Часовой механизм (СИ) - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 6

В купе ее встретил уже знакомый кондуктор. Эбби вдруг поняла, почему остановился поезд, и кого стоит благодарить за внезапное спасение.  

Парень смущенно улыбнулся и накинул на плечи Абигейл мягкий плед, чтобы она могла прикрыть порванную одежду. Зашедший следом полицейский поставил на пол багаж девушки, водрузив на него отцовский цилиндр, хмуро кивнул и скрылся.

— Прошу простить меня, мадемуазель, — выдавил кондуктор. — Вы присаживайтесь. Признаться, я тоже перетрухнул малость, мог бы и быстрее стоп–кран нажать, да вот сообщение машинисту нужно было переправить… Чтобы полицию прислали из служебного вагона… А проклятую связь всегда заедает. Садитесь, пожалуйста. Теперь вы в безопасности.

Абигейл плотнее запахнулась в темный плед, закрывая порванный наряд, и оглядела небольшое купе. Оно рассчитывалось на четырех человек и было обставлено куда лучше салона для бедняков. Кроме застеленных кроватей здесь размещались два зеленых кресла вокруг миниатюрного стола, стены освещали газовые лампы, а холодный пол был украшен пестрым ковром.

Опустившись в одно из кресел, Эбби запоздало поблагодарила кондуктора. Мысли в голове путались — она не знала, что ей делать дальше. Продуманный план путешествия был почти сорван. Обратно в вагон уже не вернуться. Не ехать же теперь весь путь в чужом купе?

На столе перед ней появился медный заварочный чайник, сахарница и кружка. Взглядом спрашивая дозволения, юноша плеснул ей горячего напитка и добавил два кусочка сахара, размешав его изящной ложкой.

— Вы ведь слышали, как они меня называли? — с показным безразличием спросила Абигейл, наблюдая, как кондуктор присаживается рядом.

— Да, мадемуазель, — серьезно кивнул парень.

— Зачем же вы меня спасли? — поинтересовалась Эбби. За сегодняшний день она достаточно насмотрелась на «добрых» людей.

— Вот ведь рвань, а не пассажиры, — поморщился юноша, тряхнув вьющимися волосами. — Да потому что вы знатная, мадемуазель! Только дурак может в это не поверить! Вы не сильно вините их, хоть они и скоты. Такие люди в жизни не сидели рядом с аристократами. Увидели, что вы хорошо одеты, да и без охраны, и набросились. Чего еще от них ждать? Пейте чай, он не отравленный, клянусь вам.

Ослабевшими руками Абигейл ухватилась за кружку и с осторожностью позволила себе откинуться на мягкую спинку кресла. Она все еще не могла поверить в то, что оказалось в безопасности.

— Ну и наделали вы там шума, мадемуазель! — воскликнула появившаяся на пороге купе пухлая женщина в форме кондуктора. — Весь поезд на уши поставили! Не мне вас осуждать, но кто ж из хороших семей покупает билет в Д-класс? Хоть бы додумались одеться попроще, что ли! Так нет ведь, небось лучший наряд свой напялили!

Голос ее звучал осуждающе, но вместе с тем добродушно. Не опасаясь гнева аристократки, она отчитывала Абигейл так, словно уже много лет была ее нянькой.

— Простите, мое финансовое положение сейчас не в лучшей ситуации, — виновато улыбнулась Эбби и, стараясь не выдать волнения, спешно вспомнила заготовленную историю: — Мачеха после смерти отца отняла дом и все, что нам принадлежало, а меня выгнала. Я еду в столицу, найти приют у брата.

— Ну и дела… — растерянно протянула женщина, спихивая парня с кресла и занимая его место. — Ничего–ничего… Как вас зовут–то, мадемуазель?

— Мари Норуа, — представилась Абигейл.

Имя принадлежало героине малоизвестного любовного романа. Еще в Лан–Лаин было решено, что во время путешествия она никому не раскроет свою настоящую личность. Не для того, чтобы отец не нашел ее, а для того, чтобы не навлечь неприятности на семью и репутацию.

Неприятности, как Эбби убедилась, в дороге найти проще простого.

— Что ж, мадемуазель, меня можете звать Кларой, — сказала женщина и махнула рукой на юношу: — Этот балбес — племянник мой, Арни. Да не стой ты, закрой дверь! Не видишь, леди никак в себя не придет?

Но Арни не успел исполнить приказ — в дверном проеме появился начальник полиции.

