Гнев Тиамат (ЛП) - Кори Джеймс - Страница 84

– Иду, иду.

– Красавчик.

– И ты станешь. И я тебе для этого без надобности.

Он вылетел из каюты, где в мягкой гравитации торможения «низ» был скорее условностью, чем реальным положением. Направился к центральному лифту, а оттуда к мостику. Влетел на него в последний раз, и весь экипаж поднялся на ноги, приветствуя его. Позади захлопал Каспар, к нему присоединились остальные, и когда Алекс добрался до пилотского кресла, прятать слёзы ему уже не было нужды.

– Жду приказа, капитан, – отрапортовал он.

– Сажайте нас, мистер Камаль, – распорядилась Джилиан.

С технической точки зрения, посадка была плёвым делом. Несмотря на повреждения, «Шторм» сам знал расположение стен, и встроенных в них человеческих структур. Алекс чувствовал, как тяжёлый груз падает с его сердца. Самодельные стыковочные зажимы, которые они сделали, когда корабль только стал их военным трофеем, встали на места со звуком, слишком тихим, чтобы уловить ушами, и дрожью.

– С возвращением, пассажиры, – коммуникатор приветствовал их голосом с астерскими интонациями. – Похоже, вы нехило вздрючили собственный корабль?

– Зато и вам, ленивым лохам, будет теперь чем заняться, – парировала Джиллиан в той же манере, в какой могла ответить и Бобби. С той же подколкой. Алекс не мог объяснить, но казалось правильным, что девочка так много внимания уделяет тому, как Бобби вела дела. Даже когда не станет их всех, следующее поколение всё ещё будет их отголосками.

Шаттл до Фрихолда, транспорт без двойной обшивки, назывался «Драйбек». Начав жизнь как рудовоз, он дооснащался последние лет двадцать. Цвета владевшей им компании, – зелёный и жёлтый, – ещё встречались призраками полустёртых логотипов на переборках мостика. Двигатель, маленький и капризный, склонен был запинаться при изменениях вектора ускорения, и отличался совсем маленьким резервуаром с реакционной массой. В трюме установили несколько амортизаторов, и на них с полдюжины членов экипажа, больше всего пострадавших при взрыве «Бури», возвращались домой скорее в виде груза, чем как члены команды.

Долгий спуск от газовых гигантов проходил через область, которая в Солнечной системе считалась бы наиболее загруженным транспортным участком. Сотни кораблей сновали между Сатурном и Юпитером к внутренним планетам. А на Фрихолде таких набралось бы с полдюжины. Алекс планировал курс с растущим ощущением пустоты этой системы, которую не смогли заполнить и десятилетия. Слишком большая пустота. Всё это было слишком большим. Он сталкивался с ней раньше, первопроходцем на путях человечества к звёздам, и всё ещё не мог уложить в голове обширность этих пространств.

Он был удивлен, когда за несколько минут до отлёта на маленький мостик пришла Джиллиан, и села, не пристегиваясь, в соседний амортизатор.

– Собираешься с нами? – спросил Алекс.

Джиллиан долго смотрела на его, не говоря ни слова. Она казалась старше, чем он привык её воспринимать, словно командование, пусть даже такое недолгое, состарило её.

– Нет, – ответила она. – Семья хочет меня видеть, а я хочу видеть их. Но время для этого придёт после войны.

«Мне бы твой оптимизм», почти сказал Алекс, но мрачности вокруг и так хватало. Он не хотел сбивать её своим скептицизмом. Вместо этого он кивнул, и уклончиво хмыкнул.

– В порту тебя будет ждать вездеход, – сказала она. – С достаточным запасом воды, топлива и закваски для твоего путешествия.

– Очень великодушно с твоей стороны. Спасибо тебе.

– Это не альтруизм. Твой корабль... старый. Но это боевой корабль. И всяко лучше того, на чем привыкло гонять подполье.

– Может быть, – согласился Алекс. – А может уже давно стал гнездом для каких-нибудь птиц из пустыни. Это я и собирался выяснить, в числе прочего.

– Когда выяснишь, подтягивайся. Единственные, кто летает в одиночку – это гонщики и засранцы. А ты наверняка захочешь, чтобы кто-то прикрыл твою спину.

В коммуникационном канале щёлкнуло. Шаттл был готов к отправке. Алексу надо было только подтвердить вылет. Но он поставил его на ожидание.

