Редкий гость (СИ) - Дерягин Анатолий - Страница 71

— Ну…

— Подумай, Ваня, подумай о том, что каждый из этих людей кормил двоих, а то и троих иждивенцев. Мы, раскрутив маховик космической индустрии, оказались в чудовищной ловушке: Межкосмос зарабатывает бешеные деньги и на эти деньги жирует вся планета. Четыре миллиарда — вдумайся, Ваня, четыре миллиарда, столько людей по всей Земле живёт на одни только пособия, это же почти треть населения. Они не сеют и не пашут, они просто получают деньги и знать не желают о наших проблемах, у нас ведь цивилизация! Двадцать второй век, чтоб его…

Мухин вскочил на ноги и заходил по кабинету.

— Нам нужны новые кислородные миры чтобы построить очередную Платформу — не одну, Ваня, не одну, а две, а лучше три. Подготовить колонистов — три волны и гнать технику и людей на вновь отрытый мир. Иначе…

— Что иначе? — Прошин всем телом повернулся к ректору, рубившему воздух громадной ручищей в такт словам. — Что произойдёт такого, что понадобилась эта афера?

— Афера, — усмехнулся Мухин остановившись. — Если бы мы не начали эту аферу, уже в прошлом году возникли бы сложности с выплатой пособий. А пособия, Ваня, платят людям на покупку нового жилья. Ты если помнишь из истории, в прошлом веке американцы принялись раздавать ипотечные кредиты кому попало, надулся гигантский пузырь необеспеченных ничем обязательств — и весь мир затрясло, когда он лопнул.

Прошин пожал плечами.

— Ну, было такое, — махнул рукой Мухин. — А сейчас вся строительная индустрия стоит на том, что строит и перестраивает муниципальное жильё, на приобретение которого людям выдают субсидии. И это только называется так, а на самом деле и строительство, и приобретение жилья оплачивает Межкосмос. А ещё с пособий живёт лёгкая промышленность. Пищепром, там, шмотьё всякое… Так вот, если бы не этот финт ушами, сегодня четыре миллиарда людей остались без денег. Четыре миллиарда, Ваня — да этой оравы хватит шарик расколоть!..

— Но есть же Марс, — сказал Прошин. — Там работы непочатый край…

— Да есть, конечно, — отмахнулся Мухин. — Работы по Богу войны начнутся в следующем году, пока готовим почву. Фильмы снимаем, песни поём — ну, такое дерьмо. Проблема в том, что работа эта не для всех. Это не подвиг парня с нашего двора, это каторжный труд для профессиональных космонавтов, который мало-помалу превратит Межкосмос в закрытую касту и в итоге приведёт к такому же кризису. Кадры должны обновляться, нужна свежая кровь. Да и не в свежей крови дело — каждый на планете должен знать, что не он, так его дитё может до звёзд дотянуться, что есть шанс хоть потомству человеком стать. А так…

Мухин сел за стол. Выложил на столешницу волосатые руки, глянул на Прошина.

— Не так всё просто, Ваня. А то, что тебе доложить забыли об этих проблемах… Ну уж извини, — ректор развёл руками.

— И выхода нет? — спросил Прошин.

— Почему — есть. Нам нужны кислородные миры Рэн. Дальний поиск видит планеты в зелёной зоне только в их Рукаве, туда отправилась экспедиция, ещё одну готовим в столичный мир рэнитов. Я думал тебя привлечь, ты у нас битый, стреляный, а ты…

— Да я ещё от лучёвки не отошёл, — сказал Иван.

— Так ты долечивайся и приходи, — сказал Мухин.

Они помолчали.

— Я не пойму всё-таки, — начал Прошин. — Чего он добивался, этот Дадли?

— Этот? — неохотно переспросил Мухин. — У него съехала крыша на мести землянам. Родина-мачеха бросила своих детей и прочий идиотизм. Он как-то узнал про Платформу и вознамерился с её помощью столкнуть Гиперион с Землёй. Импакт устроить.

— Н-да, — Прошин покачал головой. — Его теперь судить будут?

— Ему голову оторвали, — ответил Мухин. — Иваныч у нас мужик суровый, сказал — сделает.

— Так и оторвал?..

— Так, с псевдомускулами, долго ли, умеючи… — хохотнул Мухин. — Павлов собрал абордажную команду, рванул к Гипериону, едва только с вами пропала связь. Тормозили они так, что этот фейерверк среди бела дня на Земле видно было. Ну и того… Вовремя успел.

— Он на Земле?

— А где ему быть? Не нужны Межкосмосу такие… абордажники.

— Н-да, — повторил Прошин. — А Наденька… Надежда Сергеевна, то есть, с ним?

— Дочка-то? — прищурился Мухин. — С ним, а как же. Ты, Ваня, подумай насчёт рэнитов, — Олег Владимирович положил руку на плечо Прошина. — Подлечись, конечно, путёвку тебе соорудим — в Крым или куда ты там поедешь… И как будешь готов — дай знать.

— На благо всей Земли? — спросил Прошин.

— На благо всей Земли, — подтвердил ректор и ни капли иронии не было в его словах.

— Я позвоню, — сказал Прошин вставая. — Мне надо многое обдумать, но… я позвоню.

Мухин протянул руку и словно клешнёй сдавил ладонь Ивана, протянутую в ответ.

— Давай, — сказал ректор, — отдыхай, Ваня, и приходи. У нас много работы.

Уже от двери Прошин обернулся.

— Автомат забрать, что ли…

— Да куда ты с ним, — махнул рукой ректор, уже садясь за своё рабочее место, — оставь, разберусь.