Мальчик-убийца (СИ) - Воронцов Александр Евгеньевич - Страница 49

Откуда-то сбоку внезапно вынырнули какие-то два мутных типа. Вернее, они были не то, чтобы мутными — просто довольно сильно отличались от обычных советских граждан. Только если отличие того же Сафонова заключалось в его неординарности, да еще и подкрепленное серьезной организацией, в которой он работал, то эти двое отличались другим — какой-то отчаянной наглостью, эдаким презрением к окружающим, цинизмом и беспардонностью. Обычно подобным образом себя ведут артисты, эстрадные «звезды», чиновники и партийные функционеры среднего звена, торговые работники, известные спортсмены и уголовники.

— Мне ребята сказали — ищи дома, дома нет, на тренировках нет, думаю, где искать? А он — вот он, наш чемпион, — один из двоих, говорливый и быстрый, как понос, по виду кавказец, заступил Максиму путь и, похоже, не собирался его отпускать.

— Простите, дяденька, Вы, собственно, кто такой? — Максим решил пока не обострять ситуацию, а выяснить причины, по которым эта парочка его искала.

— Вах, дорогой, я — Даргаев, тебе что, про меня не говорили твои друзья? Я у самого Штурмина учился, я тренер по каратэ! Ты мне во как нужен, дарагой! — и кавказец тут же показал, как ему нужен Максим. Его приятель стоял в сторонке, в разговор не вступал, но Зверь нутром чуял, что от него веет опасностью и агрессией.

— Пошли ко мне, я учеников собрал, они все хотят с тобой познакомится, уже про тебя легенды рассказывают… И про твои бои, и про твой уровень. Ты где учился? У кого? Я его знаю? Пойдем, дарагой!

Этот Даргаев, не переставая трещать, между тем умело и незаметно оттеснял Максима в сторонку, в сторону дворов так называемой немецкой слободы — двухэтажных домов, построенных в Днепропетровске пленными немцами после окончания Великой Отечественной. Там, во дворах, обычно под вечер народу было мало, в домах жили в основном люди пожилые, которые ближе к вечеру сидели по домам.

При этом напарник кавказца неуловимо смещался за спину Максима, чего тот интуитивно опасался и, естественно, допускать не собирался. Но только он приготовился менять ситуацию, как внезапно вмешался КГБ-шник.

— Ты, Даргаев Дарга по кличке «Дагестанец» только недавно освободился, что — опять по «зоне» соскучился? Ты смотри, тренер! А чего не маршал? Надо будет узнать, кто это здесь в городе такой любитель спорта, что бывшим уголовникам тренерские должности раздает? И не свисти, ни с каким Штурминым ты и близко не знаком. Он пока что права не имеет никого тренировать, тем более, таких, как ты!

На мгновение Данестанец замер, как будто Сафонов его треснул по голове чем-то тяжелым. Но только на мгновение — тут же глупое выражение с его лица смела хищная улыбка. Он оскалил зубы и его речь приобрела совершенно иной тон.

— А ти кто такой, да? Тебе кто слова давал? Я тебе твои поганые слова сейчас в твой рот затолкаю, да! ДФ быкъ ма сыхкФн![99] — Дарга как будто выплевывал слова в лицо экстрасенсу.

— Ты, Даргаев, сейчас встанешь на колени и извинишься передо мной. Твои ноги тяжелеют, колени подгибаются, тебе хочется упасть на землю… — в голосе Сафонова зазвенела сталь.

Точнее даже, не сталь — его слова были похожи на какую-то тягучую и липкую пену, которая заволакивала уши, липла к рукам и ногам, делала их неподвластными воле их хозяина, погружала в какое-то вязкое болото. Кавказец как-то сразу весь обмяк и стал похож на полиэтиленовый пакет, из которого только что выложили пять килограммов картошки — пожмаканый, серый, пыльный. Он медленно опустился на колени перед экстрасенсом и, еле ворочая языком, стал что-то мычать…

И вдруг из-за его спины выхлестнулся второй — тугой и опасный, как хлыст со свинчаткой, вплетенной в его кончик. Зверь, контролировавший ситуацию, моментально сместился в сторону Сафонова и развернулся, толчком одной руки смещая того с линии атаки, а второй ставя блок.

Варга атаковал быстро, но очень стандартно. Точнее, стандартно для человека, понимающего толк в восточных боевых системах. Для любого обыкновенного гражданина, даже для уркагана со стажем, который прошел тюремные университеты, этот высокий удар ногой, распространенный почти во всех восточных единоборствах и который в каратэ называется маваси гери, был бы неожиданностью. И, конечно же, привел бы того, кому он предназначался, в состояние потери сознания. Как минимум.

