Восточный маг (СИ) - Щеблыкин Константин - Страница 38

В час серого пса, когда больше всего тянет в сон и часовые начинают клевать носом, лагерь захлестнула волна стремительных теней. Паладины, несмотря на бессонную ночь, встали несокрушимыми утёсами, осветив ночную тьму сиянием божественной защиты и освященного оружия. Семь высших вампиров рассыпались горсткой пепла, на земле осталось лежать два десятка свежеобращенных упырей из ближайшей деревни, ни один из нападавших не смог уйти и ни один солдат защитников не погиб. Зато всё духовенство было вырезано под корень. И это было начало конца.

Весь день войско вторжения только и делало, что несло потери. Когда из безопасных, только что проверенных кустов прилетает отравленный нож, когда отошедший до ветру солдат не возвращается назад, когда несмотря на четкий приказ в туалет ходить отрядом не менее чем по два десятка в сопровождении паладина, попавшие под зов бойцы по одному покидают строй, войско тает на глазах. В таких условиях скорость продвижения резко упала, вместе с моральным духом, и до замка отряд интервентов добрался только к вечеру.

Идиотов нападать на некроманта ночью среди них не нашлось, и командовавший войсками игрок принял решение стать лагерем вне досягаемости стационарных артефактов. И все же это стало второй ошибкой. Посчитав убитых в ночном налёте за погибшую элиту местной криворукой армии, остатки которой разведчики так и не обнаружили, нападавший не учел масштабов перекошенной крыши владелицы, резонно предполагая, что максимум, что у неё осталось, это призраки да пара упырей, из не успевших обратиться до штурма. На самом деле Лена очень ценила и берегла своих красавцев, и потому, а еще по ряду других причин, описанных выше, у неё еще оставалось восемь обычных вампиров, вот-вот готовых перейти на новый уровень, три десятка птенцов-упырей и личная охранная дюжина элитных высших вампиров, её двенадцать тёмных апостолов.

Для таких не составит труда прорваться в спящий лагерь и вырезать сотню-другую беззащитных лучников, только недавно оставивших коровьи хвосты и взявших в руки оружие.

Рыцари и оруженосцы были на порядок крепче, но одинаково легко поддавались Зову, подставляя горло под укус, или самозабвенно кололи в спину товарищей, повинуясь воле Хозяина. Мечущиеся по лагерю, спешащие поспеть всюду паладины только добавляли суматохи. К утру дошло до того, что не спавшие вторые сутки рыцари, сгоряча зарубили семерых показавшихся им подозрительными не менее сонных оруженосцев, к поведению которых вампиры не имели никакого отношения.

Остаток войск взял замок почти без боя, всего лишь протаранив и разнеся в щепки ворота, потеряв всего двух паладинов, которых почему-то прицельно расстреливали башни. Воскресить умерших было нечем, паладины — не прелаты, их запас чудесных сил довольно скуден, и, несмотря на откатившееся заклинание воскрешения, сил провести обряд ни у кого не нашлось.

Замок пал. Новые хозяева оказались в затруднительном положении:

нанять особо не кого, а то, что есть, с учетом изрядно просевшей от недосыпа морали принесет больше вреда, чем пользы. Мертвяков никто не любит, а воины света в особенности. Кроме того, нанимать было особо не за что, за два дня кто-то постарался перенести все ресурсы в другое место.

Но главное, что, несмотря на формальную смену владельца, замок оставался вражеским. Охранная сигнализация непрестанно трещала о нарушении периметра, из стен то и дело вылезала призрачная когтистая рука, норовящая придушить одинокого посетителя мрачных коридоров. Фактически, замок оставался в состоянии даже не осадного положения, а непрерывного штурма, когда коридоры наводнены врагами. Доступ к источнику позволил регулярно обновлять благословение святого оружия у немногочисленных выживших рыцарей, давая им хоть какую-то возможность противостоять призракам, но после третьего случая пропажи бойца герой с остатками армии заперся в тронном зале.

Передышка закончилась, когда один из рыцарей вонзил меч в спину другому, а на другом конце зала сразу два меча — в спину и в горло получил паладин. Заклинания очищения и лечения ненадолго помогали, но быстро опустошили запасы магических сил. А до заклинательного покоя с источником, пусть и в соседнем помещении, по враждебному замку нужно было еще дойти, при этом практически оставив беззащитным тронный зал, с его контрольной плитой, вмурованной в трон.

