наш! - прошептал Ланти.

Летательный аппарат остановился, и из него вышли два человека и целеустремленно направились к базе. Шли они так уверенно, что наблюдатели поняли: никакой неожиданности они не предполагают. Они слишком далеко, чтобы различить черты лица, но хоть форма их похожа на форму торговцев, Чарис такую все же никогда не видела. Черно-серебряные цвета Патруля, коричнево-зеленые оттенки Разведки, серый и красный цвета медицинской службы, синий - администрации, зеленый - рейнджеров, красновато-рыжий - службы образования - все это она опознает с первого взгляда. Но эта форма светло-желтая.

– Кто это? - удивилась она. Услышав легкий возглас Ланти, добавила: - А ты знаешь?

– Кто-то… откуда-то… - Он покачал головой. - Что-то похожее видел, но не могу сейчас вспомнить.

– Разве у бандитов бывает форма? Тот, которого я видела с бластером, был одет как вольный торговец…

– Нет. - Ланти хмурился все сильней. - Это что-то должно означать… Если бы я только мог вспомнить!

– Это не правительственная служба? - спросила Чарис. - Может, какая-нибудь планетарная организация, действующая в космосе?

– Не знаю, что это может быть. Смотри!

Из купола вышел третий. Подобно тем двоим из флаера, на нем тоже был желтый мундир, а на воротнике и на поясе блестели знаки различия. Вторжение людей в форме на правительственную базу… Неожиданно Чарис пришла в голову дикая мысль.

– Шенн… может, началась война?

Некоторое время он не отвечал, а когда ответил, казалось, разговаривает сам с собой.

– Единственная война за последние столетия - война с трогами, а там внизу не троги! Я был здесь пять дней назад, и мы получали только самые обычные сообщения. Никакого предупреждения.