Время Вьюги. Трилогия (СИ) - "Кулак Петрович И Ада" - Страница 297

«Дурак наивный», — подумал Кай и почти в унисон его мыслям раздался выстрел. Естественно, никого с нижних уровней наверху не ждали.

Вету резко вскочил с пола и выхватил пистолет, как он сам отлично понимал, бесполезный. Разве что застрелиться самому при надобности. Плита медленно опускалась, в дальнем конце коридора Альберт деловито открывал двери, ближе к Каю тем же занималась женщина-медик. Не требовалось быть гением, чтобы понять, что на самом деле происходит. Скрежет плиты перекрывал грохот ударов по металлу изнутри. Кай видел, как гнется железо и дрожат засовы. Судя по всему, прорвалось не меньше шести тварей. Слово «катастрофа» выглядело слишком мягким определением происходящему.

Думать было нечего. Или остатки его ребят вышли бы отсюда с боем, заодно с доппельгангерами, или их здесь утопили бы как котят за ненадобностью. Кай не настолько любил Каллад, чтобы менять живых людей на мертвую честь и благодарных потомков. Те, кто сейчас захлопывал их тут вместе с тварями, как пауков в одной банке, все делали правильно и ничьей вины не было, что Кай собирался им мешать. В сложные времена каждый сам за себя — очень простая истина, а все сказки про объединение людей ради общего дела следовало оставить для дошкольников или приятной болтовни у камина.

Матильда сидела в камере номер двадцать шесть, Белинда — в девятой, то есть почти напротив, Аннета — во второй, и дверь ее уже была выбита и валялась на полу. Клетушки Ванессы и Клэр находились в самом дальнем конце коридора. Кай бы до них просто не добежал.

Женщина-медик перед камерой Матильды остановилась, сняла засов — изнутри выстрелили, она упала, но буквально через секунду в коридор деловито вышел охранник и, спокойно переступив труп, направился в сторону Кая и лестницы. Вету очень хотелось верить, что доппельгангера больше интересует последняя. Опустив глаза в пол, он бросился к двадцать шестому номеру. Матильда изнутри звала его, заходясь плачем.

Хорошая новость заключалась в том, что двух доппельгангеров в одной клетушке быть не могло. Там мог быть один доппельгангер и два трупа, или один труп и два человека, но два доппельгангера — никак. Значит, Матильда уцелела.

Девушка валялась на полу и пыталась одной рукой стащить с глаз повязку. Некромедик сидела напротив входа, но с пулей в груди явно никуда бы не ушла. Кай принялся быстро отстегивать запястье Матильды от стула. Та истерично рыдала и, похоже, ничего не соображала. В этом он мог ей только позавидовать. Кай, например, отлично понимал, что дальше будет только хуже.

Сверху что-то отчаянно загрохотало. Видимо, взлетел на воздух лифт. Гессер все делал правильно. Зашумела вода. Кай выволок почти бесчувственную Матильду наружу и обернулся в дальний конец коридора. Под самым потолком открылась широкая круглая створка. Оттуда, пока еще медленно и лениво, текла темная вода.

К нему, испуганная и всклокоченная, с царапиной на щеке, держась за стенку, ковыляла Белинда.

— Кай, помоги мне. Я… я убила Эмму. И солдата тоже… Они хотели на меня напасть. Я просто это поняла, и убила их… Кай, ты же не расскажешь?

Белинда вела себя как обычно. Даже невидимую куклу за собой волокла, судя по положению руки.

— Кай, они нас всех убьют, да? Они открыли воду. Озеро прольется, да? Как думаешь, наверное, грустно всегда плавать в черной холодной воде?

Из створки уже хлестало вовсю. И насчет температуры воды Белинда не ошиблась. Доппельгангеры — Кай насчитал шестерых — дисциплинированно двигались в сторону лестницы. Как механические куклы и довольно быстро. На троих живых никакого внимания они не обращали.

В дальних камерах еще кто-то оставался, потому что Кай слышал крики, и человеческие, и те, в которых человеческого уже было мало.

Вода уже поднялась почти до колен, а от плиты до пола оставалось не больше полуметра. Самое время убираться, любой ценой.

— Не успеют. Цепляйся. Уходим.