– О чём ты говоришь?

– Мы ещё не закончили, – пояснила Джиллиан. – Только стали побеждать. Подполью нужны все корабли, которые есть, а твой – правда хорош. И если тебе потребуется команда, скажи. Я тебе её предоставлю.

Алекс не знал, что ответить. Честно говоря, у него не было никаких планов, кроме возвращения на «Росинант». Но она была права. Должно быть что-то и после этого. После Бобби. После Амоса. После Холдена. Что бы он ни собирался делать, он не планировал просто помереть там. Он хотел лишь восстановиться.

– Я дам тебе знать, как там обстановка, – решил он. – Разработаем план.

Джиллиан поднялась и протянула руку. Не отстёгиваясь от амортизатора, он протянул свою, и ответил на рукопожатие.

– Было здорово, – сказала Джиллиан. – Большое дело мы сделали.

– Кто посмел бы спорить.

Она ушла, а он прогнал последнюю проверку. Полёты на однокорпусных кораблях – что-то вроде рулетки, и Алекс обычно их избегал, но даже если они словят микрометеорит, то, наверное, выживут всё равно. Тем не менее, жизнь это риск.

Он включил коммуникатор.

– Это «Драйбек». Подтверждаю разрешение на запуск. Всё в силе?

– Отчаливай, «Драйбек», – ответили ему. – На твоем пути нечего взрывать, не в кого врезаться. На остальное воля божья, да? «Станция Дрейпер», отбой.

«Станция Дрейпер», думал Алекс, выводя корабль из лавового канала только на маневровых. Официальное название он слышал впервые. Звучное, ему нравилось.

На Фрихолде, как и на большинстве обитаемых планет, наличествовало множество разнообразных сред. На одном континенте располагались и соляные пустыни, и пышные горы, в которых он прятался, когда они появились здесь впервые, и поселение, выросшее в скромный город. Белые дюны и плато из красного песчаника протянулись от горизонта до горизонта. Кое-где высились конусы палаточных скал и тонкие ровные гребни, которые могли быть как артефактами инопланетных цивилизаций, так и просто красивыми геологическими образованиями. У рассветов был тёплый розовый оттенок, а закаты отливали золотым и зелёным. Алекс не знал почему. А по ночам пустыня пела. Пики температурных сдвигов заставляли песок звенеть, словно хрустальный бокал.

Вездеход оказался почти автономным, а навигацию строил на основании времени и текущего положения солнца, тем же способом, что и древние морские капитаны Земли. И никакие сигналы, входящие или исходящие, не могли выдать его местоположение. Широкие протекторы из титана и резины делали путешествие по бездорожью даже проще, чем полёт на корабле. И уединение, такое обширное и утешительное. Он ожидал, что будет тосковать в поездке, но ошибся. Оказалось, усилия по поддержанию порядка в команде «Шторма» изнуряли. А он и не знал, что прилагает их, пока не отпала необходимость. Он спал на маленькой койке в чреве вездехода, а дни коротал, сидя на его крыше – наблюдал за солнцем, небом и звездами, даже не включая взятую с собой музыку.

Дважды огромные неспешные животные с ногами, похожими на тонкие деревья, и шкурами, словно из желтого мха, сопровождали вездеход. Второй зверь шёл поблизости почти полдня, прежде чем трижды протрубил и наконец отстал. Алекс предполагал, что он единственный человек, когда-либо повстречавшийся с ними.

Он не раз задавался вопросом, почему Наоми решила жить в спрятанном грузовом контейнере, но теперь, здесь, ему казалось, что он понимает. Удовольствие от абсолютного одиночества переплавило его траур в нечто иное, более странное и гуманное.

Пещера, куда они загнали «Роси», располагалась в западной части пустыни. Алекс выбрал её потому, что рядом на поверхность выходила жила радиоактивной породы, которая дополнительно маскировала корабль от врагов, и служила ориентиром для него самого.

Его преследовал страх, что «Роси» не дождётся. Что навес, под которым он припарковал корабль, за время его отсутствия успел рухнуть. Или что плёнка, в которую они упаковали обшивку, порвалась или была погрызена пустынными животными, открыв судно, предназначенное для вакуума, эрозии ветров, песка и соли. И беспокойство росло час от часа. Пустынный пейзаж бежал мимо, пока вездеход не достиг пункта назначения на своём автоматическом курсе, и не остановился у огромного скального выступа.