Мальчик-убийца (СИ) - Воронцов Александр Евгеньевич - Страница 39

— А что по семинару? Твои личные наблюдения о чем говорят? — не унимался Шардин.

— Ну, кроме гениальности в спорте, точнее, в бойцовском аспекте, имеет место серьезная спортивная база, разнообразная техника ударов и бросков, и прочих технических действий. Если мальчика тренировали с раннего детства, то при наличии способностей, упорства, трудолюбия такого уровня мальчик вполне мог достигнуть. Поэтому я и сказал, что ничего сверхъестественного здесь я не вижу.

— Да? Ну тогда давайте послушаем капитана Маренкевича, который как раз разрабатывал версию деда из НКВД, а также опросил одноклассников Зверева из московской школы, где он учился первые три класса, когда жил в Москве. Посмотрим, что ты после этого скажешь, — усмехнулся Шардин. — Саша, прошу!

Капитан Александр Маринкевич олицетворял собой типичного интеллигента — свитер грубой вязки, польские джинсы, чешские туфли. Единственное, что немного выбивало из «соцстрановского» гардероба — это дорогие большие очки в металлической оправе. Обычно советские люди носили очки в роговой оправе, а вот такие, как их называли, «капли» являлись супермодным и даже вызывающим аксессуаром на фоне бесперебойной работы обычных советских магазинов «Оптика». Но, в принципе, их можно было купить в той же Чехословакии или Болгарии, куда граждане СССР все же иногда могли выехать или в командировку, или на отдых по турпутевке.

— Я проверил все контакты Максима Зверева в Москве. Его дед, действительно, почетный чекист, ветеран Великой Отечественной войны, к сожалению, скончался как раз перед переездом семьи Зверевых из Москвы в Днепропетровск. Отчасти, именно с этим и связан этот переезд. К тому же мать Максима, Татьяна Прокофьевна, смогла через знакомого устроится на Днепровский машиностроительный завод, да еще и устроить мужа. Они работают там в одной лаборатории. Как вы знаете, ДМЗ — закрытое предприятие, работает на оборонку. Поэтому были некоторые сложности с опросом родителей мальчика, пришлось запрашивать разрешение через Минобороны.

— А что родители? Рассказали что-то интересное? — не выдержал Краснощек.

— В общем-то, да. Есть некоторые странности, — ответил Маринкевич. — Я вкратце докладывал уже товарищу майору.

— Давай, Саша, рассказывай. Виталий очень будет удивлен, — Шардин подмигнул капитану.

— Мама Максима рассказала, что с детства не наблюдала за сыном интереса к спорту. Правда, в первом классе он самовольно, вопреки ее запрету, записался в секцию плавания. И три года там занимался. Причем, хотя он раньше постоянно болел простудными заболеваниями — ангинами и ОРЗ — после того, как стал ходить в бассейн, болеть практически перестал. Кроме одного случая — однажды Максим все же заболел. Это было редкое заболевание — менингоэнцефалит. Воспаление оболочек и вещества головного мозга. Оно может затронуть и спинной мозг, вызвав паралич. Предположительно — его укусил клещ.

Обычно прогноз заболевания неблагоприятный. Характерно тяжелое течение заболевания и высокий процент смертельных исходов. Перенесённый в детском возрасте, менингоэнцефалит может приводить в дальнейшем к задержкам в умственном и психическом развитии. Максим заболел в самом начале мая и поэтому не смог закончить третий класс. Он достаточно долго пролежал в больнице — до ноября. Поэтому остался на второй год. Но вот что удивительно — никаких последствий это заболевание для мальчика не имело. И тут как раз стоит отметить, что помог его дед — он стал лечить Максима какими-то методами китайской народной медицины. После этого многие подтверждают, что Петр Герасимович Зверев занимался с внуком очень плотно. Но — не с раннего детства, а где-то примерно год. Он полностью поставил внука на ноги и, что удивительно — при дальнейшем наблюдении у невролога тот не нашел у мальчика каких-либо отклонений в его развитии, как умственных, так и физических. Достаточно редкий случай при таком заболевании. Но это — не самое удивительное.

— После такой болезни ребенок не просто полностью выздоравливает, но и превращается в супер-спортсмена — это не самое удивительное? Что же еще больше? — снова не выдержал майор Красножон.

— Имейте терпение, товарищ майор, — Шардин строго посмотрел на милиционера и тот под его взглядом увял. — Продолжай, Саша.

