Ветер из Междуморья. Астри Масэнэсс (СИ) - Виор Анна - Страница 42

2

Сколько у него времени? Рамос не сомневался, что Огненосцы одержат победу над «наследниками Штамейсмара». Когда-то девять Повелителей Огня одолели восьмерых Древних. Чистая победа с небольшими потерями — погибли только Этас, усыплявший Атаятана, и Дажд, приходивший за Штамейсмаром, позже Тойя завершила дело Дажда. Конечно же, одиннадцать ныне живущих Огненосцев с легкостью справятся с четырьмя противниками. Тем более, что эти четверо — вовсе не Древние, а люди, пусть и наделенные необычными способностями в большей мере, чем прочие Одаренные. Но сколько времени займет эта борьба, Рамос не мог предположить. А это важно, потому что данное время он должен использовать для подготовки. Сражение с Масэнэссом легким не будет, он хитер и изворотлив. Но непобедимых не бывает.

— Мастер Лантак? — Пророк Иш поднял на Рамоса удивленные глаза, оторвав взгляд от свитка, на котором выводил витиеватые буквы, составляя то ли пророчество, то ли просто сведения для истории. С пера упала капля чернил, оставив растекающуюся кляксу на пергаменте.

— Мастер Иш, — Рамос приветствовал его легким поклоном.

— Что привело Вас сюда? — Пророк с сожалением глянул на испорченную запись.

— Хотел поговорить… — произнес Рамос как можно более доброжелательно.

Иш служит Плае, как и почти все Пророки в Городе Огней. Для нее он смотрит в будущее и прошлое. Огненосица взяла под свое крыло подобным ему, облагодетельствовала, одарила золотом и привилегиями. Пророки и Толкователи стекаются нынче в Здание Советов, как весенние ручьи в озеро Баил. Плая добилась своего — у нее есть знания, а у кого знания — у того власть. Настоящая власть в Тарии принадлежит не семи Повелителям Огня, а одной Огненосице.

Рамос оглядывал комнату Пророка — здесь все сделано с умом, создан необходимый уют, глаз Мастера радуют роскошная мебель, гобелены на стенах, роспись на колоннах. Иш пишет и изучает записи при свете тарийских светильников, а в камине настоящее тарийское пламя, которое не дает замерзнуть его старым уже костям.

Как расположить его к себе?

— О чем поговорить? — Пророк был насторожен. У Рамоса репутация резкого и жесткого человека.

— Я слышал, у вас есть внук — Одаренный…

— Да… — Иш смутился, не ожидая, что Рамос затронет эту тему.

— У него сложный Дар, не так ли?

— Он… Разрушитель… Ему сложно удерживать контроль…

— Мне это знакомо, — улыбнулся Рамос. — Боевой Дар требует особого отношения, и хорошо, если при таком Даре рядом есть учитель.

— Вы не понимаете, Мастер Лантак… — Иш волнуется, похоже, Рамос попал в нужное русло. Он узнал, что у Пророка имеется внук Мастер Стихий, и этот его внук весьма неблагополучен. Поддавшись действию своего буйного Дара, тот стал без меры кровожаден и рискует ежечасно, полюбив танцевать со смертью… Внук Иша — Таансан, сколотил банду где-то на востоке, и не дружил с тарийскими законами. Но Иш любил его, беспокоился о беспутном шалопае. Не терял надежды, что однажды Таансан обретет мир в душе и вернется в Город Огней. Участие Рамоса в судьбе Таансана расположит Пророка. Но с Пророками нужно быть особо осторожным — они видят будущее… Не так, конечно, как отражение в зеркале, видят, как бы сквозь пелену, один из вариантов и не знают наверняка, сбудется ли их видение. Однако, если бы Рамос только делал вид, что интересуется внуком Иша из добрых побуждений, Пророк легко раскусил бы его обман. Поэтому Рамос и в самом деле имел намерение разыскать Таансана, вернуть того в столицу и обучить управлять своим Даром. Буйному Разрушителю еще не перевалило за сотню, а любого Одаренного, которому меньше ста, можно научить уму разуму.

— Похоже… Таансан сбился с пути… Я видел… видел его смерть… — бормотал Иш.

— Это пророчество сбудется?