И наступило время переговоров.

Пафосный ультиматум покориться неизбежному и оставить победителей в покое вызвал лишь резонное замечание, что раз новые владельцы сами начали переговоры, то значит им что-то надо, а потому пусть попробуют поздороваться еще раз.

На предложение получить обратно замок, но принять вассальную присягу на кабальных условиях, был дан истеричный темпераментный ответ, с указанием сексуальных предпочтений собеседника и рекомендаций по их удовлетворению.

На том конце линии глухо выматерились.

— И чего же ты хочешь?

— Оставьте меня в покое!!!

— Но ты же видишь, твои упыри ничего не смогут сделать моим паладинам.

— Во-первых, не упыри, а высшие вампиры, а во-вторых, зато ваши, ПОКА — выделив ударением слово, чуть спокойнее произнесла девушка — ваши рыцари как раз могут. Так что сейчас соберусь с силами, и завалю остатки вашей армии вашими же трупами.

— Ну, и чего ты этим добьешься? Мы пришлем вдвое большее войско, и все равно заберем твой замок.

— И с ними будет то же, что и с этими!

— Нет, девочка, не будет. Ты одиночка, друзей у тебя нет, тебе никто не поможет, мы проверяли. Так что придет еще и еще, а потом у тебя никого не останется.

— Все равно, сколько смогу положу, и потом зубами грызть буду!

— М-да, упертая барышня… слушай, а вступай к нам в клан?

— Вот ещё! Выполнять чьи-то приказы, заниматься тем, что мне неинтересно, через день на ремень. Нет уж, увольте.

— Ну, тогда не в боевой, а в гражданский. Там конечно будет вассальная присяга, обязующая отдавать половину ресурсов…

— НЕТ!

— Да подожди, ты, не перебивай, дослушай до конца. Половина ресурсов твоего сектора в обмен на покровительство и защиту, и больше от тебя ничего не требуется. Ни войск, ни приказов, живи, как хочешь, делай что хочешь. А при нападении на твой сектор мы обязуемся выслать подмогу. Более того, — заговорщицки подмигнул игрок, видимо не первый раз ведущий такие разговоры — всё что за пределами твоего сектора договора не касается. Захочешь больше шахт — найди и отбери. Что с боя взято, то свято. Защищать их за тебя конечно никто не будет, но наш значок на твоем гербе отпугнет многих залетных любителей наживы.

***

— В общем, я согласилась. Игрок с паладинами покинул уже ставший моим замок, а на гербе у меня с тех пор в уголке эмблема их альянса. Ты думаешь я поступила как дура? — схватив мою руку, требовательно уставилась мне в глаза девушка.

От резкой перемены темы разговора я на пару мгновений замешкался. Пришлось, собираясь с мыслями заполнять паузу в разговоре старым проверенным трюком с повторением окончания фразы собеседника:

— Как дура? Вряд ли. Нет. Определенно нет. — Накрываю её ладонь своею. — Ты ведь получила что хотела, не так ли? Они тебя с тех пор обманывали?

— Обманывать не обманывали, только налог забирали, но на меня никто и не нападал больше. — Руку не убирает.

— Ну, тогда ты у нас умная девушка, такая вся из себя умница-благоразумница! — шучу, широко улыбаясь, беру её руку в свою, и, глядя ей прямо в глаза, как бы невзначай, сжимаю её ладонь.

Ответное пожатие.

Оп-па, старый пень, где твои глаза были, тебе же дама тактично намекает, что не против более тесного знакомства!

Быстренько просматриваю в памяти её поведение в последние несколько минут. Вот пристальный, голодный взгляд, который я списал на последствия добровольного затворничества и длительное отсутствие живого общения. Вот задумчиво далеко запрокидывает голову, как бы подставляя шею… ну тут еще возможны варианты. Вот смеется, практически не к месту, прикрываясь ладошкой и прищуривая свои огромные миндалевидные глаза — нервное? ага, щас! Задаю пустой вопрос и внимательно слежу за движениями.