Забытые хроники. Падший (СИ) - Емальхак Долиман - Страница 19

— А что остальные охотники? — спросил Краст.

— Сейчас практически все занимаются не тем, чем должны. Ты и сам знаешь. Так что свободных рук не хватает.

Краст кивнул. Разобравшись с оставшимися делами, мужчина пошёл вместе с другом проверять участки, обозначенные специальными метками, высеченные на стволах деревьев. Закончив, они встретились в назначенном месте, чтобы вместе вернуться в деревню.

— Спасибо, что помог, — поблагодарил Каршал.

— Не за что, — ответил Краст.

— Кстати, откуда он у тебя? — охотник взглядом указал на кинжал. — Я не помню, чтобы он у тебя был. А теперь ты с ним не расстаёшься. Прямо как со своим топором.

Это действительно так. Хотя Краст и сам порой думал, но всё равно не понимал, почему таскает это оружие с собой. Может, боится, что Трацет с кем-нибудь ещё заговорит?

— Да так, просто безделушка на удачу, — отмахнулся Краст.

— Как хочешь, — пожал плечами друг.

Какое-то время они шли молча, разглядывая деревья, пока Краст не спросил:

— Что думаешь?

— М? — не понял Каршал. — Ты о чём?

— Ты, я… Все мы родились и жили в Красных Ручьях, а теперь наш дом здесь, у тех, кого мы считали врагами.

— И эти враги нас приютили с теплом и добротой, — улыбнулся Каршал. — Я подозревал, что всё обойдётся. Разве война касается нас, простых людей? Я думаю, что мы поступили правильно. А что до тех, кто остался… Мы вернёмся за ними. Просто им нужно время.

Со стороны деревни раздался крик. К нему присоединились другие едва слышимые крики. Друзья переглянулись. На лицах обоих читалась тревога.

— Бежим, — Каршал первым рванул вперёд.

Краст побежал вслед за ним, но почти сразу же остановился, не сделав и пару шагов. Мир в его глазах поплыл, и, падая, лесоруб наблюдал, как охотник убегает всё дальше и дальше.

Когда Краст очнулся, то заметил, что наступила глубокая ночь. Он медленно сел, протирая глаза и оттряхивая руки и лицо от земли. Совершенно недоумевая от произошедшего, он поднялся на ноги.

— Что случилось? — он посмотрел далеко вперёд, сощурив глаза. Голова гудела, мешая ему нормально думать. — Лавия. Самран.

Мужчина быстро побежал в деревню, а когда прибыл на место, то резко встал как вкопанный. Трупы. Мёртвые тела лежали повсюду, словно поваленные деревья, разорванные и истерзанные. Будто здесь пронеслась огромная стая диких зверей, против которых оказалась беззащитна вся Задубь.

Тела жены и сына Краст нашёл радом с их недостроенной избой. Они ничем не отличались от других — страшные раны покрывали всё тело, кровь окропила разорванную одежду.

Краст прижал к себе их головы так сильно как мог и крепко сжал зубы. Слёзы покатились по щекам, но плач его был беззвучным. Неизвестно, сколько времени прошло прежде, чем он положил тела своей семье обратно на землю, однако луна по-прежнему освещала земли, наполненные кровью множества и печалью одного. Подобной боли мужчина ещё никогда не ощущал.

— Что здесь произошло? — спросил Краст у Трацета, но тот не отвечал.

Тогда мужчина схватил кинжал и спросил снова, но его голос звучал более напряжённо:

— Что здесь произошло?!

— А, — отозвался Трацет. — Значит, теперь мне можно говорить? — усмехнулся он.

Краст молча продолжал смотреть на кинжал, крепко сжимая рукоять. Тот вздохнул.

— Побоище. Эти люди поубивали друг друга.

— Это бред! Они не могли. Здесь даже оружия нет!

Краст показал рукой на те немногочисленные строительные инструменты, большая часть из которых не была покрыта кровью.

— Они не могли, — повторил Трацет. — Им помогли.

— Кто?

— Тот мальчишка, что разрушил твой город.

У Краста опустилась рука, но кинжал он не выронил. Не может этого быть. Что несёт Трацет? Этого не может быть! Зачем?

— Ещё на подходе я почувствовал его силу, — продолжил Трацет. — Так что я решил тебя усыпить.

— Так это твоих рук дело? — изумился Краст, поджав губы. — Но зачем?

— Потому что иначе ты был бы мёртв.