— Все нарушители спокойствия выпровожены из поезда, мадам, — не обращая внимания на Абигейл, отчитался мужчина кондукторше — видимо она здесь была главной. — Состав тронется с минуты на минуту.

Дождавшись, когда юноша закроет дверь, женщина расстроено покачала головой.

— Задержка не меньше пятнадцати минут, — вздохнула она. — Ума не приложу, как будем нагонять. Так никакого угля не хватит — гнать–то придется вовсю!

Арни покивал головой и что–то ответил, но Абигейл думала о своем. Нарушителей выкинули из поезда, и Эбби чувствовала настоящее злорадство. Отличное наказание для тех, кто пристает к невинным девушкам. Хотела бы она посмотреть, как гордые офицеры будут добираться до города по размытым в зыбкую топь дорогам.

Поезд тронулся, и все будто бы стало по–прежнему. Никто из кондукторов не упоминал о том, где Абигейл теперь должна спать, а между тем, был уже поздний вечер, и за окном стояла непроглядная тьма. Кажется, они и сами не знали, что с ней теперь делать. Таких ситуаций раньше не случалось.

В конце концов, успокоившись, Абигейл задремала прямо в кресле, надеясь проснуться завтра, с первыми лучами солнца. Но разбудило ее нечто другое.

Удивленно открыв заспанные глаза, она услышала взволнованные голоса рядом с купе. Клара стояла у приоткрытой двери и с кем–то разговаривала. Кажется, там столпилось несколько человек, и все они хотели что–то узнать.

Эбби приподнялась и оперлась о подлокотник. Арни в купе не было. Из–за спины кондукторши выглядывали, и рассматривали ее, два или три человека, облаченные в ливреи разных цветов и фасонов. Абигейл пересеклась взглядом с мужчиной средних лет, чьи волосы с залысинами уже были тронуты старческой сединой. Он внимательно посмотрел на девушку, на ее растрепанную светлую прическу и рваную одежду, прикрытую пледом, после чего вновь обратился к Кларе.

— Все понял, мадам. Я доложу месье Броуди немедленно, — донеслось до Абигейл. Мужчина в темно–синем костюме слуги поспешил удалиться. Остальные продолжили наседать:

— Но, постойте, неужели ничего нельзя сделать? Месье Льюис должен быть в Викберге ровно в срок! Не можете вы позвонить машинисту? Это просто возмутительно! Чтобы беднота взбунтовалась в «Виктории»! Немыслимо! Моя госпожа так перепугалась, что разлила чай на самое дорогое свое платье! Вы должны были предупредить нас об этой остановке! Полиция прошла по всем вагонам!..

Устав отбиваться, женщина захлопнула дверь, чуть не прищемив пару носов и пальцев, и заперла ее на ключ. Еще некоторое время слуги осаждали купе негромкими ударами, но вскоре, сдавшись, разошлись по своим вагонам.

— Вот к чему все привело, — заметила Клара, присаживаясь рядом с Абигейл. — Мы тут боролись с зачинщиками, а богатые господа не торопясь свой совет устроили. Оно и верно, за стаканом виски спор–то лучше идет! Машинист — мудрый хрен, видать связь отключил, чтобы не доставали. Вот и послали своих слуг к нам! Решили услышать историю из первых уст! И с вами поговорить хотели, да я не позволила. Ишь, как возмутились! Не зря говорят, что многие слуги сами себя господами воображают.

— Это все из–за меня… — расстроено протянула Эбби. Она и вправду была готова пожалеть, что села на этот поезд. Но остался бы тогда хоть какой–нибудь шанс на то, чтобы вернуть брата?

— Не воображайте себе особо, мадемуазель, — ворчливо возразила женщина. — Эти притащились бы по любому поводу, а поводов много случается. Ни в каком купе от них не скрыться, стервецы. Сплетен им подавай свежих, да побольше. Поглазеть притащились. Хотите еще чаю? Или можете прилечь поспать. Мне–то все равно не дадут, этой ночью.

Эбби отказалась — она не чувствовала сонливости. Откинув плед, Абигейл посмотрела на часы–подвеску, закрепленную на неправильно зашнурованном корсете. Стрелки указывали на полпервого ночи.

Что ж, здесь нет Рины, наставляющей, когда спать, а когда нет. Эбби ощутила себя удивительно свободной. Страх, испытанный сегодня вечером, немного притупился, и казалось, что все произошло во сне.