Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 73

Я чувствовала, что слезы уже текут из моих глаз сами по себе, и никаким усилием воли их обратно не загнать. Я вытерла их ладонью и закончила:

— Рэста тоже была вынуждена сдаться. Я её доконала. Я сбежала из Первого мира, бросив новых друзей, потому что до сих пор люблю старых! Наверное, это моя самая глупая и непоправимая ошибка, но она была неизбежна…

В полной тишине я слышала, как бьётся моё сердце. Я стояла и смотрела себе под ноги, потому что мне было страшно поднять на них глаза.

— Простите меня, ребята… Или хотя бы постарайтесь не воспринимать все это так, будто я хотела сделать вам больно… Это так получилось. Только сейчас я поняла, что мне лучше было остаться в Первом мире. А здесь я всего лишь до времени состарившаяся женщина, чуждая для вас, незнакомая, раздражающая тем, что знаю о вас почти все то, что знала она. И чувствую все то, что чувствовала она. Но я помню все ещё о двух женщинах и одновременно ощущаю себя немножко ими тоже… А теперь…

Я шагнула к Олегу и протянула руку:

— Будь другом, дай ключи. Я уйду.

Олег не шевельнулся. Мне не хотелось смотреть ему в лицо.

— Пожалуйста, ребята, отпустите меня…

— Нет, — хрипло ответил Олег. — Ты останешься здесь. Я хочу разобраться с тобой до конца. Ты останешься здесь до утра.

Юра ничего не сказал в ответ на наш натянутый спор, он вышел из комнаты в коридор, тяжело хромая.

Остаться с Олегом наедине после всего было невыносимо. Мы оба не знали, что сказать и как посмотреть друг на друга.

— Знаешь, а ведь у меня была такая мысль… Я гнал её прочь, — вымолвил Олег. — И я не хочу переживать ещё и это.

— Но я же и хочу уйти…

— Ты — не она.

— Да, я это знаю! Но к сожалению, ты все тот же. Я знала, что ты меня не примешь, но и не обижай меня… Выпусти меня отсюда, если не хочешь, чтобы я сделала что-нибудь с отчаяния.

Олег полез в карман, но тут в коридоре послышался металлический стук упавшего костыля, шуршание и глухой стук падения чего-то тяжёлого. Олег бросился в коридор.

— Юрка, ты что?! — в ужасе закричал Олег. Когда я выбежала к ним в коридор, Олег приподнимал лежащего Юру, который был явно в обмороке.

— Да что же это такое? — выдавил из себя Олег. — Это всё из-за твоего спектакля… А ну, уйди с дороги! — заорал он на меня, с усилием поднял Юру на руки и понёс в комнату. Уложив его на диване и подсунув ему под голову подушку, Олег придвинул кресло и сел рядом. Я подошла и, боясь, что Олег, окончательно озлившись на меня, выставит меня вон, присела около Юры на пол. Мне уже не хотелось уходить, пока Юрка не придёт в себя.

— Мария, с ним никогда не было ничего подобного, он крепкий парень, в чем же дело? — спросил Олег растерянно после того, как мы просидели молча минут двадцать, а Юрка за это время даже не пошевелился.

Я сама была удивлена и встревожена, а услышав, как дрожит от неуверенности голос Олега, испугалась по-настоящему. Юра лежал бледный, его грудь почти не поднималась, казалось, что он вообще не дышит. Я взяла его за руку, пульс был рваный, слабый, словно у умирающего.

Неожиданно Юрка зашептал что-то, замотал головой… Его волосы рассыпались по подушке, на лбу выступила испарина… Мы с Олегом, одновременно вскочив, бросились к нему. Он был в лихорадке и бредил, горячо шепча что-то непонятное. Руки его стали шарить повсюду, словно он чего-то искал…

— У него жар, — Олег потрогал лоб Юрки и даже отдёрнул руку. — Наверное, нужен врач…

— Подожди-ка, что это он говорит…

Мы склонились к самому его лицу, но Юра неожиданно быстро успокоился, затих.

— Уже второй час, — заметил Олег. — Иди отдохни… в ту комнату, которую ты, должно быть, помнишь. Я посижу с ним.

— Ты позови меня, если что, хорошо? — я дотронулась до плеча Олега. Он накрыл мою ладонь своей и торопливо ответил:

— Конечно. Отдыхай.

Я прошла в свою комнату. Я была неправа. В моей комнате осталось все, как было. Даже ящики, в которых я рылась в поисках вещей, нужных мне для побега, были в том же положении, в котором я их оставила. И мои настольные часы с маятником по-прежнему стояли на своём месте.

