Королевство Четырёх Стихий (СИ) - Пастушка Инна - Страница 8

— Какой прыжок? — выпытывала она.

— Так у нас ещё и с памятью плоховато?! Твой прыжок, — или сегодня кто-нибудь ещё прыгал? — закричала Кристина.

Даша обратила внимание, что Кристина вообще всегда кричит, даже тогда, когда это совсем не требуется.

— Не кричи, я всё помню. И всё-таки, я хочу знать, о каком прыжке вы говорите?

— Ты что, больная?! Совсем уже, да?! Кто сегодня рассмешил всю школу?

Даша облегчённо вздохнула:

— А, вы об этом. Ну, смейтесь, смейтесь, если вам больше заняться нечем. А я пойду есть торт, политый красным шоколадом!

— Прижилась, — сквозь зубы, вдогонку процедила Гренада, просверливая спину сводной сестры угрожающим взглядом.

Даша по дороге домой думала лишь об одном: увидел её господин Густав, выглядывая из окна, или нет?

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ: ДАША ПРЕДУПРЕЖДАЕТ КОТЮ О ЗАГОВОРЕ

10

Этой ночью Даша не могла уснуть. Она должна предупредить Котю. Но как это сделать, если она даже не знает, где находится этот Королевский район. Она была там всего один раз и то не по своей воле. Интересно, кем мог быть этот человек в мантии? Он сказал, что был советником у короля, — значит, Котя поймёт о ком идёт речь. «Надо только успеть его предупредить. Но как, как?».

Утром в её комнате раздался тихий, аккуратный стук и вошла госпожа Гелси.

— Даша, идём завтракать, — позвала она.

— Мне что-то не хочется.

Госпожа Гелси встревожено присмотрелась к ней.

— Что-то ты неважно выглядишь. Ты не заболела?

— Нет, всё в порядке.

Девочка на самом деле выглядела уставшей и госпожа Гелси это заметила, её выдала бессонная ночь. Аврора Гелси попробовала лоб, руки и зачем-то кончик носа.

— Температуры вроде бы нет. У тебя ничего не болит?

— Нет, я здорова.

— Тогда что с тобой?

— Просто я плохо спала. Ветер шумел всю ночь.

— Ну, конечно, так я и думала, у тебя же открыто окно. Ветер северо-восточный, значит с моря. Вот ты и не спала. Иногда бывает такая тревога без причины. Думаешь, с чего бы это, а это всего лишь ветер дует не с той стороны. Давай я тебе сюда завтрак принесу.

Не дожидаясь ответа, она пошла вниз за завтраком, а Даша выглянула в окно посмотреть на северо-восточный ветер. Ах, как она в этот момент благодарила госпожу Гелси. Ведь, если бы не она со своим ветром, то Даша до сих пор бы валялась в постели и истязала себя вопросом, как помочь Коте? А дело в том, что за окном она увидела плывущие по небу облака и вспомнила о Барашеке. «Конечно, Барашек! Только Барашек сможет помочь мне!».

— Барашек! Барашек! — начала звать она.

— Да здесь я, здесь.

— Как здесь?! — обрадовалась Даша, — ну, где же ты пропадал?

— Я всегда на своей станции дежурю, — обиженно ответил Барашек. — Только ты во мне не нуждаешься.

— На какой своей станции? — не поняла Даша.

— У меня одна станция — под твоим окном.

— Я не знала. И долго ты там дежуришь?

— Да всё время, только ты совсем меня забыла.

— Нет, что ты! Я просто не знала, что ты там.

— А где же я должен быть? У нас все вылетают из окон, только одна ты ходишь в двери.

Даша вспомнила, как господин Густав смотрел в небо и, кажется, начала понимать в чём дело. «Может он меня и правда не заметил?».

— Ну, что замерла, садись уже. Ведь, наверное, не просто так звала? — вывел её из оцепенения Барашек.

— Ах, да, — опомнилась Даша и, не дожидаясь, пока появится госпожа Гелси, оседлала Барашека и улетела.

— А вот и завтрак, — объявила госпожа Гелси, входя с подносом в пустую комнату, — ой, а где же Даша?

Она увидела распахнутое окно.

— Понятно, северо-восточный ветер унёс, — улыбнулась она.

