Похищенная любовь (СИ) - Волошина Наталья - Страница 26

— Тома, моя девочка. Теперь точно моя — выдохнул. Тут же замер, зарывшись в ложбинку шеи и плеча, крепко прижимаясь всем телом ко мне.

У меня слегка закружилась голова, появился жар в груди и внизу живота, я в панике захотела отстраниться, но, словно предугадывая мое желание, Седой мягко отпустил меня и направился к двери, проговаривая:

— Я сейчас, наверное, пахну, словно животное. Поэтому душ, и только душ.

Я молча кивнула, на большее не была способна от бури, которая поднялась во мне. Еще ни один мужчина не прикасался так ко мне, реакция тела была пугающей. Буквально от одного прикосновения мое сознание отключилось. Я попыталась привести свои предательские мысли в порядок, хотя бы проконтролировать сбившееся дыхание. Мое состояние не осталось незамеченным для Седого. Снова уголки его губ дрогнули в улыбке. Нахал в два шага вернулся назад, приблизив смеющиеся глаза к моим растерянным, и уверенно заявил:

— Я всегда знал, ты не такая льдинка, как прикидываешься.

И снова поцеловал, но уже легко, буквально несколько секунд удерживая мои губы своими.

— До встречи за завтраком, темноглазка.

После того, как широкая спина исчезла за дверью, я набрала полные легкие воздуха, пытаясь успокоить, бьющееся молотом в груди, сердце, и наконец-то дать оценку ситуации. Что происходит, и что я обо всём этом думаю. Но, к моему огромному удивлению, оказалось, что я НИЧЕГОШЕНЬКИ не думаю. Голова была абсолютно пустой, а с телом вообще происходили сомнительные процессы. Я поплелась в ванную, нужно было, для начала, принять душ.

Стоя под теплой водой я прислушалась к своему телу. Разительных перемен не было. Немного болел живот, но не более чем при обычной менструации. От вчерашних манипуляций Седого, грудь стала более чувствительной.

Уже заплетая волосы, сидя в позе лотоса на кровати, я привела свои мысли в порядок.

Завтра понедельник, и в любом случае нужно в колледж, для начала позвоню маме и Валику. При упоминании последнего, защемило в груди, нахлынули воспоминания вчерашней ночи. Мне хотелось отогнать картинку, стоящую перед глазами, но не удавалось.

Валик, сидящий напротив с улыбкой на губах. Мужчина казалось, не замечал присутствие другого рядом. И этот явный укор и непониманием во взгляде. Дальше начался настоящий ад, Сергей, сметающий все на своем пути, голос и прикосновение Валика, руки Семена, все смешалось в один водоворот.

Я закрыла глаза, и уронила лицо в ладони. Вчерашнее признание Сергея заставило меня сделать решительный шаг. Я знала что нужно принять неизбежное, если на тебя идет стихия, нет смысла убегать, нужно принять и пережить ее. Все проходит, я знала эту истину как никто. Но мои чувства к Валику не проходили. Я отдалась Седому вчера, только что бы оградить любимого человека. Я надеялась прекратить, все то безумие, которое окружило меня. Жутко захотелось выйти из этой совсем чужой комнаты, чужого дома очутиться в СВОЕЙ квартире, в СВОЕЙ постели, и просто спокойно подумать.

Я заслужила это право. Заслужила свободу. Сергей хотел, он получил. Теперь моя очередь получить желанный билет домой. Может быть это было моей судьбой? У каждого человека есть в жизни карма. Моя видимо, Я проходить самые тяжелые испытания, что бы получить простейшие вещи. Бессмысленно копаться в причинах, мне нужно делать решительные шаги. Почему же мне так паскудно?

В дверь постучали, я не отреагировала, пусть убирается, кто бы это ни был. Не хочу никого видеть и слышать, сейчас же поеду домой. Я решительно встала с постели и открыла шкафчик, вынимая дареные вещи. Я не собираюсь быть посмешищем в халате, поэтому надену то, что есть, пусть и купленное не мной.

Стук стал настойчивее, плевать, никого не желаю видеть. Дверь распахнулась, на пороге стоял Сергей с испуганным взглядом.

— Тамара… — увидев меня, страх исчез из его глаз, уступив место улыбке. — Почему не открываешь?

