Восточный маг: миротворец (СИ) - Щеблыкин Константин - Страница 23

***

Утро следующего дня я планировал начать с визита в лабораторию. Но не успел я вникнуть, на чем остановился в прошлый раз, как сзади раздался до боли знакомый голос моего управляющего.

— К вам делегация от магов, Владыка.

— От Гильдии магов? С чего бы вдруг? — С глубоким вздохом закрываю рабочую тетрадь, видимо сегодня закончить жидкометаллического голема не судьба.

— Увы, но нет, делегатов прислали сами маги. Собираются стребовать себе какие-нибудь преференции.

— А, профсоюзные разборки? Понятно. Зови их сюда. Кстати, а откуда ты знаешь, что они будут что-то требовать?

— Это очевидно, Владыка. Маги — единственные в нашем городе, кто позволяет себе общаться с вами на равных, а поскольку вы им в этом потакаете, то просить полагающегося по праву им попросту нечего. Значит, будут требовать что-то ещё.

В лабораторию зашла делегация из четырёх богато разодетых чародеев. Случайно так вышло, или подбирали специально, но их было по одному представителю от каждой ветви магического искусства. И если два человека и ракшас, представляющие Свет, Порядок и Разум, держались неуверенно, то впереди важно шел бывший эльф, в одежде, расшитой узорами с берёзовыми листьями. Бывший, потому что к тому времени, когда адепт поступает в академию и посвящает свою жизнь изучению магии, он перестаёт быть прежним, а когда заканчивает обучение и получает посох, то он становится совсем другим существом, нежели то, что когда-то пришло на порог, надеясь сдать вступительные экзамены. Магическое братство и Гильдия магов это та ещё мафия, у которой каждый боец стоит многих десятков обученных воинов.

При определенных условиях, конечно, ведь в махании клинками мало кто из магов может показать удовлетворительные результаты. И вообще, если у чародеев дошло до рукопашной, то дело дрянь, примета такая. Хотя, бывают и исключения, например, какой-нибудь адепт Жизни, специализирующийся на изменении тела, может стать тем ещё сюрпризом и для тренированного бойца.

Поэтому, среди магов встречаются представители самых разных рас, подчас даже считающихся вымершими. И вот этот расфуфыренный франт явно был эльфом. По каким-то, известным только ему причинам, он не стал обучаться в традициях своего рода, но подался в Лигу Серебряных Городов. Другое дело, что этот ушастый и там выбрал наиболее предрасположенную к его родовым способностям ветвь высокого искусства. И теперь, так или иначе, передо мной стоит не эльф из рода берёзы, а мастер магии жизни, что, кстати, требует немало опыта, и потому к нему стоит относиться с уважением, ещё и как к ветерану. Но какой же он высокомерный, так и хочется свернуть его тонкую шею!

— Да не устанет сиять солнце над владениями нашего повелителя! — сладко начал посланец. — Соблаговолит ли наш господин выслушать недостойного, который печётся лишь о благе и величии Владыки?

«Вот же, гад блондинистый, всё продумал, после такого уже и не пошлешь, даже если захочешь. 1:0 в пользу профсоюза!» — подумал я, но внешне благосклонно кивнул.

— До нас дошли слухи, что почтенные Aiquacurumo в ваших владениях лишены полагающихся их статусу средств передвижения, бросая тень на репутацию Владыки. Так же они, будучи лишены подобающей охраны, излишне рискуют своими жизнями, а значит, ставят под угрозу безопасность государства, и ослабляют военную мощь… — Не знаю, сколько мог бы говорить парламентёр в такой манере, если бы я его не прервал, подозреваю что долго, а потому надо спасать ситуацию.

— Я вас ненадолго прерву, чтоб узнать кто такие эти квакирумо? — Намеренно чуть искажаю произношение, но ведь он первый начал! Если вы хотите, чтобы вас поняли, то говорить стоит на языке собеседника, не так ли? Туше.

— Да простит меня владыка, я волнуюсь, и оттого речи мои сбивчивы и непонятны. В переводе с квенья это слово означает «высшие маги», познавшие вершины искусства плетения чар, — и выжидательно посмотрел на меня, держа паузу.

«Ага, как же, зная вашу породу, я скорее поверю, что ты тщательно рассчитал, с каким акцентом и интонацией вплести в свою речь это эльфийское слово, а в довесок ещё и в каком порядке выдавать прилагательные, чем то, что от волнения забыл перевод! Небось хотел подчеркнуть свою образованность, долгоживущий… а может и что-то другое… уже неважно. И этот раунд за ним.»

