Часовой механизм (СИ) - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 33

Ланфорд вернулся на свое место за столом и теперь возвышался над Эбби, словно судья во время слушания. Обвиняемая же старалась выглядеть спокойно. Она выпрямила спину, чтобы не опираться на подушки и вскинула подборок, показывая, что не боится. Но все же, против ее воли, пальцы сами перебирали тонкое кружево на юбке.

Марлоу подвинул тяжелый стул ближе и сел справа от месье Броуди.

— Итак, Абигейл. Полагаю, вы слышали достаточно, чтобы уяснить суть, — начал Ланфорд. — Я не спрашивал об этом раньше, а зря. Жалел ваши нежные чувства. Как Демиан связался с вами?

— Нет нужды просить вас отвечать честно? — криво ухмыльнулся Марлоу.

Бросив на него короткий взгляд, Абигейл вздохнула и посмотрела на Ланфорда.

— Он прислал мне короткое письмо. Оно было напечатано на машинке, — сказала она. — Демиан сказал, что ему требуется моя помощь…

— Где и когда вы должны были встретиться? — спросил месье Броуди. Такое выражение его лица Эбби видела лишь раз — в поезде, когда он сообщил, что раскрыл ее настоящую личность. Тогда она испугалось его взгляда. Страшно ей было и теперь.

— Там не было указано место, месье. Сказано лишь, что в центре, — пролепетала Абигейл, опуская глаза.

— Центральных районов у нас несколько, — скривился Марлоу. — Это Свифт–Гарден, и Гоббс–Корт, Брайпорт, трущобы Гримсби… А еще Хог–Террас, который хоть и находится на возвышении, но тоже частично относится к центру.

— Я не знаю, какой район имелся в виду, месье.

— И где же теперь это письмо? — уточнил Ланфорд, прищуриваясь, как хищник, почуявший добычу.

— Я порвала его и бросила в огонь, чтобы отец не узнал, — сказала Эбби. Она ощущала тяжесть медальона, висящего на шее под платьем. Там, под часовым механизмом лежало скомканная записка, спешно спрятанная перед выходом из поезда. О тайном содержимом медальона не знал никто, даже Салли. Ведь для того, чтобы его открыть, нужно было повернуть четыре крошечных колесика в определенной последовательности. Для всех это была лишь обычная безделушка.

«Найди меня в столице, в старом центре», — писал Демиан. Сердце подсказывало, что стоит произнести эти слова вслух — и быть беде. Она не могла позволить людям Вестона найти брата, пока не знала, какую судьбу они ему уготовили.

— Значит, информации у нас по–прежнему нет… — проговорил Марлоу.

— Месье, быть может, если вы объясните мне, в чем вина моего брата, я смогу вам помочь? — спросила Абигейл.

Ланфорд вздохнул и выдвинул верхний ящик стола. Эбби подумала, что он хочет показать ей какие–то документы, но покровитель лишь достал очередную сигару. Откусив кончик с помощью механической гильотины, он чиркнул спичкой и подпалил ее.

— Когда–то давно совет ученых всех мастей придумывал избавление от этой напасти, — начал он.

— От холода? — уточнила Абигейл.

— От холода и от смога, — кивнул месье Броуди, выдыхая дым. — Их решение было слишком сложным и дорогостоящим. Оно многим пришлось не по вкусу. Совет пришлось распустить. Теперь же наши технологии позволяют воплотить этот проект в жизнь.

— Проект «Сент–Эрис», — догадалась Эбби, нервно ерзая на стуле.

— Да, так его назвали. Результатом их труда стало изобретение, которое может нас спасти. Вот только, — Ланфорд впился в нее колючим взглядом, — ваш брат похитил важные данные о нем. Это произошло в тот же день, когда мы их обнаружили. Их не успели скопировать и сохранить. Теперь остается лишь догадываться…

— Разве вы не можете найти ученых, работавших над проектом?

— Работа была сверхсекретной, как вы могли догадаться, мадемуазель. А закрытие проекта пришлось на смутное время. Восстание рабочих под тайным предводительством Александра тогда спутало карты многим. Ученые разбежались, опасаясь за свою жизнь. Кто–то из них прячется до сих пор, кто–то уже умер. — Ланфорд печально покачал головой.

— Моя мама работала над проектом, — тихо сказала Абигейл и посмотрела на Марлоу. — Я видела это в ваших бумагах. До этого я не знала, что она была ученым.

— И ваша матушка, к несчастью, уже скончалась, — ухмыльнулся он.

