Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 24

— Почему?

Александр разжал руки, приблизил их к лицу и повертел ладонями, оглядывая их со всех сторон.

— Чайки все же не люди, они сразу чувствуют, что их пытается кормить нежить.

Сказано это было с горечью.

— Скажи, о каком бессмертии говорил Валерий? Что он хочет для тебя сделать?

— Понимаешь… — Александр снова обхватил колени и стал смотреть на океан.

Помолчав с минуту, он все-таки заговорил:

— Валера может освободить меня от состояния нежити. Он может освободить меня, и в одной из реальностей некто, очень или слегка похожий на меня, вдруг начнёт видеть странные сны, в которых он вдруг станет ребёнком, постоянно дерущимся со старшим братом. Потом он увидит себя офицером службы безопасности, крутым парнем, который будет совершать лихие подвиги. Потом в одном из снов его убьют, и ему будет сниться, что он — ходячий мертвец. А однажды во сне он взглянет в зеркало и увидит вместо себя огромного пса, а после будет бегать, отчаявшийся и перепуганный, и грызть всех, кого увидит, потому что все вокруг будут казаться ему врагами. Этот человек будет поначалу обеспокоен своими странными снами, может быть даже пойдёт к врачу. Но, пройдя курс восстановительной психотерапии, перестанет обращать внимание на случающиеся иногда ночные кошмары. А, возможно, кроме отрицательных эмоций он почувствует ещё и присутствие какой-то новой личности в себе. Он вдруг поймёт, что воспринимает жизнь теперь совершенно неоднозначно, что странные мысли, факты, ситуации переполняют его, и, вдохновлённый желанием поделиться всем этим с другими людьми, он сядет за перо или за кисть, и мир удивят гениальные произведения литературы или живописи… — Александр прервался, потом закончил уже немного в другой тональности. — Хотя, конечно, от произошедшей с ним перемены, этот человек может и потерять рассудок.

— Послушай, это все произойдёт с тем, другим человеком, а что произойдёт с тобой?

Александр снова взглянул на меня очень странно, и во второй раз я не смогла подобрать определение этому взгляду. Он словно хотел что-то сказать, и был уверен, что я поняла этот безмолвный язык.

— Не забывай, что Александра Извекова уже не существует целых три года. То, чем я являюсь, уже давно не ощущает себя человеком. Я смирился с этим. Я просто заставляю передвигаться эти ноги. Я заставляю функционировать голосовые связки, чтобы ты меня услышала. А в действительности я сейчас всего лишь помню жизнь Александра Извекова, ну и ещё немного жизни тех своих аналогов, с которыми уже заочно познакомился. Из них я уже выбрал новую личность, к которой Валерка обещал присоединить ту часть сознания, которая жила в теле Александра. Жаль, что этот человек живёт не на этом берегу, и даже не в этой реальности. Но мне все равно.

— Валерий решил, что ты захочешь последовать примеру Зубарского.

Александр покачал головой:

— Это желание уже давно перегорело. Не очень приятное было время, когда я носился по городу на четырёх собачьих лапах и убивал тех, кто ещё был жив и не сообразил надеть серебро. И только потом я понял, что это бессмысленно. Валерка бегал за мной по пятам, сокрушался, рассовывал мои жертвы по благоприятным для них реальностям или зомбировал, потом успокаивал меня и проводил со мной научные беседы. За три года он смог переубедить меня, что всем этим несчастным сейчас не хуже, чем было здесь. И я ему за это благодарен. Если бы не он, я не выдержал бы этих лет ожидания.

Мне не хотелось верить его словам. Не хотелось думать, что Александр был убийцей. Впрочем, идея о том, что смерть смерти рознь, оказалась привлекательной, и в голове… извините, в сознании Александра трансформировалась весьма необычно. Но ни в коем случае я не собиралась разубеждать его, обвинять или порицать, я не имела на это никакого права.

— Почему же Валерий до сих пор не выполнил обещания?

— Потому что все прочие люди и нелюди Рая нисколько не озабочены проблемами Валерки и его глобальными планами. Мне они, честно говоря, тоже ни к чему, я помогаю ему просто по привычке. Ведь он брат того парня, в чьём законсервированном трупе я сейчас пребываю, — мрачно высказался Александр и ещё раз разжал и сжал кулаки, словно проверяя, слушается ли его «вещественная оболочка». — Валерка заявил, что как только он найдёт себе помощника, он тут же отпустит меня. Мне остаётся только изо всех сил искать помощника для Валеры. Впрочем, мы его уже нашли.