— Осмелюсь заметить, мой повелитель, — наклонившись ко мне, и прикрывая рот ладонью, тихонько проговорил визирь, — Слово aiqua на квенья имеет несколько значений, и более точным здесь будет перевод не «высшие», а «крутые» или «отвесные, как скалы».

Эльф — существо длинноухое, слышит шорох жучков в траве за двадцать шагов, так что визирь с таким же успехом мог говорить во весь голос. Но приличия соблюдены, и остальное не мои проблемы. Как результат, зазнайка морщится, а мы размочили счёт. 1:2, пока профсоюз ведёт. Надо развить успех.

— Щелкопёр считает, что круче него только горы? — так же тихо отвечаю визирю, но рот не прикрываю, мне по статусу правителя не положено. А вот эльфа при этих словах аж перекосило. По их этикету такое непозволительно, и является прямым оскорблением, но при этом звездорожденный понимает, что он не дома, а по местным порядкам, открытое лицо это чуть ли не знак моего снисхождения. 2:2! Восток — дело тонкое, как говорил товарищ Сухов.

— Имею все основания согласиться с моим владыкой, — правильно сделав выводы, едва заметно улыбаясь лишь уголками глаз, выпрямляется в полный рост визирь. Эльф хладнокровно сжимает губы в ниточку.

— И что же такое ты хочешь мне предложить, что приумножит силы и славу магов Аль-Хорезмина? — это «ты» снова не по протоколу, к тому же до этого я вёл речь на «вы». Но, и, судя по сузившимся глазам эльфа, это понятно нам обоим, я так делал, обращаясь ко всей группе, а сейчас лишь к нему, что делает мои действия вполне последовательными. И опять же, здесь и сейчас, для разговора владетеля с наёмником этот вариант вполне уместен.

— Я… Мы предлагаем выделить всем Aiquacurumo по джинну или по паре големов, дабы те служили им защитой, сберегали силы для великих дел, и приумножали славу Владыки!

Вот теперь я верю, что ты в бешенстве, ведь в нормальном состоянии, даже несмотря на мою подначку, перепутать местоимение для эльфа это нонсенс. Но вот ведь в чем закавыка: если бы речь шла от имени всех магов, прозвучало бы «мы», а так, наконец понятно, кто главный заводила. Гол! 3:2 в пользу хозяев поля!

Смотрю прямо в глаза, и вижу, что он понял, что я понял, и сейчас его настигнет возмездие.

— Значит, поступим вот как:

Я выделю вам по паре големов. За свой счёт, из уже нанятых бойцов. И отдам их в ваше полное распоряжение. Но! С этого момента забота об их содержании ложится на ваши плечи.

Более того, как заметил наш уважаемый мастер жизненных сил, речь идёт об айкуакурумо. А потому это касается только магистров, способных использовать заклинания высших кругов, или продвинутых специалистов в двух ветвях сразу. Мы говорим о наших коллегах из верхних строчек рейтинга: ветеранах и элите. Зелёные новички должны эту привилегию заслужить, а лентяи, довольствующиеся тем, что им дают, и не стремящиеся к профессиональному росту, если вдруг такие найдутся — саркастическая улыбка на лице властолюбивых чародеев — дорабатывают у меня свой последний месяц.

— Но, Владыка! — осторожно вставил слово магистр порядка — содержание двух големов обходится не намного меньше, чем жалование мага! А если брать джинна, то он и двоих магов разорит.

— Мы рассчитывали на некоторое… — Снова взял инициативу в свои руки эльф — переформирование действующих частей.

— То есть вы хотели, чтобы я проплатил вам слуг, а потом ещё и содержал их дальше. И всё это время бойцы, формально находясь в моей армии и на моём довольствии, занимались бы неизвестно чем, но только не нуждами города?! — я подпустил холодного гнева в голос и резко подался вперед. — Пожалуй, мне стоит напомнить, чем отличается служба в моём городе от других. За попытку украсть деньги из моего кармана, а ничем иным ваше предложение не является, всем четверым стоило бы отрубить правую руку, но я всего лишь лишаю жалованья сроком на неделю. Ни разу так не делал, и надеюсь, что больше не потребуется, но, как лорд и Творец существ на этих землях, я имею на то полное право.