Бойня (СИ) - Панасенко Дмитрий - Страница 127

— Не уверен. — Пожал могучими плечами громила. Я только краем глаза заглянул. В окошко. Заходить, сам понимаешь, не стал. Знаю только одно, через полчаса после того, как Мрак ушел, девки там погром устроили. Хеллу положили…

— Хеллу? — Удивленно вскинув брови, маршал с нескрываемым удивлением глянул на подчиненного. — В закрытом помещении? Вдвоем, имея только пистолет, раздолбанный обрез, да одно рубило? Да Хелла бы их по стенам размазала… Я помню, как она на арене рубилась… Не баба, а ходячий танк.

— Не вдвоем… — Покачал головой великан. — Одна. И не рубилом, а вилкой. В лоб. Одним ударом. Даже не напрягаясь.

— Черт, — покачал головой маршал.

— Ага… — Согласно кивнул здоровяк. — Он самый. Зэд тоже говорит — это неправильно. У Хэллы подкожные защитные хрящи, а кости крепче броневой стали. Её башку так чисто только из винтовки пробить можно. Да и то, в упор.

— Больше ничего не раскопал? — Вздохнул шериф.

— Обижаешь, босс. — Громила высморкался в ладонь и, утерев пальцы о штаны, осклабился в довольной улыбке. — Я пока эту дылду в клинику тащил, Шрайка немного потряс. Сам же знаешь — у рогача слух хороший. В общем, Мрак девок куда-то в пустошь отправляет. Вроде как, в район Трех сестер, где заброшенная база стоит. Они что-то привезти оттуда должны.

— К Трем сестрам, говоришь? — Подкрутив ус, маршал вытащил из кармана кисет и принялся размеренно набивать рот табаком. — Опасный рейд. Особенно в это время года. На Крыс нарваться, как два пальца.

— Ты самое интересное, босс, еще не слышал. — Прогудел великан. — Мрак свой «Блейд» на это дело даёт. А помимо девок туда едут Зеро, Эвенко и… Ставро.

— Ставро? — Чуть не подавившийся табаком Мэл с шипением втянул в себя воздух и, покачав головой, коротко хохотнул. — А Финк, всё-таки, голова…

— Объясни, босс… — Похожие на две мохнатые гусеницы брови гиганта сошлись к переносице.

— Ставро — долбанный псих, от которого одни неприятности. — Раздраженно рубанул воздух ладонью маршал. — И сам знаешь, не будь он пугалом Финка, висеть ему на воротах. Зеро — лучший боец, которого я когда-либо видел. И эта парочка друг друга на дух не переваривает. Девка тоже не так проста. И имеет на Зеро зуб. Но и со Ставро, наверняка, не подружится…

Лицо великана озарилось светом понимания.

— Хитро придумано, босс. Каждый будет хотеть перерезать другому глотку, но не решится, не зная, чью сторону примет третий…

— Примерно, — кивнул маршал. — Примерно. Меня больше волнует, что Финк и Мрак там забыли… И почему это так важно, что в рейд пошел Эвенко. Старый пердун еле ходит, а тут целый рейд. — Коротко оглядев пустынную улицу, Мэл разочарованно цокнул языком. — Что-то прохладно сегодня. Как думаешь, может, буря идет?

— Да рановато ещё… — Вновь нахмурился великан и, задрав голову, принялся обеспокоенно всматриваться в звездное небо.

****

Бросок. Падение. Блестящая, ярко-красная, чем-то отдаленно напоминающая брюшко ядовитого насекомого капсула сверкнула желатиновым боком, и приземлилась в ладонь. Бросок. Падение. Кити спала, как убитая. Дыхание девушки было чистым и ровным, худые плечи расслабились, а лишенное отпечатка дневных забот лицо вновь стало по-детски невинным. Неудивительно. Она и сама устала. Как собака устала. От драк, убийств, интриг. От постоянно преследующего ее, казалось, пропитавшего плоть до мозга костей запаха дерьма и крови. От собственного таланта на ровном месте вляпаться в дерьмо по уши. Грузовик. Кити. Море. Чертов чистый берег…

Она проехала на восток, пересекла этот гадский радиационный пояс, чудом прошла территории десятков мелких, жадных до чужого добра князьков и банд, чуть не попалась в лапы механистам из Аламо, запорола двигатель, лишилась потом долго и болезненно отрастающих пальцев на правой руке, заработала лучевую болезнь, а потом уперлась в чертовы скалы, фонящие так, что светятся в темноте. И вот теперь, проехав, если верить старым довоенным картам, половину драного континента, она вернулась к Сломанным холмам в надежде преодолеть солончаки. Место, откуда никто никогда не возвращался. А может, Болт прав? Может, она это просто придумала? Черт, да она даже не уверенна, что этот старик вообще был.

