Бойня (СИ) - Панасенко Дмитрий - Страница 123

— Ты не ответила, — вздохнула девушка. — Почему они к нам привязались?

— Да откуда я знаю, сладенькая, — рассеянно пригладив ежик жестких волос, буркнула Элеум. — Может, им моя прическа не понравилась. Или завидно стало. Или сколько у меня серебра в кошеле увидели. А, может, баба-вышибала с этим Клавикусом в друзьях была, и дружка своего подговорила.

— С чудовищем? — На мгновение Кити, сбившись с шага, удивленно подняла глаза на наемницу.

— А почему бы и нет? — Пожала плечами наемница. — Весовая категория у них одна. Рожи, тоже не сильно отличаются. Может, они родственники… Или даже муж с женой. Представляешь, какие тогда у них детки?

— Да ну тебя, — надулась девушка. — Я ведь, серьезно.

— Да и я не так сильно шучу, — ответила наемница и надолго замолчала. — Думаю, это Брокер. — Проворчала она, спустя несколько минут. — Решил меня прощупать.

— Значит, ты… знала… — Плечи Кити поникли.

— Ага, — беззаботно кивнула наемница. — Такие, как Хелла, вышибалами не работают. Не тот уровень. Думаю, ее специально в кабак подослали. И, если честно… — Слегка поморщившись, Элеум покачала головой. — Мне это не нравится. Либо тот, кто решил нас поймать, до фига умный и просчитывает всё на десять ходов вперед, либо таких, как эта баба, у него много. В любом случае, как ты сама понимаешь, расклад не самый приятный.

— Ллойс… А ты действительно хочешь… — решилась, наконец, нарушить тишину Кити. — Этот Зеро… Он же тебя… И остальные, наверное, не лучше.

— Если стрелок нарушает контракт, это сильно вредит его репутации. — Прищурившись, Элеум вытащила из кармана сигарету, подбросила и, ловко поймав зубами, щелкнула пальцами. — А репутация — это одна из вещей, которыми я очень дорожу.

****

Застонав от боли, неожиданно прострелившей поясницу, Эвенко уперся локтями в мягко спружинившие под нагрузкой подлокотники, и собрав все силы, выдрал себя из недр нейрокапсулы. Бескровные, пересохшие и покрывшиеся белесой коркой губы инженера скривились в брезгливой гримасе. Тридцать шесть процентов. Со второй попытки подхватив трость, прислоненную к покрытому ржавчиной, проевшей антикоррозийное покрытие, боку аппарата, младший аналитик южного фронта второй Освободительной армии Эдуард Венниц, а сейчас просто старый часовщик [87], Эвенко, тяжело дыша, пересек комнату и бессильно опустился в рабочее кресло. Тридцать шесть процентов… Всё, что удалось восстановить. Тридцать шесть процентов от оставшихся тринадцати. Неплохо для более, чем столетнего, старика. Да, неплохо.

Откинувшись на спинку кресла, механик с трудом расслабил скрюченные судорогой руки и прикрыл глаза. Все шло к чертям. Весь выстраданный в течение многих лет план рушился и разваливался, буквально, на глазах. Драный Финк и его неожиданная эскапада с героином. А он, ведь, десять раз предупреждал, насколько опасно начинать действовать раньше срока. Драный Брокер, возомнивший, что сможет воспользоваться ситуацией и захватить власть в городе. Ну почему сейчас? Почему именно сейчас?

Черт, ему не хватило буквально нескольких месяцев, чтобы довести процесс до ума. Зло дернув щекой, Эвенко тяжело вздохнул и, развернув кресло к мерцающему экрану вычислительной станции, раздраженно ударил по клавишам, превращая чеканные строки программного кода в бесполезное месиво знаков. Собранные наспех протоколы обмена работали через пень-колоду, выдавая разброс практически в шесть процентов. Стабильность выходных данных не доходила даже до минимально допустимых стандартов, но, к сожалению, сделать он уже ничего не мог. Слишком мало времени. Дьявол!!

— В пекло, — пробубнил старик себе под нос и нервно забарабанил по столешнице пальцами, тут же отозвавшимися уколами боли в пораженных артритом суставах.

