Бойня (СИ) - Панасенко Дмитрий - Страница 111

— Ну… — Элеум надолго задумалась. — Точно не считала, но штук под триста будет… Половина, конечно, самокрут, некоторые даже под ружейные капсюли рассверлены, но всё лучше, чем ничего… А тебе зачем? Твоя машинка, вроде как, под триста восьмой заточена или я ошибаюсь?

— Да нет, не ошибаешься… — Еще больше покраснев, молодой человек принялся возиться с завязками клапана. — Я, как увидел, как ты по арене скачешь, сразу подумал, что тебе нужен либо автоматический дробовик, либо автомат… — Справившись, наконец-то, с застежками, охранник достал из рюкзака небольшой сверток и протянул Элеум. — Вот. Правда, там патронов только из тех, что в магазине, но всё лучше, чем ничего. Пристрелян по центру, я проверял. Возьми.

— Ах, ты ж, хитрая жопа… — восхищенно цокнула языком наемница, развернув ткань. — Это же настоящий «Дятел» [84]. И где ты его откопал?

— На рынке, — несмело улыбнулся охранник. — Земляка встретил, он и продал по дешевке… Это тебе, в общем…

— И как это понимать? — Осведомилась Ллойс, продолжая восхищенно вертеть в руках редкое оружие.

— Ну-у, — улыбка охранника поблекла, стала неуверенной. — Просто… ты… это… Ну…

— Это ты за мной так ухаживаешь?.. — С подозрением поинтересовалась наемница у смущенно теребящего клапан разгрузки Майло. — А это, типа, вместо цветов? Или, что ещё за дрянь вы, мужики, девушкам дарите, когда в койку затянуть хотите… Такая штука… — взвесив в руках автомат, Элеум покачала головой… — серебряков семьсот…

— Я… — На секунду запнувшись, Табс набрал полную грудь воздуха. — Можно, я у тебя учиться буду? — Выдохнул он зажмурившись. — Ну, чтоб так же уметь… Ты ведь, с этим слизняком на железных лапах, как кошка с мышкой играла… Я так же хочу… Драться, в смысле….

— В коромысле… — Буркнула враз посмурневшая наемница и, раздраженно засопев, громко лязгнула затвором пистолета-пулемета. — Вроде, рабочий… Умеешь ты девушку отшить, Майло… И в грязь лицом ткнуть… А я-то губу раскатала, подумала, что тебе моя тонкая и нежная душа понравилась…

— Ллойс… Извини… Ты очень красивая… наверное… просто… — охранник отвел взгляд и, тяжело вздохнув, нервно поправил чуть съехавший с колен пулемет.

— Просто мутантка. — Раздраженно закончила за охранника Элеум. — А если я скажу, что такому с детства учиться надо? Что уже слишком поздно и сейчас из тебя ничего толком не получится? Ты, ведь, деревянный весь, Майло. Ни растяжки, ни реакции. Силенки есть, не спорю, вон какую дуру на себе таскаешь, но сила — не главное.

— У меня невеста в Бъорке… — тяжело выдавил из себя молодой человек, нервно оглаживая ствольную коробку оружия, — была…

— Бросила? — Спросила Элеум, окинув неожиданно сочувственным взглядом нервно кусающего губы охранника. — Или умерла?

— Стала невестой старейшин… — Медленно покачал головой молодой человек. — Жребий… Великая честь…

— Понимаю… — Проговорила наемница после долгой паузы и, встав на ноги, принялась отряхивать от пыли штаны. — За тарахтелку, конечно, спасибо. Царский подарок. Хоть не люблю я автоматы, но эта штука действительно крутая. Мне нравится намного больше, чем цветы, если на будущее… Только я его не возьму. — Со вздохом сунув автомат в руки растерянно моргнувшему охраннику, наемница, затушив чуть тлеющую сигарету о козырек крыши эллинга, щелчком отправила окурок вниз.

— А что до учебы… — проворчала она с непонятным выражением, — попробуем… — Только два условия. Первое: не лапать. Второе: сможешь как-нибудь Магду на полчаса куда-нибудь увести? Я с Пиклсом потолковать хочу. С глазу на глаз, так сказать…

— Слушай, а почему ты его так не любишь? — Поинтересовался, с некоторым разочарованием убирая автомат обратно в рюкзак, Табс. — Он ведь, ребенок ещё, по сути…

— Знаешь, — хмыкнула Охотница. — Вы в Бъорке всё-таки везунчики. Дети, не дети… В пустошах обычно взрослеют быстро. Мой первый бой, например, состоялся, когда мне и восемь не было… И убивала я на манеже таких же детей. Просто, выжить хотела… Или ты, или тебя… А этот зассанец уже вполне способен собственных детей делать.

— Извини, — отвел глаза охранник.

