Падение Диссы (СИ) - Ткач Олег - Страница 28

Догадка вспыхнула в голове, словно молния, и Дайбар почувствовал, как сердце сжимает липкий страх, а по спине поползла струйка холодного пота. Старому наемнику стоило немалых трудов сохранить выражение обычного ленивого равнодушия на лице. Он поставил кружку на стол и бочком протиснулся на кухню. Когда дверь за его спиной закрылась, он привалился к стене и шумно выдохнул. Вель, хлопотавшая у котелков, подвешенных над очагами, заметила его и сразу подскочила.

— Что такое, Дайбар? — ее перепачканное мукой лицо побелело от испуга. — Да на тебе лица нет! Сердце шалит? Ты присядь, я за лекарем Кильку пошлю.

Дайбар опустился на придвинутый табурет. Нет, ее пугать нельзя. Мало ли еще что может быть. Незачем поднимать лишний шум раньше времени. Мужчина обхватил Вель за талию и притянул к себе.

— Все хорошо, не пугайся, — прошептал он на ухо кухарке как можно спокойнее. — Ногу прострелило болью, да так сильно, что чуть кружки не разбил.

— Дурак старый! — Вель усмехнулась с заметным облегчением. — Я уж думала — помирать собрался!

— Куда уж мне! — хмыкнул трактирщик, стараясь ничем не выдать волнения, и сжал руки ниже талии кухарки. — Просто нога, не стоит волноваться.

Вель вырвалась из его объятий и подхватила внушительную поварешку.

— Ну, смотри, вояка, помрешь до того, как ребеночка мне подаришь… — Вель в шутку замахнулась на мужчину. — Я те и на том свете покоя не дам! И не пугай меня больше так! А то завалился, бледный, словно смерть.

— Будет, женщина, — примирительно поднял руки Дайбар. — Кликни Кильку, по делу метнуться надо бы. А Идала где? Я же ее к тебе послал?

— На улицу помои выносить пошла, — ответила Вель и высунулась в окно, вызывающе качнув бедрами.

Мужчина цокнул языком, но руки распускать не стал — не время и не место для такого. В черный ход забежал Килька — мальчонка лет шести, подрабатывающий в «Печеном Гусе» служкой. Прозвали его так за худобу и вытаращенные, словно у рыбы, глаза. Он приходился то ли двоюродным, то ли троюродным племянником Вель, которая и устроила его в услужение. Дайбар поманил мальчонку к себе и зашептал ему на ухо, чтоб не слышала Вель.

— Пойдешь к воротам, спросишь сержанта караула, передашь ему привет от Дайбара и скажешь, что в «Печеном Гусе» два мага заселились. Чьи они — не ясно, но проверить их надо.

Глаза мальчишки вытаращились еще больше. Вель искоса наблюдала за ними и хмурилась, догадываясь, что любовник обманывает ее, но молчала.

— Ну что уставился?! — гаркнул Дайбар так, чтоб и в зале наверняка услышали. Он вынул из кармана пару медяков и сунул в руку мальчишке. — Дуй давай! И запомни — мазь от боли в ноге! А если принесешь против запора, как в прошлый раз, — шкуру спущу!

Килька вылетел из кухни, словно стрела, Вель прыснула от смеха. Дайбар виновато улыбнулся и вернулся в зал. Один выпивоха сбежал за это время, не расплатившись. Ну что ж, ему же было хуже. Караванщики встретили его улыбками — слышали крик, не иначе, а путники сидели и беседовали, как ни в чем не бывало. В той же дорожной одежде, в которой явились в трактир среди ночи. Поменять они ее на такую же не могли — Дайбар отлично помнил, что заплечные мешки их были малы для этого. Нет, одежда была та же самая, только вот без единой пылинки и дырочки, словно новая. Ладно, мальчишка мог очистить две пары сапог, но две пары штанов и дуплеты? Это было маловероятно, особенно учитывая то, что Дайбар, по старой привычке, дважды просыпался за ночь и обходил весь трактир. Никакого шума и возни из-за двери путников он не слышал.

