Подлунный мир. Путник (СИ) - Цепицын Александр Владимирович - Страница 18

— Что же ты милая Летария в лес поехала так поздно? — спросил с интересом у путешественницы. Оказалось — у повозки отлетело колесо и девушка сбилась с графика, пока его чинила.

— Заночевать хотела на выходе из леса — поведала она, обведя руками пространство вокруг машины.

— Но подловили вдруг уроды! Трусливые псы! Стрелой лишь оглушили, иначе раскидала б их! — гневно сказала орчанка.

— Ездили тут спокойно раньше все — с лёгкой грустью проговорила Летария.

— Теперь тоже будете — произнёс я и девушка слегка повеселела.

— Игорь — ты сильный шаман? Как быстро всех убил своей гремящей палкой! Чудесное оружие какое! — с восторгом молвила, глядя на меня и ружьё. Слегка напыжился, но в целом — заслуженная похвала.

Вчера я весьма эффективно истребил дюжину мыслящих существ, пусть и не людей, но весьма похожих.

В армии учили стрелять, но разумных не убивал. Только животных и то — обычно некрупных. Вчера же в меня словно вселился дьявол или включилась генная память.

Двигался, менял укрытия и перезаряжался — словно робот. Никаких чувств и мыслей, лишь отдельные — прицелиться, выстрелить, перезарядить, повторить.

Это несколько тревожно, словно чужие знания и рефлексы взяли надо мной верх, хотя несомненно — весьма полезные.

Решив пока об этом не думать — умылся и почистил зубы. А затем умыл Летарию — полив ей на руки воды и лично вытер довольную мордашку полотенцем. Гигиена — прежде всего. Правда зубы ей чистить не стал, хотя они и так выглядели чистыми и крепкими. Девушка понимала не все мои действия, но безмерно доверяла.

Развел небольшой костёр с помощью спичек, весьма удивив дикарку. Затем разогрел еды и накормил Летарию разными вкусностями, не забывая и про себя любимого, к тому же — весь мой ужин остался на стоянке разбойников и аппетит был зверский.

Дикарка ела голыми руками, обжигаясь и чавкая, в горстях подносила еду ко рту.

Сладкое она не любила.

— Как фкуфно! Так матуфка моя готовит только! — восторгалась Летария.

— Великий воин Игорь ты, готовишь хорошо! Счастливая твоя жена наверно! — внезапно сказала, проглотив пищу.

Я закашлялся, поперхнувшись. Орчанка принялась стучать своей ручищей, словно молотом по наковальне. Вот только это моя многострадальная спина.

— Да нету у меня жены! — произнёс, отдышавшись.

Летария выпучила глаза и окинула оценивающим взглядом.

Во время трапезы — спросил у девушки, куда держала путь.

— К родных в деревню направляюсь!

Она пять лет училась кузнечному мастерству и теперь ехала домой с гостинцами и первыми изделиями нелёгкой профессии. Металл дорогой, но кое-что заработала во время учебы.

Девушка облизала пальцы и сбегала к повозке.

Затем с гордостью показала молоток, пару десятков гвоздей и несколько почти готовых железных мечей, к ним осталось приделать деревянные рукоятки.

Предметы из средненького металла, но чувствовалось — делали с любовью и старанием.

— Сразу видно руку мастера! Молодец! Отличным кузнецом станешь! — с уважением похвалил работу Летарии, погладив её по макушке. Щёки орчанки украсил лёгкий румянец.

По пути я не видел других поселений и дорог к ним, поэтому с лёгким подозрением спросил Летарию о конце пути. Догадка подтвердилась. Девушка двигалась в ту самую деревню пастухов у гор, где жили радушные орки.

— Ты случайно не знаешь Острого Клыка с Кельдой?

— То батюшка и матушка мои! И еду к ним я из далёкого пути — удивленно хлопая ресницами — произнесла она.

Обалдеть! Так ненароком спас дочь дорогих знакомых? Хорошо, это и к лучшему.

Летария живо заинтересовалась, откуда знаю её родителей. Пришлось кратко рассказать, как меня приняли радушные жители и гуляли в селе. Правда — опустил ненужные подробности, например — об подаренных ожерельях и как напился.

Может — это неправильно, однако портить возникшие отношения, лишними сейчас деталями — не хотел. Всё равно расскажут и узнает.