— Проехали. — Пожала плечами Элеум. — Ты не первый, кто меня чудовищем считает.

— Я… — Майло затряс головой, — почему ты решила, что я…

— Потому. — Криво усмехнулась наемница. — Но это ничего, я уже привыкла. — Запустив руку за пазуху наполовину расстегнутой жилетки, Элеум, рассеяно почесав живот, двинулась к люку.

— Ллойс, погоди… — Повернулся за наемницей Майло. — Я действительно не считаю тебя чудовищем. Ты… Ты, ведь, не сожгла Магду вместе с этим… И стрелять не стала… боялась, что промахнешься…

Замершая на лестнице Элеум закусила губу, опершись подбородком на ржавую ступеньку, и склонила голову набок.

— Знаешь, сладенький, — вздохнула она спустя минуту. — Ты, всё-таки, дурак. Я ведь сто раз объяснила, что сжечь не могла — грузовик бы испортила. А не стреляла… — губы Элеум разошлись в жесткой усмешке. — Привыкай считать не только свои, но и чужие выстрелы, мальчик. Если бы был внимательней, то сообразил бы, что у меня только один патрон в магазине был. Ему в башку я бы не попала, а чтобы эту метёлку уронить, а потом — его, минимум, две пули нужны.

— Но… — Табс чуть заметно прищурился. — Нет… Ты обманываешь… Хочешь казаться хуже, чем ты есть…

— А ты проверь. — Усмехнулась наемница. — Алмаз — это просто алмаз, сладенький. А монстр — это монстр. Я — прайм. И никогда не старалась казаться кем-то другим. Постарайся этого не забывать. Надейся на лучшее, но готовься к худшему, держи ноги в тепле, а задницу в сухости, и все такое… Слыхал? А еще… не переходи мне дорогу, сладенький. Я видела, как ты смотрел на кисоньку. И знаешь… мне это не понравилось. — Задорно подмигнув телохранителю, Элеум скрылась в вентиляционном люке.

— Черт, — обхватив ладонями голову, Майло Табс принялся медленно раскачиваться взад и вперед. — Ну, во что я опять вляпался…

****

Грузовик Ллойс всегда казался Кити чем-то вроде сказочной пещеры Али-бабы. Огромный, словно настоящий дом, кузов был завален странными, зачастую непонятными для девушки вещами, но большую их часть составляло оружие. Сваленные в одном из углов самострелы и арбалеты соседствовали с целым ящиком разнокалиберных стрел и дротиков. Почти полностью набитый ножами и мечами всех возможных форм и размеров рундук подпирала бочка, из которой торчали грозные острия гарпунов, а неподалеку от нее, тесня добрый десяток мотков паракордовой веревки, на приваренном к мощной стойке кузова крюке висел пружинный гарпуномет таких размеров, что Кити искренне сомневалась, что им может воспользоваться человек. О предназначении содержимого остальных ящиков и мешков девушка не имела никакого представления. Какие-то разбитые микросхемы и платы, стальные и керамические пластины были свалены в общую кучу с пуками странно выглядящих пахнущих трав и деревянными колышками. Странного вида механизмы льнули к моткам проволоки и обрывкам ткани, отчего создавалось впечатление, что в грузовике царит совершенный кавардак. В принципе, так оно и было.

Натянув одеяло до самого подбородка, Кити вздохнула и до боли сжала кулачки. Ее бросили. Снова. Она слышала, как Болт гремел железными потрохами грузовика. Магда, будто ничего и не случилось, возилась на кухне, Элеум снова полезла на крышу, а Пиклс занимался тем, что, яростно качая рычаг заржавевшей колонки, набирал воду в большие пластиковые канистры, которые складировал в дальнем углу мастерской. Наверное, в этом был какой-то смысл потому, что после взрыва напор воды сильно уменьшился, и мощный бьющий из кранов бойлера гейзер превратился в тоненькую, не толще мизинца, струйку.

Всем нашлось дело, но только не ей. Кити, конечно, хотела помочь механику, а потом мальчишке, но коротышка сказал ей, что она будет только мешаться, а рычаги колонки оказались слишком тугими, чтобы она смогла качать их с нужной скоростью. А канистры оказались неподъемно тяжелыми, и после того, как она, уронив одну из них, разлила почти пятьдесят литров, Пиклс её прогнал. Вот и оставалось только скучать… И злиться. Как же это было обидно, чувствовать себя бесполезной. Даже Ллойс… Она думала, что Элеум обрадуется, но вместо этого наемница бегло осмотрела её со всех сторон, вертя при этом как куклу, после чего цокнула языком, буркнула что-то типа «больше так меня не пугай». И подвинув к ней полведра принесенной Болтом воды, велела смыть кровь с рук и лица.