Дорога во Тьме (СИ) - Левин Александр Анатольевич - Страница 30

На допросе в полиции выяснилось много интересного и… жуткого.

— Меня зовут Голуч, — мрачно назвал своё имя арестованный после знакомства с телефонным проводом.

Чтобы разговорить арестованного потребовалось помять ему бока и только после этого он начал говорить. Правда, услышанное нам очень не понравилось.

— Зачем ты пытался похитить Малика? — спросил Ждан, следователь занимающийся дело о похищениях детей.

— Это так мальца зовут? — хмыкнул мужчина, сплюнув на пол кровавый сгусток.

— Да.

— Мне заплатили, какой-то мужчина, скрывавший лицо широким шарфом, — произнёс Голуч, оскалившись, — Кремовый шерстяной шарф. Одет как все.

— Имя? Где вы встретились?

— Там же, где и всегда, — поморщившись, пожал плечами арестованный, — На улице. Это был не первый раз. Он не только мне за это дело платил.

— Кого он вообще нанимал, кроме тебя? — нахмурился Ждан, покосившись на меня.

— А много кого, — хмыкнул мужчина, — Бездомных, таких же. Мы за любое дело возьмемся, если заплатят. Кто-то ящики на вокзале будет разгружать, а кто-то пойдет воровать. Или как я — детей забирать за деньги.

— Скольких ты так похитил? — мрачно спросил Ждан.

— Не считал. Тем более, этот тип не всех берет. Бывает, что заберешь очередного, а этот мужик оглядит его и говорит — не подходит. Тащи другого.

— И что вы с ними делали? — спросил Ждан, обойдя стол и наклонившись к бездомному, — Расскажи мне. Иначе, я тебе все кости переломаю.

— Да ладно. Тебе нельзя., - оскалился бродяга, продемонстрировав сгнившие зубы, — Ты на службе.

— Мне нельзя. Зато ему — можно, — кивнул в мою сторону Ждан, — Он не полицейский.

— Да? Что ж он со своими подстилками меня ловил? Честный гражданин с пистолетом и наручниками?

— Частный детектив, — хмыкнул следователь, — Я сделаю вид, что меня нет, выключу камеру и он сделает с тобой массу интересного. А Карл с Эмилем напишут в рапорте, что ты оказывал ожесточенное сопротивление при аресте, а нашего друга Виктора не станут упоминать. А я буду пить кофе под камерой в общем зале, пока тебя тут будут ломать. Хочешь так?

— Ладно-ладно… — усмехнулся бродяга, продемонстрировав гнилые зубы, — У меня этот пацан — второй. Первый сразу подошел, на моё счастье.

— А у других? — спросил я, предчувствуя плохие новости.

— Не всегда, но бывало.

— Что произошло с теми детьми, которые не подошли вашему нанимателю?

— Так жрать народу хочется. Съели малышню, — пожал плечами бездомный, — Хватает таких, что и человечину по голодухе слопает. Особенно, кто совсем на голову двинутый.

— И скольких так съели твои подельники? — мрачно спросил Ждан.

— Я почем знаю? — пожал плечами, — Я спрашивать что ли пойду? День прожил — уже хорошо.

— Где эти ублюдки? — спросил Эмиль, ударив бездомного в ухо, от чего тот, взвыв, упал со стула, — И быстро. И куда они дели останки детей? Или я тебе руки отрежу, мразь!

— Это ж не я! — завопил арестованный, — Рядом с вокзалом Автобусным. В люках теплового узла.

— Поехали, — повернулся ко мне офицер, — Нам надо их взять. И допросить. Узнаем кого из детей они сожрали, а кого отдали этому психопату.

— Хорошо, — кивнул я.

В коридоре, Йозеф тихо произнёс:

— Я запомнил номера машины. Успел.

— Сможешь узнать что-то по ним?

— Да, но мне нужен день, может, два.

— Тогда приступай, а я с полицией поеду по бездомным. Возможно, сын Патрика оказался не у маньяка, а его сожрали эти уроды.

— Удачи, — кивнул Йозеф, — Надеюсь, желудок у тебя крепкий, — добавил он.

— Думаешь, там совсем дерьмово?

— Думаю, что там куда хуже, чем кажется. Эти выродки не могли начать жрать людей недавно. Скорее всего, они годами этим промышляют.

— Логично, — кивнул я, с трудом проглотив застрявший в горле ком, — Может, патронов больше взять?