Где же они могли ее так отчистить? И когда? Ответ был прост — магия. Тратить энергию на чистку одежды вместо того, чтобы просто отдать ее с парой медяков служкам в трактире, казалось слишком расточительным. Встреть их Дайбар на улице в Белом Городе, он не удивился бы. Маги, будь они любого ордена и звания, всегда путешествовали богато. Даже ученики низших ступеней могли позволить себе куда как более достойное заведение, нежели «Печеный Гусь» в Верхних Трущобах. А это могло означать только одно — маги путешествовали скрытно и не спешили пройти городские ворота, где дежурили королевские эффи. Конечно, Дайбару не было до них никакого дела, но если потом всплывет, что он знал и не донес, у него возникнут серьезные проблемы с курсорами, а с этими ребятами шутки плохи. Поэтому трактирщик и дал знать Щитам Короны — городской страже, а те пускай разбираются по своему усмотрению. Хотят, приходят сами, хотят — с эффи, хотят, пусть следят и хватают их в безлюдном переулке. Задача Дайбара же сейчас — не выказывать подозрения опасным гостям и сбежать подальше с домочадцами, если в трактир все же явится стража.

Именно в этот момент мальчишка поднял голову и пристально посмотрел на него. Дайбар, прошедший в молодости две войны, переживший не один бой и неоднократно заглядывающий смерти в лицо, неожиданно вздрогнул. В глазах юнца промелькнула опаляющая ненависть и что-то еще, чего Дайбар не знал и не хотел бы узнать. Промелькнуло и исчезло. Стараясь унять дрожащие руки, он снова вернулся к полотенцу и кружке, уже с надеждой косясь на дверь.

Глава 11

— Можем говорить открыто, — сказал арк-мэйр, после того как незаметно для окружающих проделал несколько замысловатых пассов рукой под столом, и заговорщицки подмигнул собеседнику.

— На Солхе все было проще, — вздохнул его юный спутник, поглядывая в нетронутую кружку пива перед собой с нескрываемой брезгливостью. — Там Полог Тишины всегда следовал за нами, где бы мы ни были.

— А еще на Солхе отвратительная погода и нет ни одного дерева, — напомнил старик и хлебнул из своей кружки, держа ее обеими руками.

Его совсем не раздражали недовольные высказывания Дьюса, которому иногда приходилось объяснять весьма простые вещи. В конце концов, для этого он и завел ученика, чтобы делиться с ним знанием и опытом, в надежде, что семена дадут хорошие всходы.

— Полог Тишины — заклинание не из слабых, его след был бы заметен. Это… — Мэйр поднял глаза к потолку. — Это другое. Нас слышат, но слова неразборчивы. И энергии это потребляет не в пример меньше. Не забывай, мы на территории врага. Ни к чему лишний раз тратить силы и привлекать к себе ненужное внимание.

Дьюс невольно заерзал на стуле. Укол учителя попал точно в цель. К их столику подскочила служанка с подносом, заставленным тарелками. С веселым щебетом она ловко расставила снедь по столу, то и дело стреляя глазками в сторону юноши, и упорхнула к другому столику, где сидела еще пара постояльцев.

— Ты ей понравился! — усмехнулся старик, замечая, с каким интересом посматривал на девушку его ученик.

Дьюс смутился и быстро перевел взгляд со спины уходящей служанки на тарелку с похлебкой, к которой еще не притронулся.

«Эх, молодость», — мысленно усмехнулся Вальдэн. Сердце старика стало стремительно наполняться печалью, той самой, что преследовала его большую часть жизни, но виду он не подал. Подавить неуместные чувства было легко и привычно.

— Хороша! — Вальдэн проводил взглядом служанку, исчезающую за дверью на кухне под недовольный окрик трактирщика. — Кто бы мог подумать, что она доносчица.

Дьюс поперхнулся и уставился на учителя подозрительным взглядом.

— Почему вы так решили, наставник? Я не почувствовал в ней никакого интереса, кроме… — кровь прилипла к щекам ученика, а голос предательски дрогнул.

— Мой милый мальчик! Это же прекрасно! — Вальдэн в одно мгновение превратился в того, кем он был всегда — жесткого мэйра с руками по локоть в крови, главы Ордена Тихих Надзирателей. От былого дружелюбия не осталось и следа. — Темный Орбиз! Только прекрасно для нее, умеющей так ловко прятать свои умыслы, а не для тебя! Посмотри сейчас на себя — любая смазливая деваха с набухшими титьками попадет к тебе в постель, выставляя свое желание напоказ, а потом, когда ты уснешь, перережет тебе горло только за возможность изучить содержимое твоих карманов.