Я с размаху прыгнула на кровать, закрыла глаза и, не сопротивляясь навалившейся усталости, погрузилась в сон.

Почти сразу же я поняла, что кто-то пытается за мной подсмотреть. Ещё не разглядев гостя, я знала, что это Марсен. А увидев его, я поняла, где он находится: он был в овраге, рядом с обнаруженной мной дверью.

— Рэста, наконец я смог тебя найти… Но, черт возьми, уже поздно… — Марсен был мокрый, грязный, оборванный. — Зачем ты только сбежала так не вовремя?!

— А что стряслось?

Марсен безнадёжно махнул рукой:

— Даррина добилась своего не так, так эдак… Рэста, она организовала заговор. Наёмный убийца, оказывается уже давно был подготовлен. Виллен погиб.

Вот и все. Все оказалось так просто, хотя сама я вряд ли додумалась бы сразу до верного объяснения… Марсен выглядел очень плохо. Он был расстроен и стыдился своего промаха.

— Я виноват, Рэста, я не уберёг его… Лучше тебе вернуться, иначе многим хорошим людям придёт конец.

— Я не вернусь.

— Я заставлю тебя вернуться рано или поздно. Ты дочь Варскеля, ты должна быть здесь. Я приведу тебя сюда.

— Интересно, как?

Марсен усмехнулся:

— Я вычислил тебя, твой побег и твою дверь. И уже давно. Никто не знает об этом, только я. Не бойся, никто и не узнает и дальше. Я найду тебя…

— …Мария, проснись! — Олег резко дёрнул меня за руку. Я открыла глаза, но Олег уже уходил из комнаты, бросив через плечо:

— Скорее, по-моему ему хуже.

Я побежала в гостиную. Юрка сидел на диване, вцепившись руками в волосы.

— Он не узнает меня и говорит на незнакомом языке, — сказал Олег и, судя по голосу, он был уже на пределе.

Я села на диван вплотную к Юрке. Он качнул головой и произнёс на языке Первого мира:

— Что со мной?.. Кто мне скажет, что это такое со мной?.. Мне страшно…

Я взяла его голову в свои ладони, погладила по щеке и сказала на том же языке наивные и, в сущности, бесполезные слова:

— Все будет хорошо, поверь мне…

Он резко вскинул голову, посмотрел на меня, ничуть не удивился. Он узнал меня, и его губы дрогнули в подобии горькой улыбки:

— Зачем ты оставила меня, Рэста? И именно тогда, когда ты была мне нужна?

— Но теперь-то я здесь, я никогда больше тебя не оставлю…

Он прерывисто вздохнул, вздрогнул, я прижала к себе его голову, и Юра тяжело и глухо разрыдался.

— Рэста… Катенька… Сестрёнка… — он мучительно старался справиться с собой, вздрагивая под моими руками, и, наконец, затих. Я продолжала гладить его встрёпанные волосы.

Прошло довольно много времени, прежде чем Юрка неуверенно отстранил меня и нервно потёр лоб. По его лицу пробегали следы противоречивых эмоций, и он не знал, с чего ему начать. Наконец, он посмотрел на меня, виновато улыбнулся и произнёс удивлённо:

— Никогда не думал, что это так трудно… Как ты это выдержала?

— Катька оказалась сильнее всех, кто попался ей на пути. А в тебе две равные половинки. Мне было проще.

— Это называется «проще»? — Юра покачал головой, погладил меня по руке и усмехнулся: — То, что ты нам сейчас рассказала, называется «проще»?

— Не надо, Юрочка. Теперь больше нет нужды в рассказах, я надеюсь?

Он кивнул и, резко притянув меня к себе, обнял властно и нежно. Я уткнулась лицом в его шею и закрыла глаза. Неожиданное полное облегчение показалось мне в первый момент чем-то незаслуженным, даже украденным. Я не ждала этого, и внезапно свалившееся на меня счастье показалось мне несправедливым. Было страшно, что тот, кто разрешил мне быть сегодня счастливой, одумается, и вернёт все обратно. Но минуты шли, а я все чувствовала себя в родных надёжных руках, и знала, что я теперь понята и прощена за все.

— Все это очень умилительно, но мне уже надоело смотреть на ваши воркования. К тому же я ни слова не понял. Невежливо болтать на языке, который никто кроме вас не понимает, — раздался голос Олега. — Может быть, я излишне самоуверен, но мне представляется, что я имею право получить объяснения.