Большая часть её воспоминаний — это старая, разбитая игрушка. Чертова трубка с зеркалами и разноцветным стеклянным крошевом, складывающимся в новую картинку каждый раз, как только ее встряхнешь… Бросок, падение. С трудом оторвав взгляд от мерно сопящей в ухо прижимаемому к груди медвежонку Кити, наемница оскалила зубы в бешеной ухмылке. Стать лучше. Спокойная жизнь. Спокойная. Мать. Его. Жизнь. Честная работа. С трудом подавив рвущийся из горла истерический смех, Ллойс снова украдкой покосилась на девушку. Кити… Кэтрин Фелисити, мать его. Принцесса из забытого Богом хутора. Эта девчонка что-то с ней сделала. Что-то в ней сломала. Вскрыла запрятанный глубоко-глубоко в темную муть полустертых воспоминаний гнойник. Почему она её подобрала? Почему она стала для нее так важна? Кисонька… Маленькая наивная дурочка действительно так похожа на котенка, на только-только открывшего глазки комок шерсти, и принявший первое, что увидел, за мать. Кити… Почему ей нравится слушать ее байду про единорогов и принцесс? Почему рядом с ней она плывет и тает, как воск? Почему спокойно делится с девчонкой теми подробностями своего прошлого, которые не рассказывала даже…

Бросок. Падение. Жалеть и бояться глупо. Что сделано, то сделано. А еще более глупо врать самой себе. Люди не меняются. Меняются обстоятельства. Но сейчас ей лучше собраться. Стать той, кем она была. Иначе им не выжить. Бросок… Легкое движение головы и падение капсулы заканчивается между зубов Ллойс. От дела, которое ей «предложил» Финк, просто воняло подставой. Идти почти в самое сердце Сломанных холмов в разгар осени, когда одуревшие после сухого сезона боевики многочисленных семеек и кланов заключают шаткие союзы, сбиваются в банды и начинают делить территории? Когда изгои и негодяи всех мастей отправляются в погоню за спешащими на осенние ярмарки караванщиками? Это само по себе глупость. Но с ней отправляются еще двое. Зеро, бывший альфа-прайм Сити. Умелый, опасный и очень, очень сильный. Будь он на месте Клавикуса, неизвестно как бы все ещё повернулось. И некий Ставро. Судя по многозначительной ухмылке Мрака, тоже далеко не простой персонаж. А еще Эвенко. Как поняла Элеум, лучший техник города. Сложив губы трубочкой, Ллойс, задрав голову, выплюнула чуть скрипнувшую на зубах капсулу, и снова поймав ее губами, принялась катать на языке. «Разведать что к чему». И «забрать одну штуку». Значит, старую базу Легионеров уже кто-то облюбовал. Логично. Как говорится — свято место пусто не бывает. А вот что там может быть? И почему Финк хочет разгрести дерьмо чужими руками? Ее руками? К черту. Ловко спрыгнув с капота, Ллойс подтянула завязанный на поясе шарф и сжала челюсти. Желатин хрустнул, и на язык наемницы пролилась порция жидкого ледяного огня. Ллойс усмехнулась. Стать лучше. Как же…

****

Миновав квартал, Шип вышла к перекрестку рыночной площади. Было довольно безлюдно, шерифы успели закончить работу над укреплением постов, и теперь посреди развилки красовалась обложенная мешками с песком небольшая, установленная на массивную треногу пушка.

— Безотказная 2А42, - фыркнула, остановившись у бруствера, Верука, и брезгливо поморщившись, лениво пнула его ногой. — Идиоты, лучше бы на башню её поставили. Толку-то здесь от этой дуры.

— Тебя не спросили… — Раздался голос из-за баррикады. В венчающий заграждение мешок с песком вцепилась бледная, покрытая разводами грязи рука.

— Фу-у… Т-тебе рожу, что… наджа-аком драли? — Пьяно икнув, молодой мужчина с нашивкой шерифа, покачнувшись, ухватился одной рукой за ствол пушки, а другой — за расползающиеся мешки, и попытался плюнуть в сторону женщины, но лишь обслюнявил себе подбородок. — А-атвали отсюда, стахо-людина… Пока в кутузку не отвел…

— Да я, в принципе, не против. — Улыбнулась Сей. — Можешь и отвести.