Клуб Рейвен (СИ) - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 10

— Ортруна Далгарт, вдовствующая графиня, — сказала продавщица, отводя от картины полный отвращения взгляд. — Дрожь берет, каждый раз как её вижу. Эта карга умудряется следить за всеми, даже не сходя с портрета.

— Почему тогда вы его не выбросите? — спросила Деми, передёрнув плечами от появившегося чувства дискомфорта. Теперь, когда она знала, что этот едкий взгляд направлен на неё, она уже не могла расслабиться.

— Что ты! — замахала руками женщина. — Выкинуть картину девятнадцатого века?! Да ни за что в жизни! Ты хоть знаешь, сколько она может стоить?

Деметра подавила желание улыбнуться. Деятельная миссис Гейбл могла бы дать фору любому из лондонских дельцов.

— Тем не менее, в проклятии графской семьи обвиняют именно её, — начала рассказ продавщица. — Не картину, а эту ведьму. Она вышла замуж за графа Чарльза Далгарта, и была тогда, по слухам, прехорошенькой. Через год она родила одного сына, Людвига, а затем и второго. Они казались всем идеальной семьёй. Но только до поры, до времени… Когда Людвигу стукнуло двадцать пять, он встретил совершенно ангельское создание — невинную Антуанетту, и полюбил её. А потом, по непонятным причинам, старый граф умер. И начали твориться странные вещи. В своём замке Ортруна стала заниматься жуткими вещами, просто чудовищными экспериментами. Говорили, что это она отравила мужа. После этого ведьма становилась все уродливее, а сын, наоборот, только краше. Она сделала все, чтобы уничтожить чувства Людвига и Антуанетты. Юноша постепенно делался таким же жестоким, как его мать, и, в конце концов, они довели несчастную до самоубийства. Хотя, никто не знает, что именно произошло на том утёсе. Так и появились слухи о «проклятии Ворона», будто бы он теперь лежит на всем их роду.

— Но за что они с ней так? Что она им сделала?

— Думаю, Ортруне претило любое человеческое чувство, любой светлый поступок. Ничего людского в ней уже не осталось к тому времени, — голос рассказчицы наполнился жутковатым трепетом. — Она как ворон выклёвывала зерна добра, чтобы они не проросли. Её фамилия в девичестве — Равен, или Рейвен, как ещё говорят. Ворон, он и есть. С тех пор шепчут — «Далгарты не ведают света, вороново крыло взор застилает».

Глава 4. Далгарт–холл

В лавке как будто бы похолодало. По коже Деметры пробежались мурашки.

— Слушайте, какой милый у вас городок, — пробормотала она, впиваясь в ладонь ногтями. — Всегда мечтала жить среди ведьм, убийц и садистов.

— В любом маленьком городке есть свои россказни о ведьмах и колдунах, — зловеще произнесла женщина. И вдруг стала прежней миссис Гейбл — весёлой и добродушной. — Погоди, у меня есть, чем тебя порадовать.

Кряхтя, она поднялась на ноги и прошаркала в подсобную каморку. Послышался грохот — продавщица что–то переставляла и копошилась среди хлама в коробках. Она появилась у кассы, сжимая что–то в руке. Деметра подошла к ней, и миссис Гейбл вложила ей в руку тёплый, круглый предмет на длинной цепочке.

Серебряный медальон со старинной гравировкой — витой буквой A с одной стороны, и L — с другой.

— Антуанетта и Людвиг, — прошептала Деми, догадавшись. Миссис Гейбл покрутила крошечное, как у часов, колёсико сбоку. «Та–дам, та–дам, та–ди–да–ди, та–ди–да–ди, дам–дам» — зазвучала грустная мелодия миниатюрной музыкальной шкатулки, состоящая всего из четырёх нот. Медальон распахнулся — внутри находились знакомые фотографии влюблённых.

— Красиво, правда? — улыбнулась женщина. — Можешь взять его себе, взамен снимков. Он принесёт тебе удачу.

— Ух ты, спасибо вам, — обрадовалась Деметра, накинув цепочку себе на шею. Украшение вновь напомнило ей о любимом кулоне, потерянном в Лондоне несколько лет назад. — Так странно… От этого медальона как будто исходит тепло. Сам метал очень тёплый.

— Пожалуй, так и есть, — пожала плечами миссис Гейбл.