— Только он, вернее она, об этом ещё не знает, — заметила я.

— Не прикидывайся, все ты уже поняла, — отмахнулся Александр. — Никогда ещё нам не встречался человек с такими реакциями, способом мышления и восприятия реальности, как у тебя. Мы заметили тебя, когда ты обрабатывала Зубарского — мы следили за ним по просьбе Марины. Валерий хотел сначала исподволь подобраться к тебе и заманить сюда. Но ты стала так быстро крушить все, что попадалось тебе под руку, что Валерка сначала просто обалдел от такого напора. Все проверив, он обнаружил, что у тебя, Катя, всего два аналога в иных реальностях. И если уж одна треть сознания выделывает такие нестандартные вещи, то, когда Валера объединит три личности в одной…

— Подожди-ка, а какие нестандартные вещи выделывает Катя Орешина?

Александр, действительно, был очень весёлым зомби. Не знаю, был ли он когда-нибудь весёлым человеком, но сейчас каждая сказанная мной фраза неизменно вызывала у него смех.

— А ты и не должна считать их нестандартными. Ты действуешь так, как это для тебя естественно.

— Но я почти ничего не умею делать лучше Юры или Олега…

— А они тоже интересные люди, — улыбнулся Александр. — Их тоже трудно назвать обычными. Мне было хорошо работать вместе с ними. Они были старше и опытнее меня, когда я пришёл в группу. Правда, по-настоящему я так никогда и не вписался в их компанию, но Орешин был хорошим начальником и многому меня научил. Поэтому, когда на пути наших поисков возникла именно ты, его сестра, я заколебался, стоит ли нам ввязываться. Валера настоял.

— И что же меня ждёт?

Александр пожал плечами. Он подобрал маленький кусок известняка, размахнулся и проследил за полётом. Камень исчез, не оставив даже кругов на поверхности воды. Я ждала ответа, но это и был ответ.

— Но как?

— Наверное, Валерий отправит меня к твоим подругам по несчастью, живущим в других реальностях незнакомой тебе жизнью, и мне придётся убить их, ничего не подозревающих. И после этого ты уже сможешь делать то, что умеет сейчас только Валера. А потом, если Валерка опять забудет о своём обещании, ты уже не откажешься отправить Сашку Извекова на заслуженный отдых? А?

— Обязательно, — ответила я. Обрисованная перспектива не прельщала меня. Я знаю, чего хочу, а чего не хочу. Я хотела вернуться к брату. Без него и Олега мне не справиться с Валерием. Понять, что к чему, я в состоянии и одна. Но в остальном мне неоткуда ждать действенной помощи. Александр, конечно, по старой памяти лоялен, насколько это возможно в его состоянии, но он скорее станет помогать Валерию избавиться от враждебных ему сил, чем содействовать тем, кто захочет уничтожить Рай.

— А если я, например, не хочу, чтобы кто-нибудь погибал?

— Когда ты почувствуешь их личности в себе, ты изменишь мнение.

— Ты сейчас ещё между небом и землёй, а уже знаешь заранее, что я почувствую. Я бы на твоём месте не стала так уж безоговорочно верить каждому слову Валерия.

— Да мне ничего другого не осталось. — Александр повернулся ко мне всем телом и посмотрел прямо в глаза. Что-что, а глаза его никак нельзя было назвать мёртвыми. Они были влажными, живыми, только синева их была смешана с такой смертной мукой, что у меня побежали мурашки по спине. Он смотрел мне в глаза и, помолчав, повторил: — Ничего другого.

— А если я откажусь? Вообще откажусь и захочу уйти?

— Если уйдёшь из города, Валерка не сможет заставить тебя, потому что он не умеет оперировать физическими объектами вдали от Рая. Это здесь, где у него в одном месте собраны двери в тысячи реальностей, он способен на многое. А так он только сможет портить тебе нервы, являясь каждую ночь во сне. Но… — Александр развёл руками, — ты не сможешь уйти из Рая.