Но если бы, да кабы… Авторитет, планы которого так внезапно и так глупо были нарушены каким-то фуценом в очках и шляпе, даже не успел обдумать ситуацию — он сразу стал действовать. И хотя Варга был опытным вором, но вот эта его горячность, импульсивность и неумение держать себя в руках снова сослужила ему плохую службу. Увидев, как парафинят его кореша прямо посреди улицы, Виталик сразу решил наказать этого очкарика. А уже потом разобраться со шкетом. И ударил…

Когда сильный удар ногой просто блокируют рукой — больно и тому, кто бьет, и тому, кто блокирует. Поэтому во многих стилях каратэ-до большое внимание уделяется «набивке» рук и ног, а также технике разбивания твердых предметов — тэмисивари. Если же сильный удар ногой блокируется встречным ударом ноги или кулака, то больнее тому, кто бьет. А если еще и знать, куда бить…

Зверь успел ввинтится между экстрасенсом и напавшим на него бандитом — в том, что это бандиты, он уже нисколько не сомневался. Как только Сафонов разоблачил кавказца, Макс сразу все понял — эти двое пришли за ним. И явно не на чай его звать. Поэтому моментально приготовился действовать. Как оказалось — очень вовремя.

Летящий боковой удар ногой в голову КГБшник, конечно же, пропустил. Точнее, пропустил бы! Понятное дело — это не гипнотизировать всяких придурков с отмороженными мозгами, тут надо и руками что-то уметь делать. А этому, видимо, Сафонова не обучали. Вот поэтому Макс, отпихнув собеседника в сторону, сам вылез под удар. Но не стал его блокировать или там проводить какой-то прием, а просто и бесхитростно ударил кулаком навстречу точно в голеностоп. Как говорится, «в косточку». И тут же вторым кулаком добавил в надкостницу. Он встретил удар ноги еще только в начале амплитуды, когда нога еще не набрала скорость, поэтому силы руки 12-летнего мальчика хватило для контрприема. Хватило и атакующему. Даже слишком…

Варга, получив очень сильный и очень болезненный удар, точнее, сразу два удара по правой ноге, свалился, как подкошенный, назад. Причем, поскольку сзади был небольшой склон, он укатился в кусты, громко матерясь. Однако в этот небольшой промежуток времени, когда все это происходило, экстрасенс выпустил из-под контроля кавказца. И тот моментально этим воспользовался — его лицо перекосила гримаса ненависти, Дагестанец выхватил нож, щелкнуло пружинное лезвие и…

Зверь не успевал. Он слишком отвлекся на того, кто пытался ударить Сафонова, страхуя его от повторного нападения. Поэтому прозевал момент, когда начавший конфликт этот самый Даргаев вышел из-под влияния экстрасенса и, не вставая с колен, откуда-то достал выкидуху, попытавшись снизу-вверх банально вспороть КГБшнику живот. До него Максу надо было допрыгнуть метра два — он отошел в сторону, чтобы проследить полет в кусты напавшего на них уголовника. Понимая, что Сафонов не успеет ни уклониться, ни даже подставить под удар свой портфель, что он даже не видит угрозы, Зверь вытащил из кармана свое нелепое, но грозное оружие и выворотом кисти метнул его в кавказца.

В свое время Костя-Ниндзя, он же Кёсиро Токугава здорово поднатаскал Максима в искусстве метания сюрикенов. С метанием ножей у Зверя как-то не заладилось — ну никак он не мог приноровиться к ним. Не хотели у него втыкаться ножи, летали, как попало. А сюрикен — милое дело! Острый со всех сторон, сплошная рабочая поверхность, как ни бросай — все равно встрянет. Поэтому важна была меткость глаза и твердость руки, а это у сержанта Зверева в наличии имелось.

Пожарный кран, точнее, рукоятка от пожарного гидранта — вещь тяжелая. И Максим, предвидя, так сказать, несанкционированные приглашения «на поговорить», осознавая, что может нарваться на бойцов, которые окажутся круче его, приберег этот весомый аргумент на всякий случай. Рукоятка эта прекрасно подходила на роль кастета, удобно ложилась в руку, а главное — это Макс запомнил еще по той, взрослой жизни — не подпадала ни под какие уголовные статьи. А чё? Кран открывать в подвале надо! Пацаны в брызгалки играют — а воду где брать? В квартиру не набегаешься! Кстати, оттуда, из подвала, Зверь этот артефакт и позаимствовал. Как в воду глядел!..