Провал аналитика (СИ) - "Tigriskin" - Страница 85

Перед тем как передать кубик своих помощникам, Тафир дал мне полюбоваться промежуточным результатом. Забавно, хотя без его пояснений я бы не догадался, что это будет деревянная клетка с птичкой. Уплотненный в несколько раз кусок дерева внутри кубика не напоминал птицу совершенно. Мастер пояснил, что сырой силой правильную форму придать очень сложно, такое проще тоненькими инструментами подточить, этим займутся подмастерья. А вот расплавить кусок мутноватого стекла, чтобы он растекся по птичке и придал ей завершенную форму, это как раз снова будет его задачей. Да уж, понятно, почему ценник на эти изделия получается таким боевым. Одно неверное движение на любом этапе, и вся работа коту под хвост.

— А если сырой силой потом пройтись по такой красоте?

Тафир подозрительно посмотрел на меня, но ответил четко и уверенно. — Ну, клетка останется, я же ее силой не трогал. А вот птица внутри кляксой расползется. Так что, лучше не надо.

Выяснив, что птичку при желании можно уплотнить еще раза в три, я успокоился. Кажется, знаю, как мы будем удивлять выпускников Академии.

***

Перекличка прошла штатно, и Железный уже собирался отправить нас на вечерний кросс, когда я прямо из строя обратился к нему с официальной просьбой принять на хранение реликвию Древних. В наступившей тишине раздался одинокий смешок Мажора, а вот сержант меня разочаровал. Никакой паники, бури эмоций или неуверенности. Не спеша пройдясь вдоль строя, Кин остановился напротив меня, и целую минуту мы рассматривали друг друга. Он — пытаясь что-то прочитать на моем лице, а я — с холодным интересом энтомолога. На кольцо сержант бросил только мимолетный взгляд.

Придя к какому-то решению, командир прошагал к принимающему доклады лейтенанту и обратился к тому с подчеркнутым официозом.

— Лейтенант Арея, рекрут первого года обучения Кир Илл передал администрации Лойской Пехотной Академии просьбу принять на хранение реликвию Древних.

Два порученца и три сержанта возле лейтенанта заулыбались, но сам он, бросив короткий взгляд на Кина и наши шеренги, остался предельно серьезен.

— Рильг, оповести казначея и врачевателя Академии о необходимости явиться на плац. Сержант Кин, относится ли реликвия к классу опасных?

Ординарец неуверенно заулыбался и замялся. Потребовался еще один грозный окрик лейтенанта, чтобы он, наконец, сорвался с места и засеменил в стороны офицерского собрания.

— Не известно. Разрешите уточнить? — а вот наш сержант не растерялся и оставался максимально собранным.

А и правда, интересно, не опасно ли мое колечко. Ну, с учетом того, что оно на базе вполне себе мирного артефакта построено, вряд ли.

Появившийся вскоре Айболит это подтвердил. Разобравшись в ситуации, лекарь мгновенно перестал зевать и даже вспотел, хотя местные аборигены и не склонны к этому. Снимать кольцо он не стал, логично, надо же еще и истинное владение подтвердить. Секунда концентрации и на кольце вспыхнули иероглифы, а в нескольких сантиметрах над ним появилась мерцающая зеленоватая картинка. Помех, кстати, было значительно меньше. То ли способ воспроизведения оказался удачнее, то ли пластинку про блондиночку в офисе уже заездили до потери качества. В этот раз пятисекундная запись показала нам ту же красавицу на какой-то станции техобслуживания. Сердитая гламурная блонда что-то выговаривала мнущемуся возле машины работяге. Тот разводил руками и оправдывался. Обводы транспортного выглядели не совсем привычно, в отличие, кстати, от изгибов женской фигуры, угадывающихся даже через кимоно.

В наступившей тишине раздался торопливый шепот нескольких голосов. Причем, кроме слов из Песни о Пятерке слышались и персональные здравницы Фии, не только я смог опознать блондиночку со спины. Беглая оценка настроений сослуживцев обрадовала меня только наполовину. Мажор ожидания оправдал, юный барон следил за передаваемой казначею реликвией с видом умирающего в пустыне страдальца, узревшего недостижимый оазис. А вот Иляс, хоть и слегка ошарашенный представлением, нужной кондиции восторга не испытывал, здесь придется дорабатывать.