— Я не понимаю… Почему Демиан так поступил? Для чего ему нужна была информация об изобретении? — спросила Эбби, пропуская замечание мужчины мимо ушей. Она решила, что из разговора выйдет больше толку, если она станет обращаться лишь к покровителю.

— Думаю, Демиан решил, что может выгодно ее продать, мадемуазель, — сверкнул глазами Ланфорд. — Он преступник, как я уже вам говорил. И он отправится на эшафот сразу же, как его обнаружат.

— Но сначала нужно выбить из него нужные сведения, — осклабился Марлоу.

Абигейл перевела взгляд с одного мужчины на другого. Выходит, уже все было решено? И участь для Демиана была уготована…

— Вам следует вести себя очень осторожно, чтобы подобное родство не повлияло на вашу репутацию, — добавил Ланфорд. — И я говорю это сейчас, поскольку искренне желаю вам счастья. А не смерти от руки палача.

Поспешно кивнув, Эбби быстро вытерла вспотевшие ладони о юбку. Они уговаривали ее сдать брата на смерть.

— Я больше ничего не знаю, клянусь вам, — выпалила она. — Я рада была бы помочь… Но, видимо, Демиан и меня опасался, раз не сообщил в письме ничего важного.

— Тогда, мадемуазель, вы можете идти, — проговорил Ланфорд. — Оставьте вашего брата нам и забудьте об этом разговоре. Мы прошерстим весь центр, если сможем…

Обреченно взглянув на него, Эбби поднялась с места и вышла за дверь. Разговор продолжился без нее, но слов уже было не разобрать.

Возвращаясь в свои покои, Абигейл молила лишь о том, чтобы центральные районы Коры оказались обширными и запутанными. Ведь даже под угрозой конца света она не желала брату смерти.

В полном забытье Эбби пообедала и даже не обратила внимания, что именно клала в рот и пережевывала. В мыслях она вновь перенеслась в деревню Лан–Лаин. Она гадала, зачем Демиану понадобилась убегать из дому в Кору и совершать там преступление? Конечно, жили они всегда небогато… Но неужели он мог поступить так подло ради денег? Украсть важные исследования в тот момент, когда мир отчаянно в них нуждался…

Кто знает, может он сумел их продать, и теперь наслаждался роскошной жизнью на островах Куантаис. Зачем тогда ему понадобилось вызывать сестру в столицу? Чем сильнее не сходились между собой факты, тем больше Абигейл убеждалась в своих мыслях — в побеге брата было замешано прошлое матери.

Бумаги Марлоу не оставляли простора для фантазии. «Найти и устранить немедленно», «мертва, угрозы не представляет» — эти страшные строчки впились в память. Несмотря на заверения Ланфорда, люди Вестона уже давно отлавливали ученых и избавлялись от них, чтобы те не разболтали правду.

— О том, что мир скоро умрет, — одними губами прошептала Эбби, догадавшись, и прижала ладонь ко рту.

Вот в чем был весь смысл! Корпорация так боялась за свое положение, что не позволяла никому узнать реальное положение вещей. Она пыталась исправить ситуацию… Ланфорд пытался… Но лишь тайком. Ведь если бы простые люди узнали о том, что это из–за Вестон воздух стал отравленным и холодным, они растерзали бы и его, и все правление.

***

Целых два дня с начала зимы Абигейл была предоставлена только самой себе. Больше не было ни уроков, ни посетителей. Она читала авантюрные романы, найденные в библиотеке, играла с куклами и котенком, примеряла дорогие наряды, пытаясь отвлечь себя от мрачных мыслей. Обсудить их было не с кем — Ланфорд покидал особняк с рассветом и возвращался к полуночи.

Салли сообщала, что господин находился не в духе. Он не мог решить все проблемы разом и за короткий срок, как того требовалось. Но плохое настроение месье Броуди означало еще и то, что Демиана до сих пор не нашли. И это было единственной радостью для Эбби.

Заставив этим утром горничную трижды сменить ей платья — с салатового на серо–голубое, а затем на перламутровое с вышитыми цветами — она прохаживалась по личной гостиной под треск поленьев в камине. Из окон этой комнаты ей был виден сад. Снег, укутавший погибшие растения, пробыл белоснежным совсем недолго. Сквозь образовавшиеся проталины была видна покрывшаяся инеем земля, а сами сугробы прибрели неприятный желтовато–серый цвет. Такого оттенка, должно быть, казался смог над Корой, если посмотреть на него с высоты полета дирижабля.