Клуб Рейвен (СИ) - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 65

— Еще чего. К тому времени мы, вместе с моим давним другом «Джоном Уокером», уже гуляли по лесу. Люблю, знаешь ли, прошвырнуться ночью. Особенно, когда объявлен в розыск собственным штабом.

Охотник обернулся, и стало заметно, что его серые глаза стали темнее, как в ту ночь, когда он ее похитил. Тогда их тоже было трое — Деметра, Дориан и виски. Не рассчитав, светлая сделала слишком большой глоток и закашлялась. Парень поморщился, отобрал у нее бутылку, чтобы приложиться самому.

— Значит, ты узнала великую тайну наших голубков, — протянул он. — Мне строго–настрого запретили тебе говорить. А ведь очень хотелось, знаешь ли.

— Брата позлить? — скривила губы в болезненной улыбке Деми, забирая бутылку обратно.

— В том числе. Я привык, что только я могу позволить себе обманывать девушек. А Дрейк обычно весь такой правильный. Так что я просто не ожидал от него подобного.

— Кстати, об обманутых девушках, — сказала Деметра, набираясь храбрости. Чувство вины душило ее, заставляя голос звучать приглушенно. — Почему ты сразу не сказал, что не убивал Шелли и моих родителей?

— И кто бы мне тогда поверил? Ты? — холодно усмехнулся он, присаживаясь на краешек кровати, поближе к выпивке. Дориан вновь оказался так близко, что Деметра вновь смогла почувствовать его парфюм. Сладковато–горький. Он идеально ему подходил.

— Мы все бы поверили, — тихо ответила она и отвела глаза в сторону, чтобы не видеть этого колючего, пристального взгляда.

— Себе–то не ври, — невесело рассмеялся охотник. — Вы заранее были готовы спустить на меня всех собак.

— Прости.

Деми казалось, что это она виновата в происходящем, с самого начала. Она поверила предупреждениям Дрейка, уцепилась за одну версию, и придумала всё остальное. Грубейшая ошибка для фальшивого детектива.

Как теперь относиться к Дориану, если список его прегрешений сошёл до слабой единицы? Она помотала головой и потянулась за виски. Эти мысли слишком опасны. Так можно додуматься до того, что ей понравилось целоваться с ним в клубе и на балу. Понравилось гораздо больше, чем с его братом…

— Завтра утром я пойду к порталу, чтобы встретиться с Дрейком, — сказала Деметра. — И план останется в силе. Я не должна была сегодня себя так вести. Я сама совершила слишком много ошибок. Даже не уверена, что теперь могу называться светлой.

— Все светлые — полные засранцы, — ухмыльнулся Дориан. — Посмотри хотя бы на этот дом. Пристанище Антуанетты Вайерд, величайшей волшебницы, а выглядит как заброшенный склеп. Даже у нас в замке не так мрачно.

Он принялся включать на телефоне Рубины музыку, немного заглушающую зловещее карканье ворон за окном. Атмосфера в комнате сменилась, став вдруг уютной и размеренной. И стоило ценить этот момент, ведь опасность в виде Коула никуда не делась. Никто по–прежнему не мог предсказать, сколько им осталось жить.

Хотелось закурить. Алкоголь наконец подействовал и стало легче. Деметра не боялась напиваться в присутствии Дориана. Во–первых, он уже не раз видел ее пьяной, а во–вторых, они до сих пор находились в одной, дырявой лодке. Странно было впервые не думать о нем, как о маньяке. Знать, что он убивает только по заданию, а не по собственной прихоти. Делало ли его это плохим человеком? Кто знает. В конце концов, даже у профессиональные убийцы бывают семьи.

В динамиках заиграла новая песня. Женский голос казался знакомым.

«В сутках всего двадцать четыре часа,

И половину из них ты лежишь без сна,

Думая об убийствах и резне.

С кем поведешься, от того и наберешься,

Осторожнее выбирай себе компанию».

— Какие правильные слова, — пробормотала Деми. — Не имеет значения, на какой стороне ты родился, на светлой или на темной. Все решают твои поступки.

— Так, кажется, тебе уже хватит, — насмешливо проговорил парень и попытался отнять у нее бутылку, но Деметра стала сопротивляться. Она ухватилась за горлышко обеими руками, но оно все равно выскользнуло из пальцев. Нашла с кем тягаться — с охотником! Засмеявшись, Деми рухнула на подушки.

