Часовой механизм (СИ) - Стим Виолетта "ViolettSteam" - Страница 26

— А Морт–то здесь причем? — начал злиться Маркус.

— Притом, что это он приказал нам не соваться наверх! Ему нравится жизнь здесь, во мраке, холоде и разрухе! Он считает ее «безопасной»! — повысил голос Крис. — Ну какой из него лидер?! Был бы я на его месте… Бам! И нет Хранителя! Да здравствует красивая жизнь наверху! Мы продали бы все что смогли и перебрались бы в настоящий, в свой дом. Выбрались бы из этого дерьма. Ты понимаешь?!

— Ты правда думаешь, что полиция и власти будут спокойно сидеть и смотреть, как ты распродаешь вещи и мебель из архива? — спросил «Тень». — Он закрыт, а не снесен! Значит, для чего–то еще им нужен! Ты не сможешь это скрыть, тебя поймают!

— О, можешь мне поверить, я что–нибудь придумаю, — усмехнулся Кристиан. — Я найду способ устроиться в этой жизни. А ты — забудь о том пожаре! Проболтаешься кому–нибудь — вылетишь из Падальщиков первым!

— Но ты–то будешь вторым, — упрямо сказал Маркус и сделал большой шаг из–за угла, чуть не врезавшись в подслушивающего новичка.

Напустив на себя придурковатый вид, Дэй пошатнулся с кружкой в руках, будто он нализался виски не меньше Мэри и слегка улыбнулся «Тени».

— Граци… Грациано еще не весь выпили? — спросил он нарочито заплетающимся языком.

— Там, на ящиках, — махнул рукой паренек и прошел мимо, ничего не заподозрив.

Неровной походкой пройдя мимо курящего сигару Кристина, Дэй сразу же нашел бутылку, стоящую на импровизированном столе. В ней оставалось меньше половины. Он наполнил кружку целиком, понимая, что за добавкой сбегать уже не удастся.

— Чего такой печальный вид, приятель? — спросил он Кристиана, поворачиваясь обратно. «Аристократ» неопределённо покачал головой, думая о чем–то своем, и Дэю только и оставалось, что вернуться к Лисс. Но он был уверен — спор между Падальщиками определенно не был пустой, пьяной болтовней.

***

В похмельное утро, когда в логове обретались только Дэй, Лисс, Мэри и Маркус стало ясно — на улице холодает. Мрачный июль стал напоминать уже не сентябрь, а конец ноября. Казалось еще немного, и пойдет снег. Но Мэри, выглянувшая на улицу, сообщила, что в Брайпорт пришли холодные ветры, и ничего более не изменилось.

Натопив печку как следует, Дэй принялся помогать Лисс с уборкой после двухдневного кутежа. Он все еще раздумывал над тем, чтобы проникнуть в помещения, скрытые за дверными замками, но для этого ему нужны были отмычки или ключи.

Не обращая внимания на вернувшиеся симптомы болезни — першение в горле и слабость, Дэй послушно поправлял книжные кипы, служившие мебелью, передвигал соломенные тюфяки и следил за тем, чтобы огонь в печке оставался жарким. Наконец, уличив удачный момент, он спросил Лисс:

— Что находится за дверьми на кухне?

— Склад и «сокровищница», — буркнула Лисс, сгребая мусор в холщовый мешок. — Только не говори никому, что я тебе рассказала. Это приказ Морта — не говорить тебе.

— Не говорить о чем? — не понял Дэй.

— О сокровищнице, — раздраженно вздохнула цыганочка, все еще мучившаяся от головной боли. — Это место, где хранится наш «общак». Морт тебе пока не особо доверяет.

— Он правильно делает, — согласился Дэй, с трудом сдерживая подступивший кашель. Все как и предсказывал Олди — болезнь стремительно возвращалась. — Значит, ключи хранятся у Морта?

— Да. Так что если ты вдруг окажешься вором или шпионом, тебе не удастся нас обокрасть, — усмехнулась Лисс, всем видом показывая, что шутит. Но, продолжив ей помогать, Дэй оставался серьезным. Он разгадал не один десяток загадок, шифров и тайных знаков в отцовском блокноте. Все они вели в подвал Лирского архива не просто так, и отец не мог бросить важнейшее изобретение на видном месте. Поиски нужно было продолжить в дальних помещениях подвала. Возможно, ему все же придется «обокрасть» Падальщиков.