Я молча снимала вещи с вешалки, закончив с этим, подняла сапоги, почувствовала, что Седой уже рядом. Но я демонстративно не обращала на него внимания.

— Куда собралась?

Не поднимая взгляда, как можно спокойнее я ответила:

— Сегодня третий день, и твой отец обещал, что я поеду домой. Поэтому я хочу скорее отправиться в путь.

По прежнему игнорируя присутствия Сергея, я села на кровать и принялась невозмутимо натягивать сапог, но мне это не удалось, ловким движением Седой ухватился за подошву и освободив мою ногу, швырнув сапог в стену.

— Нет, Тома, никуда ты не пойдешь, пока не объяснишь мне, что произошло за этих гребаных 40 минут, пока меня не было.

Я опалила его гневным взглядом: «Он действительно ничего не понимает, или прикидывается?»

— Хочу почувствовать, как это, быть свободным человеком, а не закрытой в чужом доме, игрушкой.

Парень прищурил глаза, лицо приобрело угрожающие выражение, и тут же тихим голосом ответил:

— Мы же вчера все решили, и ты согласилась.

У меня дух перехватило от его самоуверенности.

— Хочу напомнить, решил ТЫ! Сейчас же отвези меня домой, — прошипела я со всей злобой, на которую была способна.

— И не подумаю, — усмехнулся Сергей. — Пока ты успокоишься, после чего мы нормально поговорим о наших отношениях.

— Наших? Может, лучше сказать ТВОИХ?

— Можно и так, — согласился Сергей. — Но мы поговорим.

— Не собираюсь…

— Собираешься, моя дорогая, поверь, — он навис надо мной с издевательской улыбкой.

Понимая, что сейчас может произойти, я, кошкой, отпрыгнула в другой конец дивана, а оттуда в дальний конец комнаты.

Лицо парня еще больше повеселело, в глазах зажглись озорные искорки.

— Кто-то здесь хочет поиграть в кошки-мышки?

Он плотоядно улыбнулся, напряженно готовясь к прыжку, сделав отвлекающий маневр, будто хочет настигнуть в углу, он тут же определил, в какую сторону я кинусь, и мгновенно сильные руки перехватили меня и бросили на диван. А сам парень навалился сверху, фиксируя мои руки над головой.

Часть 23

От движений мы оба тяжело дышали, волосы растрепались, часть их упала мне на глаза.

Сергей захватил уже обе руки над головой, своей одной. А свободной рукой нежно убрал упавшие пряди, прикасаясь к коже.

— Ты обещал не делать больно. Помнишь?

У него в глазах пробежал смешок.

— А кто обижает, мышка? Мы лежим, отдыхаем тут, вот и все.

— Ты псих.

— Слышал уже.

— Отпусти руки, пожалуйста.

Бережно спускаясь от запястья к шее, он не спеша отпустил обе руки, и тут же, одним сильным движением, обхватил меня выше талии, сомкнув руки за моей спиной, а лицо спрятал в районе моей шеи и груди, таким образом, почти полностью покрывая мое тело своим.

От его объятий стало не по себе. Запах одеколона смешивался с мыльным ароматом, запах который стал у меня ассоциироваться с нашим сексом. На ключице остро ощущалось мужское дыхание, а от близости наших тел, я слышала удары его сердца. Не сомневаюсь, что стук моего вообще оглашал всю комнату. Я попыталась направить мысли в другое русло, но сделать это было не так просто. Парень лежал недвижимо, словно застыв, ни движения, ни слова. Только широкая грудь от дыхания то вздымалась, то опускалась, и теплый выдох, раз за разом, щекотал шею. От этого кожа покрылась мурашками, и появилась внутренняя дрожь. Я замерла в ожидании, боясь дышать, ожидая… Чего? Боже, о чем только я думаю, по всей вероятности просто схожу с ума.

— Сережа…

— Угу, — хмыкнул он, не меняя позы

— Может, хватит?

— Мне — нет, — промычал все туда же, от движения губ шею обдало жаром.

— Я согласна…

Наконец он приподнял голову и взглянул на меня, снизу вверх.

— …Поговорить, только отпусти.

Он усмехнулся, соглашаясь, кивнул, и перекатился на спину, увлекая меня на себя, опустив ноги на пол, он сел на край кровати, теперь я оказалась сидящей сверху на нем, а животом и грудью прижата к мужскому торсу. Сильные руки удерживали меня в таком положении.