Орк-полукровка. Эвиленд (СИ) - Болт Андрей - Страница 19

Я сидел на земле и ошалело тряс головой, стараясь прогнать мелькавшие перед глазами цветные пятна. Ощупав себя, я с облегчением убедился, что все кости, вроде бы, были целы. Я утвердительно кивнул изгойке, даже не озаботившись проверить, видит она это или нет.

— Что это было?.. — взволнованно пробормотала Светлика и, опершись на твердую, как скала руку Хикса, неуклюже поднялась на ноги.

— Хороший вопрос, — пробормотала Дидра, отряхивая штаны от пыли и травы.

— Взрыв? — мрачно предположил Хикс, поочередно обводя нас всех взглядом.

— Там был тракт… — рассеянно пробормотал Эль.

Задумчиво сощурившись, он пристально смотрел в сторону взрыва.

— Что?!.. — выпучив глаза, пораженно воскликнул орк. — Ты уверен?

Эль кивнул.

— Днем эльфы видят гораздо лучше орков и людей, — без всякого выражения напомнил мой побратим. — Так что, я в этом полностью уверен.

— О, Всемогущий!.. — со свистом втянув в легкие воздух, испуганно прошептала Светлика.

Я медленно переглянулся с Хиксом, и если выражением моего лица было хоть чуточку похоже на его, значит, я был не на шутку встревожен. Пока что мы оказывались быстрее подстраивавшего нам ловушки некромага. Но рано или поздно наше везение кончится, и тогда за наши жизни никто не даст и ломаного медяка.

— Если бы не твой сон, Эрик, мы бы не изменили путь, и, скорее всего, погибли бы, — негромко заметил Эль.

— Ладно, давайте убираться отсюда, а то, не дай Всемогущий, еще какая-нибудь пакость приключится… — пробурчал Хикс.

Нам пришлось потратить около оборота, отлавливая моего примускула и сбежавших лошадей девушек. К счастью, испуганные животные мчались, не разбирая дороги, и в итоге угодили в заросли колючего кустарника, и благополучно запутались в них поводьями. Лезть в колючки, конечно же, пришлось мне.

Исцарапанный и усталый, я все же отвоевал у леса наших лошадей, и мы снова помчались по узкой дорогое, обгоняя мчавшуюся по пятам смерть.

Спустя два дня бешеной скачки Светлика повторила свой трюк с поисковым колдовством. Его результат оставался примерно таким же, только теперь мы были почти в два раза ближе к эльфу и его спутникам, которых осталось всего четверо. Но, несмотря на все наши усилия, мы все равно катастрофически опаздывали. Доказательств этого у меня, конечно, не было, но я ощущал это каким-то внутренним чутьем.

Зато нападений на нас больше не было. С одной стороны, это радовало, с другой — настораживало — значит, некромаг снова что-то готовит.

— Мы… не… успеваем… — прокричал я, подпрыгивая при каждом скачке мчащегося коня.

— Что, Эрик?

— Мы не успеваем!

— Почему ты так думаешь? — Дидре тоже приходилось кричать, чтобы обмануть ветер, вырывавший слова прямо изо рта и уносивший их прочь.

Раздражало то, что лошади девушек не могли выдерживать темпа, заданного примускулами, и нам приходилось сдерживать своих мощных великолепных зверюг. Но я чувствовал, что бросать Светлику и Дидру одних нельзя.

— Эрик! Быстрее нельзя! Лошади не выдержат!

— Я знаю! И все-таки надо быстрее!!

И мы скакали. Скакали, все сильнее забирая на запад и останавливаясь лишь на короткие передышки, чтобы дать отдых усталым, измученным погоней за моим сном животным.

В ночь с шестнадцатого на семнадцатое мы поспали всего несколько оборотов и пустились в путь, когда Ио только подошла к краю горизонта. Солнце еще не показало свою сияющую голову, но небо на севере уж начало светлеть.

А я вспоминал. Напрягал память и изо всех сил пытался вспомнить ориентиры, которые дали бы мне и моим спутникам хоть какую-нибудь зацепку, куда надо было ехать дальше. Я точно знал, что нужная нам поляна находилась глубоко в лесу, потому что в моем сне рядом с ней не было никакого намека на дорогу или хоть какую-нибудь тропинку. Лишь стена плотно обступавших лесную проплешину деревьев.

Внезапно меня осенило озарение: дубы! Поляну, несомненно, окружала роща этих древних деревьев.