— Название реликвии, владеющий род, цель передачи на хранение? — судорожно хватающий воздух казначей, продолжал отмалчиваться, так что инициативу снова взял на себя сержант.

Все-таки не проверить работу кольца было ошибкой, чуть не упустил возможность поймать одним разом пятого зайца. К счастью, пока остальные пялились на картинки, я продолжал просчитывать варианты и подготовился к вопросу.

— Реликвия "Краст ремонтирует небесную колесницу Фии", личная собственность рекрута, хранение с целью организовать аукцион по продаже.

Не знаю, не обидится ли мой покровитель сравнению с простоватым парнишкой с записи, но поминать его теперь будут почаще. По плану через некоторое время кольцо окажется у Мажора. И сколько раз его род будет, доказывая свой статус, демонстрировать соседям запись, вот столько раз имя Краста и вспомнят.

А потом невозмутимый сержант погнал таки нас на пробежку. Вопроса про то, откуда появилось кольцо, хотя был готов к нему, я так и не дождался.

***

Попасть по личной инициативе на личный прием к коменданту Лойской Пехотной Академии было совсем не просто. А для обычного рекрута первого года обучения практически невозможно. Зато для засветившегося обладателя реликвии Древних длинная цепочка от обращения с просьбой к сержанту до властного окрика личного порученца полковника Дима Праста прокрутилась всего за пару дней. Знакомый молодцеватый офицер в приемной буркнул что-то недовольное, впуская меня в святая святых Академии.

Все то же уютное помещение, с мягкими коврами и красивой мебелью. Сегодня полковник встречал меня, сидя за столом, продолжая заполнять какие-то бумаги. На секунду оторвавшись от письма, главный человек Академии сделал приглашающий жест. Понятно, испрошенная пятнадцатиминутная аудиенция будет у нас не совсем персонально мне посвящена.

— Комендант Праст! Рекрут первого года обучения Кир для проведения личной беседы прибыл! — По мягкому ковру громко топнуть сандалетами не получилось, но я усугубил свой шумный рапорт, противно клацнув ими друг о друга и вытянувшись по стойке смирно. Полковник ожидаемо поморщился и махнул на меня рукой.

— Не ори дурниной, рекрут. Чего там у тебя?

По-своему истолковав взмах, я аккуратно прикрыл дверь, отрезав от нас любопытного ординарца.

— Тут по поводу реликвии, вопрос, господин комендант, — я перешел на тревожный полушепот. От волнения чуть скрутило низ живота, и я прикрыл глаза, вспоминая удары пеньковой веревкой и спасительный обжигающий холод накатившей тогда ярости. Открыв глаза, чуть улыбнулся полковнику. Оторвавшись от бумаг, он с легкой тревогой наблюдал за мной. Но поднырнуть под короткий резкий удар все равно не успел.

Ошеломленный комендант поплыл, он еще попробовал открыть рот и что-то крикнуть, но второй, на этот раз акцентированный, удар впечатал его в стену. Шмякнувшись затылком о деревянную отделку кабинета, офицер уткнулся носом в собственные бумаги. Тишина за дверью не взорвалась воплями тревоги, и я вздохнул с облегчением, первая часть разговора сложилась удачно.

Сдернув нокаутированного полковника на пол, я взял со стола небольшой кинжал. Туповат, конечно. Для вскрытия корреспонденции еще туда-сюда, а вот кровь им пускать будет не очень приятно, но куда деваться, с отточенной сталью меня бы сюда не пропустили.

***

Очнувшись от непродолжительного беспамятства, комендант Академии встретился со мной полным ярости взглядом. Если бы не кляп во рту, этот воинственный степняк сейчас бы, наверное, скрежетал зубами или кусался. С трудом натягивая на себя обратно кожаный доспех, ободряюще улыбнулся полковнику и похлопал его по плечу.

— Не сердись, малыш. Вот теперь мы с тобой можем вполне по-дружески поговорить.

Офицер что-то промычал через кляп и попробовал лягнуться, ноги связывать я ему не стал.

— Ну же, полковник, возьми себя в руки. Я же тебя прирезать могу, и мне теперь даже ничего за это не будет. Так что перестань дрыгать ножками как распутная девка, и давай вместе подумаем, как дальше жить будем.