Орк-полукровка. Эвиленд (СИ) - Болт Андрей - Страница 32

Этот голос! Внезапно я со всей отчетливой ясностью вспомнил, где я его раньше слышал. В том сне, в котором мне привиделся Иэлай. Именно этому Голосу надменный эльф был обязан жизнью.

Я зарычал, борясь с подступавшей паникой, паникой, которая пыталась заставить меня сломя голову броситься бежать прочь, прямо в объятия медленно подступавших со всех сторон Темных тварей.

И я вдруг отчетливо понял, что этот ужас не столько мой, сколько он был передан мне Безликими. Я постарался отгородить уголочек сознания от этого липкого, всепоглощающего страха. Одна из тварей удивленно замерла и остановилась всего в трех шагах от меня, но другие Безликие по-прежнему продолжали приближаться.

Огромным усилием воли я заставил себя наклониться и поднять с земли Элеруаль. Заскрипев зубами, я размахнулся и воткнул кончик кинжала в плечо старшего мага. Если кто и мог нас сейчас спасти, то только он.

Болдасарини вскрикнул, и на мгновение боль пересилила владевший им ужас. В глазах мага полыхнул огонь. Он вскинул руки, амулет на его груди вспыхнул фиолетовым огнем, и Болдасарини закричал:

— Элементаль молнии! Небесный удар!

Небо над нашими головами раскололось и в грудь Безликому ударила толстая, ветвящаяся молния. Я запоздало прикрыл глаза, но вспышка была такой яркой, что на мгновение я ослеп. Тварь издала душераздирающий визг и отшатнулась назад.

И в этот момент нас настигли оставшиеся двое Безликих. Один из них выбросил вперед длинную, когтистую руку и со всего размаха ударил Хикс. Орка, словно пушинку оторвало от земли и с огромной силой впечатало в стену. Второй Безликий потянулся ко мне…

Я инстинктивно выставил перед собой Элеруаль и коротким взмахом отсек эту струящуюся, черную руку! Не успев толком удивиться, я поднырнул под вторую руку твари и вонзил усиленный вечной кромкой клинок в дымчатую грудь твари. Безликий взвыл и проворно отпрянул назад. Я увидел, что в том месте, где призрачного тела Безликого коснулся магический клинок, в нем появилась прореха. Впрочем, этого было явно недостаточно для того, чтобы убить темную тварь. А еще спустя мгновение дыра начала затягиваться, и отрастивший себе новую руку Безликий вновь бросился на меня.

— Стихия огня! Элементаль молнии! — с жаром вскричал Болдасарини, и его амулет загорелся нестерпимым желтым огнем. — Поток лавы!

Каменная мостовая под ногами обоих стоявших перед нами Безликих вспучилась, и из щелей между камнями потекло жидкое пламя. Оно заливало улицу, вот-вот грозясь поглотить вместе с Безликими и нас. Твари заверещали и начали корчиться, как поджаривавшиеся на сковородке мухи, а лава медленно поднималась вверх.

— Стихия молнии! Электрозащита!

Медальон Болдасарини снова полыхнул, на этот раз фиолетовым, и нас от стены жидкого пламени оградила мерцавшая сотнями крошечных искорок завеса.

— Стихия воздуха! Элементаль молнии! Небесная кара!..

Болдасарини закрыл глаза, одною рукой держась за амулет, а другую вытянув перед собою. Его лицо было напряжено, словно он пытался удержать под контролем немыслимые силы, а из его ладони струился ветвящийся поток искрившихся, переливавшихся всеми цветами радуги молний. Они впивались в тела корчившихся в озере лавы Безликих, сковывая их движения и усиливая наступавшую агонию.

Надо же! Болдасарини мог контролировать аж три элементаля!..

Ошеломленная первым заклятием мага Тварь помотала башкой и вновь начала надвигаться на нас.

— Светлика! Юнган! Эль! Дидра!.. — в отчаянии воскликнул я, не зная, что делать. Я был слишком далеко, чтобы дотянуться до них Элеруалем и помочь им вырваться из страшного, навеянного Темной тварью оцепенения…

Первым на пути Безликого стоял Иэлай. Его лицо было перекошено ужасом, в руках эльфа был зажат безвольно опущенный лук. Тварь издала жуткий визг, заставивший волосы на моей голове встать дыбом и, не снижая скорости, пролетела через Иэлая.