— Дидра! Там были дубы!!!

Изгойка, рискуя на полном скаку свалиться с лошади, оторвала руку от гривы и молча указала куда-то вперед и вправо.

Среди худеньких кленов, лиственниц и берез, начавших покрываться молоденькой, едва народившейся из почек зеленью, угрюмой кляксой выделялось какое-то черное пятно. Я пригляделся. Это были дубы!

— Изгой! Эль! Дидра! Светлика! — когда до видневшейся впереди дубовой рощи оставалась пара десятков милиузлов, моих ушей достиг нетерпеливый призыв орка.

Хикс махнул нам рукой и резко дернул на себя поводя. Его конь поднялся на дыбы, но орк сумел удержаться в седле. Я не мог понять, зачем он решил остановиться, тогда как нам надо было изо всех сил спешить на помощь эльфу, но все же последовал его примеру.

— Нельзя так просто туда врываться! — взбудоражено прокричал орк. — Если тот, кто пытал эльфа, все еще там, мы можем нарваться на засаду! Дальше надо идти пешком.

— Но тогда мы не успеем! — с досадой воскликнул я, нетерпеливо гарцуя на примускуле вокруг Хикса.

— Эрик! Я не хочу стать трупом! — с досадой рявкнул орк. — И ты, думаю, тоже! Лишняя спешка сейчас только навредит! И нам, и твоему эльфу!

Нехотя, но я все же с ним согласился. Хикс легко соскочил с коня и привязал его к дереву. Акинаки с тихим шелестом покинули привычное место за спиной орка, и Хикс, скользя от укрытия к укрытию, начал красться к маячившей впереди стене черных дубов. Передвижение Эля по застывшему в предчувствии беды лесу было тихим и незаметным, как у тени. Казалось, его ноги едва касаются земли — чуть примятая трава мгновенно распрямлялась за ним, и не было слышно ни единого шороха, ни единого треска потревоженных сучьев. Это действовала лесная магия эльфа — его уникальный, врожденный дар, тщательно охраняющий свое дитя.

Какое-то время, еще до встречи с Элем, мне довелось работать помощником охотника, и я привык думать, что за время этой службы мне удалось в совершенстве освоить искусство беззвучного передвижения по лесу. Еще бы! Один лишний шум, и спугнутая цель уже вне пределов твоей досягаемости, а уж если эта самая цель обладает еще и приличным набором когтей и клыков, то ты имеешь все шансы из охотника превратиться в дичь. Поэтому я многие луны учился сливаться с окружающей обстановкой, становясь с ней единым целым. Но по сравнению с Элем и Хиксом я пер через лес, как корд сквозь бурелом! И если для моего побратима в этом не было ничего сложного, то орки, как и люди, предпочитали жить в городах, а потому умение Хикса не могло не вызывать восхищения.

Впрочем, Дидра тоже меня порядком удивила — никогда не думал, что она может быть такой незаметной. А наша магиня, справедливо опасаясь, что в своем белом балахоне она будет заметна, как вурлак на Центральной площади, благоразумно держалась позади.

Нам повезло — была лишь середина первой луны, и подлесок еще не успел вырасти до непроходимой густоты. Вот последние деревья расступились в стороны, и нашему взору открылась поляна.

— Ох! — изумленно выдохнул я.

Да… ЭТО мне точно не снилось. Вся поляна была залита кровью, а посредине нее в самых разнообразных позах лежали четыре изуродованных тела. Они выглядели так, словно кто-то содрал с них кожу, а потом заново натянул, только уже наизнанку. Причем, судя по выражениям перекошенных от боли и ужаса лиц мертвецов, это сделали еще когда они были живы. Я почувствовал, как к горлу подкатывается упругий комок тошноты, и уже собрался было отойти за ближайшие кусты, как меня дернула за рукав Дидра.

— Эрик, смотри! — я повернулся к изгойке. Лениво выползавшее из-за верхушек дубов солнце осветило пепельно-серое лицо девушки. Картина жестокой расправы над эльфами произвела на нее еще более сильное впечатление, чем на меня. В глазах Дидры плескались отчаяние, боль и страх.

— Да не на меня смотри, дубина! Вон… там… — и она кивнула дрожащим подбородком куда-то вглубь поляны. Я проследил за направлением ее взгляда и вздрогнул — точно так же, как и в моем сне, даже точно в такой же позе, к дереву был прикручен эльф. Он был сильно избит, но в остальном выглядел невредимым.