— Там еще половина. Тебе столько не выпить, — сказала она с притворной обидой.

— Ты меня недооцениваешь, — усмехнулся он в ответ и поднес бутылку к губам.

Деметре нравилось наблюдать за тем, как он пьет. Как запрокидывает голову, обнажая горло, как закрывает глаза. В какой–то момент ей даже захотелось дотронуться до его кожи, снова почувствовать запретное притяжение. Дориан сказал верно, Дрейк был слишком правильным. В нем не было этой опасной, манящей искры.

От которой следовало держаться подальше.

Особенно сейчас. Особенно всегда.

Отняв у него виски, она спрыгнула босыми ногами на пол и прошлась до окна, делая очередной, обжигающий горло, глоток. Злость из–за собственных мыслей затмевала чувство вины. Она не собиралась предавать Дрейка, даже если он сделал это.

За стеклом, в темноте, можно было различить башни Далгарт–холла.

Интересно, чем сейчас занимались друзья в коттедже, наедине друг с другом? Продолжали строить планы на завтра, или?..

— Насчет моего брата, — сказал Дориан, будто прочитав ее мысли. — Он, конечно, сильно облажался. Но теперь, когда все раскрылось, он не станет действовать у тебя за спиной.

— Если только завтра Спирита не окажется заодно с Коулом, и не убьёт всех.

— Она ни в чем не виновата, — резко проговорил парень, поднимаясь и подходя к Деметре со спины. — Я уверен в ней. И это не обсуждается.

— Что вас связывает? — спросила Деми, не оборачиваясь. Она чувствовала, что охотник стоит слишком близко. — Мне кажется, все знают, кроме меня.

— Снова личные вопросы для составления характеристики?

— Хватит с меня секретов, — устало сказала Деми. — Либо я буду знать все, либо нам не пути.

— Что ж, уйти я все равно не могу. Я пообещал брату, — сдался Дориан. — Эту историю, как и все в моей жизни, вряд ли можно назвать приятной. Приготовься извиняться.

— Я готова, — бесцветным голосом произнесла Деметра.

Он начал свой рассказ.

У Файры Спириты была дочь, Лика. Настоящая красавица, смуглая, как мать, с волосами цвета воронова крыла. Её темные глаза всегда сияли, и казалось, что она не умеет грустить. Дориан впервые увидел ее на балу, в тот же день, когда был официально принят в охотники. Она согласилась танцевать с ним, и они не расставались до завершения праздника.

Чувства возникли с первого взгляда, оказавшись взаимными. С этого момента у молодых аристократов Нью–Авалона появился ещё один повод для ненависти — их любовь. Дориану уже исполнилось восемнадцать, и он был уверен — то, что между ними происходило, это всерьёз. Он сделал ей предложение, и Лика приняла его.

Это произошло тайно, на одном из приёмов во дворце Магистра. Они рассказали лишь Файре, и она была за них искренне рада. Все вместе они решили ехать в замок Спириты, чтобы отпраздновать помолвку. Дориан вызвал свой экипаж и отправил на нём Файру с дочерью, а сам поехал верхом, чтобы их не стеснять.

На горном серпантине карета как–то странно заскрипела и накренилась. Никто не успел ничего осознать. Экипаж перевернулся и рухнул вниз, в пропасть, вместе с теневыми конями и пассажирками. Получив тяжелейшие травмы, Файра выжила, а Лика — нет.

Со старой цыганкой они сблизились уже после смерти её дочери. Общее горе объединило их, и Файра стала для парня второй матерью.

— Я начал разбираться во всём, — с непередаваемой горечью в голосе говорил Дориан. Деми даже порадовалась, что не видит его лица в этот момент. — Спустя время, когда смог покинуть свою комнату. Кто–то подстроил эту аварию. Кто–то, кто хотел навредить мне, а не ей. Коул был так безутешен после этой трагедии. И я догадался. Трус. Он хотел избавиться от соперника и заполучить Лику себе. Но он не знал, что она поедет в этом экипаже. Доказательств, впрочем, у меня не было. Так что я даже рад, что есть шанс убить этого ублюдка теперь, пусть и за другие преступления.

Деметра едва слышно вздохнула. Образ настоящего Дориана сложился у нее в голове в цельную картинку. У этого человека было действительно тяжелое прошлое, и это делало их в чем–то похожими. Она понимала его лучше, чем когда–либо.