11

Котя совсем не слушал господина Поликарпия, который клевал носом в книгу, пытаясь сквозь толстые линзы рассмотреть буквы, и нудным голосом вещал:

— Характерными типами климата нашей планеты являются: тропический, умеренный и субтропический морской — побережье Аквамаринового моря; континентальный — внутренние равнины, плоскогорье; а так же резко континентальный климат. Средняя температура на восточном побережье составляет…

Мальчик сидел возле распахнутого, прикрытого шторами окна и вертел в руках хрустальный глобус, который жил своей жизнью. Острова, реки, города были на нём, как живые. Стоило только прикоснуться к рисунку, и тут же расцветал город или журчала река. Жаль только, что в него нельзя было войти и походить по земле, которая находится на другом конце шара или поплавать вон в той реке, которая омывает почти половину глобуса. «Удивительно, но на этом глобусе нет Дашиного королевства. Насколько я знаю, оно находится в другом измерении. Странно получается, девочка есть, а города её нет», — размышлял он. Учитель географии заметил, что Котя крутит глобус и отложил книгу в сторону:

— Это замечательно, ваше Высочество, что вы интересуетесь нашим миром.

— Нет, господин Поликарпий, я интересуюсь другим миром.

— Простите, что значит «другим миром»?

— Вы помните ту девочку в круглой комнате, которую привёл Громило?

— Ах, ну да, ну да, конечно, помню. Как же… она ещё такая мокрая вся была… такая вся…

— Не в этом дело, господин Поликарпий, — перебил его Котя, — эта девочка попала к нам из другого мира. А этого мира нет на глобусе.

— Даа, занесло её! Мне она сразу не очень понравилась. Я по натуре спокойный человек и все эти любители приключений мне не по нутру.

— Но, вы же географ! — удивился Котя, — разве вам не нравится путешествовать?

— Должен признаться, ваше Высочество, не нравится и никогда не нравилось.

— Понятно, — вздохнул Котя, — а как же тогда вы мне внушите любовь к вашей науке, если вы так не любите её?

— Нет-нет, ваше Высочество, заметьте, я сказал, что не люблю путешествовать. А вот глобус, карты, все эти рельефы и меридианы это очень даже мило.

— Но мне это совсем не интересно!

— Вам не интересно то, что я вам читаю? — неподдельно удивился академик.

— Да, мне не интересно то, что вы мне читаете. Лучше бы вы рассказали о ваших странствиях… Впрочем, о чём это я?

— Простите, ваше Высочество, я, конечно, не путешественник, к счастью. Но я хороший учитель. Я даже обучал короля, то есть вашего отца.

— Правда? Я этого не знал. И что, мой отец, когда стал королём, помнил все эти ваши меридианы и рельефы?

Учитель понурил голову.

— Думаю, нет, — но, тут же он нашёлся, — но ведь ему было не до этого! Королевские дела, понимаете…

— Вот и мне будет не до этого. Королевские дела, понимаете… Вот, если бы вы мне рассказали какой-нибудь запоминающийся случай, это другое дело. А так разве в моей голове могут поместиться все эти меридианы?

Котя поставил на место глобус и пошёл к двери.

— Как, вы уже уходите, ваше Высочество?

— Да, ухожу. Думаю, мне надо поискать другого учителя, который любит географию сердцем, а не рельефами.

— Я не говорил, что люблю рельефами, я наоборот люблю эти самые рельефы…

Он осёкся. Котя смотрел на него взглядом, от которого у престарелого учителя географии повыскакивали все слова, которые он уже заготовил для своего оправдания.

— Господин Поликарпий, вы только что сказали, что любите географию. Ответьте мне честно: это правда? — в голосе Коти, как и в его взгляде чеканились нотки, которым невозможно было сопротивляться.

— Я…? Как вам сказать… Географию…? Люблю ли я географию…? — растерялся академик.

— Господин Поликарпий, с сегодняшнего дня вам назначена академическая пенсия. Зайдите за расчётом к господину главному казначею.

Мальчик вышел. Господин Поликарпий схватил глобус и в сердцах разбил его о пол. Его взгляд уже не выдавал того простака, который несколько минут назад оправдывался и отводил глаза.

— Подожди, мальчишка, я тебя научу географии! — погрозил он в закрытую дверь кулаком, — ты ещё меня узнаешь! Ты меня недооценил! Меня, который столько лет был советником короля!