— Я бы спас свою семью! — в гневе Краст вновь сильно сжал рукоять кинжала, но Трацета, похоже, это не волновало.

— Нет, не спас. Ты бы погиб вместе со всеми. И кто бы тогда отомстил за твою семью? Друзей? Земля, на которой лежат трупы, мстить не умеет.

Краст, выпустив кинжал из рук, направился к одному из домов и взял там лопату.

— Ты теряешь время, — крикнул ему Трацет.

— Заткнись, — зло ответил мужчина. Он злился больше на себя, чем на Трацета.

Он хоронил их почти на месте. Даже местных за их доброту. Используя припасы, которые, к удивлению, остались не тронутыми, Краст несколько дней провёл в Задубе, выкапывая могилы и отправляя в последний путь умерших.

— Выродок, — говорил про себя мужчина. — Ты заплатишь за это. Клянусь богами, заплатишь.

V

— Ты точно движешься в верном направлении, — сказал Трацет.

Когда Краст преодолел очередную сопку, то приметил окровавленную поляну. Подойдя поближе, он понял, что Трацет, скорее всего, прав. Здесь погибла целая стая воршунгов, больших плотоядных животных. Видимо, решив, что мальчишка будет лёгкой добычей, они решили напасть, но потерпели поражение. У большинства была разворочена голова, у некоторых оторваны передние лапы. В нос бил откровенно неприятный кисломолочный запах. Запах яда, который течёт в их венах и из-за которого на это животное охотятся только, чтобы убить. У воршунгов нет места, где могли бы осесть, поэтому они гуляют по всему острову, и не знает о них разве что глухой.

Мужчина минуту стоял, разглядывая убитых животных. Он думал о том, какими силами обладает тот выродок. Хотя Краст не особо удивлён, что тот решил пойти кровавой дорожкой. Но даже если этот Наршаль вдруг покается в своих деяниях, мужчина его не простит и это единственное, о чём лесоруб мог сейчас думать.

Краст выдвинулся дальше, пересекая сопки, леса и ручьи. С каждым шагом он понимал, что не только не приближается к цели, но и даже отдаляется. Трацет уже пояснил, что паренёк вряд ли так же нуждается в отдыхе, как и Краст. И за всё это время ярость в мужчине ничуть не утихла.

— Сбавь шаг, — отвёл его от мыслей Трацет. — А то ты так быстрее устанешь.

Впрочем, говорить об этом не было смысла, поскольку уже наступала ночь, а усталость давала о себе знать.

VI

До Кволсты было уже рукой подать, но Краст не торопился приближаться. До него доходили едва слышимые звуки. Траурная мелодия кружила за стенами, отчасти достигая ушей лесоруба.

Он сощурил глаза. На стенах стояли едва различимые солдаты, однако Краст не боялся, что его заметят среди густой листвы.

— Тебе всё равно придётся идти в город. Припасов-то нет, — усмехнулся Трацет, пояснив ему и так известную ситуацию.

Но, как бы то ни было, Трацет прав. Краст мог и охотой добыть себе еду, но ему хотелось как можно быстрее добраться до мальчишки, поэтому все охотничье принадлежности он оставил в деревне, решив, что они не понадобятся. Лесоруб подошёл к воротам. Разумеется, его сразу приметили, наставив на него луки. Сейчас солдаты подозрительно относились к любому, кто приблизится к городу, и причина тому была веская.

— Стой там, где стоишь! — крикнул один из солдат. Все, кто ещё не заметил Краста, отвлекшись на что-то, тут же натянули луки, готовые напичкать тело мужчины стрелами в любой момент.

Краст остановился. У ворот он заметил кровавое пятно. Наршаль был здесь? Или это пятно появилось не из-за него?

— Назовись! — скомандовал всё тот же солдат.

— Меня зовут Краст! — крикнул ему в ответ мужчина.

— Откуда ты?

Краст решил, что ему придётся прикинуться жителем одной из деревень Кволсты, но надеялся, что солдат не станет спрашивать название. Неизвестно, что произойдёт, если он соврёт. Может, его отправят на пытки, а, может, и того хуже.

— Из юго-восточной деревни, — ответил он.

— Название говори!

Надежда не оправдалась. Солдат ждал ответа, но гость молчал. Затем он что-то скомандовал. Через какое-то время ворота приподнялись. Из города вышло трое солдат с обнажёнными мечами. Они подошли к Красту.