— Чек и сдача, мисс Лоренс, — улыбнулся официант, протянув Деми мелочь на подносе.

Его звали Коул, и он был первым, с кем она познакомилась в этом городе. Кэрри за глаза звала парня «местной достопримечательностью», и говорила, что многие дамочки среднего и пожилого возраста заходили в «Шеффердс Пай» только для того, чтобы перекинуться с ним парой слов, без надежды на какое–либо продолжение общения. Парень на самом деле был довольно симпатичным — его лицо было усыпано веснушками, светлые вьющиеся волосы прикрывали очаровательно оттопыренные уши, а цвет глаз напоминал отблеск янтаря на свету. Ему было около двадцати лет и казалось, что он был рад пообщаться с каждым.

— Спасибо, — улыбнулась Деметра в ответ, потягивая молочный коктейль через трубочку. Она сидела на веранде, с видом на белоснежную ратушу, и могла наблюдать, как рабочие сгружают в пикап останки того, что ещё вчера было городским архивом. Летний ветерок теребил навес, отбрасывающий на столик прохладную тень. Это кафе было ее любимым местом в Хэксбридже, а присутствие Коула делало пребывание здесь еще более приятным.

— Красивый медальон, — сказал парень, как обычно задержавшись около ее столика. — Ты фанатка винтажнных вещей?

— На самом деле, терпеть их не могу, — призналась Деми. — Но он мне почему–то понравился.

— У миссис Гейбл можно найти много интересного, — загадочно протянул он. — Но я не советовал бы тебе туда заходить.

— Это почему? — удивилась Деметра. Уже второй раз за день её просили держаться от чего–то подальше.

— Странная она, эта женщина. На ведьму похожа. Не удивлюсь, если кто–нибудь из горожан пугает ей своих детей, — насмешливо проговорил Коул и сделал страшные глаза.

Деми засмеялась, поняв, что это была просто шутка. Она слишком много переживала по мелочам. В этом городе не было ничего необычного. Просто она не еще привыкла.

— Ладно, не скучай тут, — улыбнулся парень. — Я пойду внутрь. Миссис Симмонс допивает уже третий бокал шерри и ее так и тянет с кем–нибудь поболтать. А ты ведь знаешь, здесь больше некому развлекать посетителей, кроме меня.

— Удачи, — усмехнулась Деметра и осталась наедине со своими мыслями.

Сегодня было жарко, и к вечеру жара должна была только усилиться. Хотелось откинуться на разноцветные подушки дивана и отдохнуть, забыв обо всем, но витавший в воздухе запах недавнего пожара не давал расслабиться.

Около стеклянных дверей в кафе, на плетеной тумбе стоял маленький телевизор. Сейчас был включён канал новостей. Деметра, как и старушка за соседним столом, затаив дыхание, ожидала нового выпуска, который должен был вот–вот начаться.

— «Вновь приветствуем вас из города Палмер, с вами Линда Гаррет, «Дневные новости»! Мы начинаем! — поздоровалась ведущая после короткой заставки. — Расследование шокирующего убийства в ночном клубе Рейвен продолжается, у следствия появились первые зацепки — в репортаже Дерека Льюиса».

Деми вздохнула, собираясь с духом. На экране появились первые кадры.

«– Жертва была опознана — ей оказалась восемнадцатилетняя Шелли Уолтер, безработная уроженка города Палмер. На опознании присутствовала мать девушки, опознавшая её тело, но не одежду, в которую та была одета в момент убийства.

— Мисс Уолтер была одета в чужую одежду, о чем свидетельствует разница в экспресс–анализе ДНК. Случайность это, или попытка запутать расследование, мы выясним в ближайшее время, — сообщил пожилой офицер полиции. — Сейчас у следствия уже есть зацепка, которая может помочь — это туфли, обнаруженные на жертве. Мы уже вышли на их дизайнера, который даст показания в качестве свидетеля по делу.

— Тем временем, нам стало известно, что камеры в клубе не смогли подтвердить присутствие девушки на вечеринке, — продолжил диктор. — Что только прибавляет загадок для следователей. Мы будем держать вас в курсе событий. Дерек Льюис, канал Ньюс Тудей».

«Главная подозреваемая» поморщилась, как от зубной боли, выхватила из кармана шорт телефон, на автомате открывая номер Кэрри. И тут же отложила его на стол. Нет, она не будет звонить подруге после сегодняшней ссоры. Нужно справиться самой.