— Держи, — отдал мне часть боезапаса мужчина, — Пригодится. И аккуратней там — эти твари хитрые и опасны… Не хуже той истории с зеркалами.

— Я понял.

Как оказалось, Ждан не стал бежать сломя голову, а выбил аж двенадцать полицейских в качестве силовой поддержки для нас. Виолетту и Ядзю я решил к этому всему не подключать, только договорился, чтобы они остались в участке и проверили архивы записей камер наблюдения возле школ, в которых учились похищенные дети. Очень может быть, что пойманный бездомный нам соврал и нам успел похитить куда больше, чем говорил в допросной. Если так, то я сам отрежу ему уши.

— Это здесь, — произнес один из полицейских с участка, расположенного на вокзале, — Других входов нет, — добавил он.

— И почему вы не разобрались с этим притоном? — спросил Ждан, глядя в темноту люка, в которую уходила металлическая лестница.

— Так приказа ж не было, — пожал плечами полицейский.

Покачав головой, Ждан посветил фонарем вниз.

— Метров пять, — произнес он.

— Сейчас, — вмешался один из патрульных, доставая из багажника химический факел, — Минут на пять хватит, а там мы уже внизу будем, — добавил он.

— Откуда такое добро? — спросил я, — Его в нет в обычной экипировке.

— Да я пяток таких вещиц всегда с собой таскаю, — усмехнулся полицейский, — Мало ли куда полезть придется. А то бывали случаи, что фонарь вообще не помогал.

— Кидай уже, — фыркнул Ждан, продолжая смотреть в открытый люк.

Со второй попытки сумев поджечь факел, полицейский бросил его вниз и посмотрел на результат.

— Что-то мне запах не нравится, — произнес он после паузы, — Как тухлой свининой воняет.

— Я уже подозреваю, что может так вонять, — произнёс Ждан, принюхавшись, — Слушайте внимательно. Будут дергаться — стрелять сразу. Эти выродки — людоеды. Нам слили информацию, что они причастны к похищениям и убийствам детей. Потому будьте крайне осторожны и внимательны. Я лучше буду писать гору рапортов, чем хоронить вас.

Молча кивнув, полицейские начали спускаться в люк. Я же предпочел идти последним. Во-первых, моя шкура мне куда дороже, чем чужая. Во-вторых, если дело будет касаться магии, то они смогут дать мне лишние несколько секунд на то, чтобы и самому применить оккультные способности.

— Что-то, это место больше похоже на канализацию, — фыркнул кто-то из полицейских, пока я спускался по лестнице.

Запах действительно был отвратным Скорее, даже вонь. Дерьмо, моча и тухлятина создавали такой «букет», что хотелось блевать. Даже не верилось, что тут могут жить люди. Впрочем, назвать людоедов людьми — большая ошибка. Выродками — да

Осматривая бетонный «колодец» теплового узла, мы спускались вниз, к проходам на втором и третьем подземных этажах. Следов людей в коридорах с трудами, проходившими через ни, пока не наблюдалось.

— Похоже, что они ниже засели, — прокомментировал полицейский с химическими факелами, — Да и вонь только сильнее становится. Явно ниже засели.

Произнёс он это когда мы были на металлической площадке третьего уровня.

— Брось ещё факел, — произнес Ждан, — Что-то мне не нравится вся эта тишина.

— Они трусливые, — вмешался один из полицейских, закрывающих лица платками, — Поняли, что не дети сюда влезли, а мы и попрятались по щелям. Если бы тут подростки ошивались — мигом бы уже напали.

— Здесь что-то есть! — раздался крик одного из полицейских, — Следы.

Подойдя ближе, мы осмотрели то, на что указывал подчинённый Ждана. Оказалось, что в грязи, покрывавшей пол, были не только следы, но и чья-то связка ключей с брелком в виде пластиковой фигурки слона розового цвета.

— Похоже, что мы на верном пути, — произнес я, — Ещё следы есть?

— Да. Идут туда, — провел полицейский фонарем, — И тут не один человек прошел… Да и запах… Я сюда посмотрел потому, что как сквозняком подуло и эта вонь сильнее стала.

— Виктор, что скажете? — спросил Ждан, светя фонарем в глубину коридора, вдоль стены которого шла большая труба в теплоизоляции.

— Надо разделиться на две группы. Нас тут много — хватит на местных уродов.