— Не знаю, Мастер Лантак… Дар мой не всесилен и очень капризен, хоть и кажется, что он не может принести столько вреда, сколько Сила боевого Мастера… Но боль, какую испытываю я, сложно причинить даже мечом… Я видел Таансана повешенным в лесу… Его руки и ноги были крепко связаны… Он был беспомощен в момент своей смерти… А Таансан верил, что почти… неуязвим… почти всесилен… Это видение посетило меня два года назад, с тех пор Дар отказывается показывать мне его… и не дает даже намека — жив он… или мертв… Почему утрачена моя связь с внуком, я не знаю… Но так бывает… Увы… так бывает.

— И другой Пророк не может помочь вам в этом? — участливо поинтересовался Рамос.

— Нет… Мастер Лантак… Я не стал бы просить об этом других Пророков… Вы… ведь понимаете?..

Рамос кивнул:

— Как и я не стал бы просить других Мастеров Смерти охранять себя или своего Огненосца.

— Да. Именно так. Хотя порой я впадаю в такое отчаяние, что готов поступиться гордостью, и умолять, чуть ли на коленях, чтобы знать хотя бы, жив он или мертв… Я очень любил его мать — мою дочь. Она увяла словно цветок, прожив лишь двадцать семь лет… Так мало… безумно мало…

— Вы правы.

Рамос сделал паузу, прежде, чем продолжить:

— Я собираюсь создать некий отряд… отделение… воинское формирование из боевых Мастеров. Те, кто сегодня служат в Городе Семи Огней, вряд ли покинут своих повелителей и придут ко мне, пусть и во славу Тарии. Одна надежда — на затерянных, разбросанных по просторам нашей великой державы Мастеров, еще не вкусивших роскошной жизни в столице. Каждый из них — на вес золота. Я соберу их и создам «золотой» корпус.

— И Таансан?.. — в глазах Пророка светилась надежда.

— Я хотел бы начать с него. Он достаточно опытен, может знаком с другими Мастерами Смерти?

— Но его преступления?!.

— …Будут забыты. Он искупит их верной службой Городу Семи Огней.

— Это было бы славно… Как бы хотел я, чтобы то видение исчезло… испарилось… не сбылось никогда.

— Так и будет, Мастер Иш. Подскажите только, где его искать. И я сегодня же отправлю людей за Таансаном.

— В последний раз я видел его… в настоящем… не в будущем… где-то на востоке. Тирайка? Или Белонзор… Названия не знакомы мне. Там дикие места, населенные чудовищами и невежественными людьми.

Рамос мысленно торжествовал — Иш сам дал ему повод, коснуться нужной темы.

— Восток? Вы о тех землях, которые так полюбились Астри Масэнэссу?

— О да! Масэнэсс почти не покидал их вот уже лет двести! Всю мою жизнь.

— А его вы видите? — он задал этот вопрос осторожно, как бы из чистого любопытства.

— Самого Мастера Путей увидеть очень сложно… Он как огонь, слепящий глаза. То есть я знаю, что это он где-то на востоке, но четко не вижу. Я могу разглядеть лишь тех, кто рядом с ним… и то… смутно, урывками, словно большую картину на полстены укрыли дырявым покрывалом, а я, глядя в эти прорехи, пытаюсь понять, что же изображено на ней.

— Вы так увидели Риэну?

— Риэну?.. — Иш недоуменно нахмурился, припоминая, — Ах, да! Риэна!.. Именно так.

— И кто же она? Соратница Масэнэсса?

Пророк пожал плечами.

— Я сказал Советнику Плае Хиш, что эта девушка что-то значит в его жизни… вернее, будет значить… То же самое утверждают и другие Пророки. И, насколько мне известно, так же не видят четко ее действий в будущем, только образ — очень яркий, насколько четкий и яркий, что кто-то даже нарисовал ее портрет. Именно благодаря этому рисунку госпожа Плая нашла ее. Риэна может быть для Масэнэсса кем угодно, — Пророк, задумавшись, вертел в руке перо, уже не обращая внимания, на то, что остатки чернил, стекая с кончика, продолжают уничтожать его рукопись, — как другом, соратницей или возлюбленной, так и злейшим врагом и его погибелью. Госпожа Плая надеялась, что Риэна приведет ее к Масэнэссу — так и случилось. Может быть, на этом ее роль и завершиться… Кто скажет больше?..

— Никто, кроме Пророков, Мастер Иш, а уж если Пророки пожимают плечами, но тайна остается тайной.

Иш улыбнулся:

— Да… В наше время, к своему стыду признаю это, Пророки уже не те… В древнем Городе Огней наш брат совершал великие открытия, позволившие победить Древних, создать оковы, пленившие Атаятана, найти способ его усыпить. А мы сегодня не способны даже понять, кто такой этот Астри Масэнэсс.