— Удивительного довольно много. Во-первых, несмотря на то, что Петр Герасимович Зверев занимался с внуком, Максим ни до его занятий, ни после не демонстрировал в школе навыки супербойца. Наоборот — в школе его характеризовали, как тихоню, мямлю, обычно его задирали более старшие и более хулиганистые одноклассники. Точно так же не был он лидером и в своем дворе. Впрочем, он там редко показывался, больше сидел за книгами, короче, был таким классическим домашним мальчиком. Из спорта было только плавание, но и там особых успехов он не достиг. Я нашел тренера, который помнит этого мальчика… Ну, как помнит — как раз запомнить Зверева было сложно, так как ничем особенным он не выделялся. Был, как все… Приходил на тренировки, плавал, то есть, выполнял задания — десять бассейнов кролем или там шесть бассейнов брассом…

— Не понял, бассейнов — это сколько? — спросил Краснощек.

— Ну, так пловцы меряют, в длину там бассейн 50 метров, в ширину — 25. Туда-обратно — один бассейн. Так легче считать, чем метры. Таким образом, никаких спортивных достижений ни в одном виде спорта у Зверева не было. Тем не менее, он рассказывал в школе одноклассникам и товарищам по секции, что занимался в Москве боксом. Этот факт установить не удалось.

— И какие выводы? — спросил майор Шардин. — Врет?

— Возможно, врет. Правда, в чем? В том, что занимался? Или на самом деле тренировался? Тогда где? В секции бокса? Никто из свидетелей не подтвердил — не видели его никогда, чтобы куда-то там шел. В бассейн — да, ходил, видели, мальчишки подтвердили, в том числе и те, кто с ним плавал. А про бокс никто ничего не слышал. Секция там была — Зверев жил не в самой Москве, а под Москвой, в Черноголовке — но тренер уехал куда-то, так что нет там больше бокса. Но все равно, про плавание его знают, про бокс — нет. Если принять версию, что он все же у кого-то тайно занимался, то этот мальчик просто гениальный актер. Потому что все время скрывал свои бойцовские навыки.

— Или программа не проявлялась… — вставил свои пять копеек Колесниченко.

— Про программу ты нам еще расскажешь, подожди еще, — заметил Шардин. — Продолжай, Саша.

— Лично я склоняюсь к версии, что Зверев врет сейчас. Если с ним кто и занимался, то только его дед. Правда, достичь такого уровня, какой мальчик демонстрирует сегодня, за два-три года невозможно, каким бы талантливым или даже гениальным он не был. Значит, приходится принимать версию гениального актера… Иначе, если рассматривать только факты, был себе обыкновенный мальчишка, потом вдруг — раз — и стал супербойцом.

— А, может, с ним произошли какие-то изменения? Вот, например, после болезни. Может, особенности проявились новые какие-то, — Шардин, похоже, просто выдвинул новую версию, не особенно надеясь на ее достоверность.

— Ну, этот вопрос больше к медикам или психологам. Вот, товарищ старший лейтенант там среди психологов находится, у них там целый отдел. Вот он пусть и проверяет эту версию.

Так, теперь о деде. Петр Герасимович Зверев оказался очень занятным человеком. Почетный чекист, в НКВД прямо с самого его создания, точнее, сначала был в ЧК, потом в ОГПУ, еще в гражданскую в ЧОНе[79] послужил, с самим Аркадием Гайдаром успел повоевать — в Хакассии. Потом с Василием Сергеевичем Ощепковым[80] занимался созданием физкультурного комплекса «Готов к труду и обороне СССР», куда, кстати, вошли и приемы рукопашного боя. В 1930-м, на базе ЦДКА по линии спорткомитета Зверев под руководством Ощепкова закончил специальные курсы инструкторов. Самое интересное, что Зверев еще до Ощепкова познакомился с Виктором Афанасьевичем Спиридоновым[81]. Тот тоже преподавал рукопашный бой, но на основе японского джиу-джитсу, организовал при обществе «Динамо» секцию. В феврале 1929 года был проведён первый чемпионат московского «Динамо» по введенному Спиридоновым в программу обучения оперсостава новому виду борьбы в одежде — ее тогда называли «система САМ». Так вот Петр Зверев стал тогда чемпионом в весе до 75 килограммов. А еще раньше, когда в 1928 году в Москве во время Всесоюзной Спартакиады Спиридонов предложил гостям из Германии, приехавшими с показательными выступлениями по джиу-джитсу, провести товарищеский матч с его учениками, ученики Спиридонова выиграли две схватки из трёх. Одним из тех, кто выиграл, был Петр Зверев. То есть, база у дедушки Максима была ого-го какая.