Лицо эльфа посерело, и он безвольной куклой осел на землю.

— Нет!!!! — закричал я, чувствуя, как мою душу разрывает океан чистейшей, первобытной ярости. Мои глаза застелила кровавая пелена гнева, я вскинул Элеруаль и с силой метнул его в белое пятно «лица» стремительно приближавшейся Темной твари.

Глава 56. Спаситель

Магический клинок вонзился в Безликого, на мгновение пятно обрело плотность, превратившись в уродливую, белую маску, а потом разлетелось тысячей мерцающих осколков. Заверещав от боли, тварь метнулась назад и испарилась из нашего мира.

Я обессилено опустился на землю, чувствуя, как вместе с остатком сил меня покидает и ярость. Усилием воли я заставил себя обернуться и посмотреть на Болдасарини. Колдун все так же неподвижно стоял посреди переулка, удерживая агонизирующих тварей в магической ловушке. Через несколько томительных мгновений белые маски Безликих обрели плоть и с тихим треском рассыпались на кусочки. Твари заверещали, и магическая лава поглотила черный дым их распавшихся тел. Болдасарини прервал мерцающий поток и с тихим вздохом осел на землю.

В тот же миг его искрящаяся защита исчезла, и вырвавшаяся на свободу лава потекла к нам.

— Эрик! Бежим! — вздрогнув, испуганно воскликнула Дидра.

Как только Темные твари исчезли из нашего мира, навеянное ими на моих друзей колдовское оцепенение пропало, и они вновь обрели способность двигаться.

Юнган бросился к своему учителю и попытался поднять его бессознательно тело. Но не тут-то было — слабых силенок парнишки не хватило даже на то, чтобы оторвать его от земли. Я выругался сквозь зубы и, подскочив к ним, легко перекинул Болдасарини через плечо.

Лава подступила уже к самым нашим ногам. От нее исходил нестерпимый жар, я буквально ощущал, как медленно плавится моя кожа.

Я в отчаянии огляделся по сторонам, щурясь и часто-часто моргая из-за заливавшего глаза пота. Хикс по-прежнему неподвижно лежал у стены здания, куда в начале битвы его отшвырнул Безликий. Тело Иэлая бессильно растянулось в нескольких милиузлах впереди нас. Казалось, спасти всех было невозможно — поток лавы стремительно тек к нам по идущей под уклон улочке.

— Светлика, сюда! — гаркнул я и, нагнувшись, быстро поднял с земли Элеруаль и повесил его на пояс.

Девушка с вытаращенными от ужаса глазами подбежала ко мне.

— Ты можешь что-нибудь сделать с этой лавой?

Подбородок девушки дрожал, казалось, она все слышит, но смысл моих слов проходит мимо нее, утопая в океане страха, владевшего душою девушки.

— Светлика! — в отчаянии выкрикнул я и свободной рукой залепил ей пощечину.

Удар вышел сильнее, чем я планировал. Голова девушки мотнулась назад, Светлика охнула и, прижав ладонь к заалевшей щеке, отступила на шаг назад.

— Изгой, ты чего?! — удивленно выдохнула она, приходя, наконец, в чувства.

— Сделай! Что-нибудь! С этим! — с яростью прокричал я, при каждом слове тыкая пальцем в сторону подступавшего огненного потока.

— Я не могу! Заклятие слишком сильное!!.. — в отчаянии воскликнула магиня, и в ее глазах снова зажегся огонек безумного ужаса, владевшего ею несколько секунд назад. Я раздул ноздри от гнева и нетерпеливо замахнулся. Светлика пригнулась и, закрыв лицо руками, испуганно воскликнула. — Хорош! Хорошо! Я попробую!.. Стихия Воды! Стихия воздуха! Ледяной поток!!

Из соложеных на манер чаши ладоней магини вырвался обжигающе ледяной воздушный поток и ударил в подступавшую лаву. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом поверхность лавы начала застывать, покрываясь черной коркой. Но, увы, сил магини хватило лишь на то, чтобы остудить поверхность самого краешка приближавшегося потока. Однако это слегка затормозило его, а значит, подарило нам несколько драгоценных секунд.

— Держите! — воскликнул я и скинул на руки Юнгана и Светлики тело старого мага.

— Эль, Дидра! Хватайте Иэлая! — проорал я, пытаясь перекричать шипение раскаленного магического потока.