Матильде казалось, что все происходит с ней во сне. Наверное, если бы вода не леденила ноги, она бы точно не отличила явь от бреда. Кай и Белинда протащили ее под опускающейся плитой, потом они пошли к лестнице, и их сбивало с ног потоком, который лился сверху. До этого дня Матильда даже не обращала внимания, какие здесь узкие и скользкие перила, и как сильно вибрирует металлические ступени под ногами. Она просто вцепилась в своих спутников мертвой хваткой и позволила волочь себя как вещь.

Лапки в стенах не было. Судя по всему, ее вообще уже нигде не было.

Лестницу заливало водой очень быстро. Последние ступеньки перед пролетом они почти плыли.

Как и следовало ожидать, лифта не стало — только искореженная кабина и месиво из камней и тросов. Лестницы наверх тоже больше не существовало. На ее месте остался только завал, из-под которого торчала нога в сапоге.

Может, доппельгангеры и сумели бы подняться наверх по шахте лифта, а вот им троим осталась только холодная мутная вода, пахнущая илом и смертью. Мысли Матильды путались от шока, наркотика и резкого выброса из Мглы, поэтому она даже не очень боялась. Только думала о темных морях на самых окраинах мира, которые никогда не видят солнце и поют тихие колыбельные. Ей хотелось сплавать туда когда-то в детстве, а теперь вот темные ледяные моря пришли за ней сами.

— Белинда, держи Матильду, — хрипло распорядился Кай, когда они оказались в рекреационном зале, — мы почти пришли.

— Куда? — уныло спросила Белинда. — Они нас бросили и убили.

— Выйдем отсюда — поноешь, а пока держи Матильду!

Судя по тому, что Кай чуть ли не впервые за все годы их знакомства сорвался на крик, он был совсем на взводе и только выглядел более-менее спокойным. Наверное, его можно понять, поскольку он вбил себе в голову, что несет ответственность за их жизни и теперь усиленно боролся против неизбежного, но Матильда не видела ни одной возможности, при которой человек победил бы темный океан.

Белинда не вскинулась и грубый тон пропустила мимо ушей, прижала Матильду к стенке, а сама вцепилась в приколоченную к стене вешалку для одежды. Так их хотя бы не относило назад к лестнице потоком, хлеставшим из круглой трубы над кухней.

А вот Кай целенаправленно брел именно туда.

Воды уже было по пояс и все пребывало. По мутной черной поверхности плыли их башмаки, игрушки, чья-то шляпа.

Кай выбрался из кухни где-то через полминуты, и ругался он так, что Матильда подобных слов не то что от него, а вообще в жизни не слышала. В общем и целом, он очень изобретательно желал всему миру сдохнуть в муках, потому что какая-то безмозглая и ленивая паскуда оставила подъемник сверху.

— Подъемник? — удивилась Белинда, и тут Матильда, наконец, поняла.

Им спускали еду с наземных ярусов на маленьком кухонном лифте. Но его шахта вряд ли была шире печной трубы. Они бы просто не поместились, да и вода все равно залила бы все кругом.

— Ты же не заставишь нас лезть в эту кишку? — простонала Белинда, видимо, тоже сообразившая, что задумал Кай. Тот выглядел мокрым, как недотопленный щенок, и злым как бес.

— Если эти… догадались взорвать кухонный лифт, я поверю, что люди не просто так платят налоги. Но осколков там нет, — Кай предъявил исцарапанные руки. — Я весь пол облазил, ничего там не падало. Значит, бесов ящик сверху.

— Мы утонем, Кай.

— Отлично, — огрызнулся он. — Тогда мы утонем поближе к поверхности. Полезли. Белинда, ты первая. Ныряй, там один вход в шахту, не заблудишься. Матильда, задержи дыхание! Слышишь меня, перестань дышать, я сказал. Если вода попадет в легкие, мы тебя до верху не дотащим!

Матильда покорно перестала дышать и закрыла глаза. Кай схватил ее и поволок куда-то под воду, заставил пригнуть голову, пихнул в какой-то туннель, она уткнулась в юбку Белинды и по ней кое-как проползла наверх. Только так ей удалось встать на ноги.

Кай, Белинда и Матильда в обнимку стояли в крошечном коридорчике, уходящем вверх, а вода все поднималась. То, что шахта уходила вверх, Матильда поняла только потому, что ощупала руками стены. Тьма стояла кромешная. Она даже Кая и Белинду не видела, а скорее различала их дыхание.