Книги в «толстобрюшку» нужно было подбрасывать каждые пятнадцать минут. Этим Дэй и занимался — разбирал вновь сложенные «столы» и «табуреты» из старых фолиантов и отправлял их на растопку. Мэри первой начала ныть о том, что нее замерзли ноги, и о том, что в общей спальне вообще невозможно находиться. Потом пару крепких слов о «собачьем холоде» обронил Маркус, и запричитала Лисс, у которой совсем не было обуви. Мороз на улице крепчал, а дрова заканчивались.

Вскоре с дела вернулись Морт и Джошуа Олди. Их добыча была невелика — пара серебряных колец, да мешок картошки.

Пока девушки и «Тень» осаждали лидера Падальщиков с жалобами на сквозняк, Джошуа отозвал Дэя в сторону кухни. Когда тот подошел, паренек снял с пояса один из четырех ключей и открыл одну из дверей.

Заинтригованный, Дэй отправился следом. Пройдя короткий, темный коридор, он оказался в просторном зале с высокими потолками. Олди зажигал свечи, расставленные на ящиках и книжных кипах и смутные очертания предметов начали обретать яркость.

Почти все пространство занимала крытая повозка вроде фургона, запряженная настоящей механической лошадью. Дэй иногда встречал таких в Брайпорте возле крупных предприятий и лавок — они считались дорогой редкостью. Забреди богач на такой серебристой красавице в трущобы… Нищие набросились бы скопом и мигом разобрали бы ее на винтики, чтобы потом продать по деталям. А вот в богатых районах стальные жеребцы катали наездников и тянули за собой многочисленные кареты.

Он подошел ближе и провел рукой по холодной гриве. Автоматон стоял, опустив голову, и казалось, что он просто спит, в ожидании новой порции заряда. Круглое клеймо «Вестон Inc.» красовалось у нее на крупе. И хоть на некоторых сочленениях уже проступили следы ржавчины, механизм еще был на ходу — Падальщики явно о нем заботились.

Дэй вспомнил, как появились эти устройства — в год мора скота, когда всем стало ясно, что животным в Коре больше нет места. Смог в столице уже тогда был гораздо плотнее, чем в других городах. Животные здесь начали болеть и умирать один за другим. Люди тоже чувствовали себя плохо. Именно тогда Вестон показал всем свою первую разработку — маски с фильтрами для воздуха. Цена на них быстро взлетела и уже не опускалась. Корпорации было выгодно продавать защитные средства от смога толстосумам. Чуть позже появились механические животные — лошади для верховой езды и упряжек, певчие птицы, и даже домашние любимцы. Аристократы должны были чувствовать себя комфортно в этом темном городе, ни в коем случае не покидать ни его. Все их капиталы должны были оставаться внутри страны и работать на благо компании.

Это произошло шесть лет назад. И хоть уже тогда стало ясно, что привычный мир для империи меняется навсегда, в других уголках страны животные все же еще могли существовать. Ну а в Коре остались лишь голуби, крысы и насекомые.

— Чу́дная она? — поинтересовался Олди, глядя на Дея, рассматривающего механическую лошадь. — Ты слюни–то особо не распускай, Падальщикам она не принадлежит. Это собственность нашего нанимателя. Я зову ее Люси.

— Почему именно Люси? — спросил Дэй, подходя к пареньку. Джошуа разгребал ржавый хлам на рабочем верстаке.

— Знавал я однажды одну Люси, рыженькую такую, — уклончиво ответил он. — Но эта красавица нужна нам только в особых случаях. Видишь за ней ворота? Они выходят на Коппер–стрит. Мне кажется, раньше здесь у ученых был грузовой склад. Сюда доставляли упакованное оборудование, книги, и другие вещи. Но когда я нашел это место, тут остался один лишь мусор.

— Теперь тут ваш склад?

— Все называют его так. Но я считаю это своей личной мастерской, — в голосе Джошуа послышалась гордость. — Разжиться здесь нечем, да и запасов, как таковых, у нас нет. Но каждая шестеренка здесь — это мое сокровище.

— Лисс сказала мне, что ключи от склада есть только у Морта, — нахмурился Дэй.

— У Морта, и у меня, — пожал плечами Олди. — Я хотел тебе кое–что показать. Раз уж ты стал одним из нас…

Он отложил в сторону смятые чертежи и протянул новичку некое подобие цельной маски, собранной из местами ржавого, местами обожжённого металла, с трубками и темными окулярами. В ней не было отверстий для рта и носа — на их месте находилось нечто вроде самодельного респиратора.