Нужен глобальный перерасчет ситуации. Но дышащие на ладан чипы-процессоры вживленного ему в голову аналитического модуля были просто неспособны на подобные вычисления. Слишком долго без ремонта и нормальной калибровки. Слишком много кустарных, сделанных, буквально, на коленке под местным наркозом латок и перепрошивок. Слишком большая нагрузка на нейросеть. Если он попытается еще раз задействовать форсажные блоки, то просто-напросто, сожжет себе мозг. Превратится в овощ. Драный овощ, печеную репу. Последняя попытка проведения комплексного прогнозирования закончилась чередой микроинсультов, сделавшей из пусть довольно пожилого, но еще крепкого мужчины, дергающуюся, будто марионетка в руках злобного и страдающего церебральным параличом ребенка, развалину. Нет, придется обходиться тем, что есть.

Снова скрипнув зубами, Эвенко горестно покачал головой и, раздраженно оттолкнув от себя клавиатуру, глубоко задумался. Джебедайя затеял опасную игру. Пожалуй, слишком опасную, но он не в том положении, чтобы пытаться бежать с тонущего корабля. Если то, что сказал Мрак, верно, тогда группировка рейдеров насчитывает около двух тысяч человек. Четверть из них, это рабы и обслуга. Мегатрак и установленная на одном из них минометная батарея, конечно, представляют некоторую опасность, но звери вряд ли будут использовать тяжелую технику против городских стен. Скорее всего, постараются провернуть свой любимый прием. Пустят на укрепления смертников и обвешанные взрывчаткой боевые телеги.

Эвенко усмехнулся. Тактика брандеров. Проверенный временем ход остается достаточно эффективным и сейчас, спустя сотни лет. Да. Рейдеры наверняка смогут взять ворота и рыночную площадь. А потом в дело пойдет элита. Лучшие, наколотые боевой химией абордажники и штурмовики хлынут на баррикады под прикрытием боевого мяса, под прикрытием идущей в первой волне опьяневших от запаха крови накаченных наркотиками новичков. И встретятся с Операторами. Старик усмехнулся снова. Загадочный король мутантов и нищих, наверняка, попытается договориться со Стаей. Город захлебнется в диверсиях, но он — Эдуард Венниц — один из последних, живущих на этой изнасилованной войной планете настоящих аналитиков, не отступит. И доведет дело до конца. Пусть в момент, когда его «призвали» на службу он был двенадцатилетним мальчишкой. Пусть криво вставшие в еще не до конца сформировавшиеся ткани чипы, выдранные из прошлого аналитика, даже в лучшие дни обеспечивали не более пятидесяти процентов расчетной мощности, пусть с последней полноценной процедуры корректировки прошло добрых восемь десятков лет, а донельзя изношенный, несмотря на не один десяток модификаций, организм разваливался, буквально, на глазах, он не отступит. С кряхтением встав, старик пересек мастерскую и подошел к распахнутому окну.

Непривычно пустынные улицы. Баррикады, патрули. Люди еще не знали о том, что их ждет, но в воздухе уже вовсю витало что-то неуловимое, холодное, злое. Почти как тогда, тридцать лет назад, когда огромная стая Песчаных крыс решила потрогать молодой еще город за мягкое подбрюшье. Эвенко вздохнул. Тогда… Тогда всё было проще. Тогда он и слегка располневший, но всё ещё крепкий мужчина по имени Джебедайя Финк, купец и главарь одной из самых крупных рейдерских банд по эту сторону Мертвого языка, стояли плечом к плечу. А сейчас… Оглядываясь назад, в прошлое, Эвенко почти жалел, что время не повернуть вспять… Хотя… Именно тогда между толстяком и инженером пролегла первая трещина. Майя… Как же она была красива… Она всегда была смелой, эта фермерская девчонка. Смелой, сильной и решительной. И почему она выбрала Финка? Посчитала здоровяка более перспективным? Не захотела связываться с семидесятилетним, пусть и выглядящим на сорок с хвостиком стариком? Он так и не смог её простить. Как не смог простить и предательства жирдяя, без раздумий отдавшего забравшую слишком много власти женщину вожаку Зверей. Интересно, она ещё жива? Смогла ли выжить там, среди признающих только силу и жестокость дикарей-каннибалов? Возможно… Майя всегда обладала удивительной способностью оставаться наверху. Поймать гребень волны. Оказаться нужной, полезной, желанной… Расчетливая и жестокая манипуляторша с огромными голубыми глазами и лицом ангела… Иногда ему казалось, что она может приручить даже дикого упыря… Опутать его потоком хитро сплетенных слов, вскружить голову, а если не получится, утопить его в собственных слезах и крови…