Нам хорошо и легко вдвоём, так и сидели бы, болтая о пустяках, но Летария — взглянув на высоко поднявшееся солнце — засобиралась в дорогу.

Да, к сожалению — сейчас наши пути расходятся, но я набрался ещё большей уверенности — непременно навестить пастухов и Летарию.

Девушка запала мне глубоко в сердце. Замечательно, если ей тоже понравился, казалось — она испытывает сильную благодарность. И возможно — нечто большее, как надеялся.

Перед отъездом она предложила сходить на место стоянки разбойников и посмотреть полезные вещи и оружие. Я согласился, чтобы побыть дольше рядом с ней и хотел собрать пустые гильзы, могли пригодиться.

Взяв под узды запряжённого в повозку коника, спокойно пережившего ночь — орчанка пошла к стойбищу бандитов.

По пути подобрала закруглённые кровавые топоры, с любовью их погладив.

Как видно — мы подкинули немало неожиданного угощения местному зверью.

Тела бандитов с поляны бесследно исчезли, лишь бурые пятна крови на земле напоминали о произошедшем. Однако массивный окровавленный доспех главаря — лежал на поляне, тело выдрали. Прочие разбойники не носили броню, от них остались обрывки одежды и оружие.

Довольная орчанка тут же заскакала, словно козочка, собирая всё полезное и кидая к себе в телегу.

— Игорь выбирай!

— Не, ничего не нужно.

Надо думать её это порядком удивило, но пожав плечами — прагматично стала тащить к повозке кровавый доспех. Брезгливо сморщившись — помог закинуть в телегу.

Начинаю восторгаться женщинами мира Нелли. Их сломить невозможно!

— Ототру песком с водою, как новенький он будет! — заявила довольная Летария.

У орков тяжко с металлом, поэтому она радовалась даже плохим мечам. Их можно переплавить, а часть оружия продать.

Девушка не взяла только походный котел бандитов. Звери его тоже вылизали дочиста, но я заметил внутри — остатки черепа и погрызенную кисть руки. Поганые разбойники успели кого-то убить и уже готовили.

Прошёл по лагерю и вдоль ограды, поднимая гильзы.

Никаких богатств у разбойников не нашли. Может — спрятали? В мешках лежала дрянная еда, всякая мелочёвка и обрывки одежды. Нам это не нужно. Собрав оружие — вернулись в мой лагерь.

Как бы этого не хотелось, однако пришла пора прощаться. Летария обещала передать поклон родителям и всем селянам.

— Лучше не подходи к ручью в ложбине! Страшное что-то пугает путников — предупредил дикарку.

Орчанка расхохоталась, объяснив сквозь слёзы — там иногда бывает местный полевик (Дух-хозяин поля в мифологии восточных славян) и подшучивает над всеми. Создание безобидное и никому не вредит. Я немного смутился. Ну, кто же знал?

Постояли — обнявшись, а затем каждый пошёл своей дорогой. На прощание — осмелился и поцеловал Летарию в щечку.

— Прощай, о воин Игорь! Надеюсь — ещё мы встретимся! — сказала порозовевшая дикарка.

Моя майка так и осталась на ней, пусть носит. Также безумно хотел ей подарить ожерелье или кольцо. Но это слишком навязчиво, рано и не смог найти достойного повода. Дурак!

Хотя, подозреваю — девушка с радостью приняла бы любой дар.

Дорога дальше безопасная, поэтому без всякого страха отпустил Летарию домой.

Глава 6 — Бомест

Грустно проводив орчанку — принялся осматривать повреждения нанесённые машине. На моё счастье — копьецо не задело двигатель и радиатор, лишь пробило металл, войдя неглубоко внутрь. Также на кузове виднелись несколько царапин.

— С первым боевым крещением тебя! — сказал <<Буханке>>, похлопав по металлу.

Я тоже засобирался в путь, но предварительно разложил инструменты и почистил ружьё, так хорошо потрудившееся вчера. Завёл машину и направил прямо в тёмную чащу по дороге.

Переехал небольшую речку, заметно расширившуюся. Видно продолжение того ручейка, где меня напугало полевое существо. Прозвал Веселушкой.

Пространство для маневров в лесу ограниченно, дорога виляла в стороны. Часто попадались лежащие ветки и деревца, приходилось рубить и оттаскивать в сторону. Я был на взводе и опасался нападения хищных животных или новых разбойников, но их здесь не имелось или сами разбегались от рычащей машины.